Ти и Ди, Надейся. (Несбывшиеся ожидания)
Шрифт:
А краска с наших героев всё же сошла. Через месяц, вместе с шерстью. Лисы ведь тоже линяют...
И лисята у них были самые обыкновенные: рыжие с белыми кисточками на хвостах и черными чулочками на лапках.
Ди закончил дозволенные речи, прихлебнул из кружки ягодного морса, и посмотрел на клюющих носом Енотов:
– Спокойной ночи всем. А пока помогите мне донести Уну до кровати, девочка уже спит...
Заслушавшийся Горой встрепенулся и приятельски похлопав лапой лемура по спине, подошёл к стулу девочки, снял её аккуратно с сиденья и на руках отнес в Гостевой дом в сопровождении зевающей Ти и Ди.
Наступила ночь.
Сон в четвёртую ночь, кулон.
Уна спала и опять видела сон. Полотнища радужного цвета в эту ночь подхватывали её и носили: то заботливо баюкая, то наоборот унося по захватывающим дух "Американским горкам" с поворотами и неожиданными провалами, но каждый раз вовремя подхватывая и унося дальше, показывая и открывая сценки из Мира по которому она уже который день шла, стремясь заслужить "обратный билет" домой.
Вот каменистый склон реки на котором теснятся домики из которых выглядывают любопытные молодые Копуши, а строгие взрослые пытаются вернуть их к труду.
– Школа,- подумала Уна, а Радуга уж унесла дальше.
Вот поле на котором трудятся Стражные Зайчихи с молодёжью, видно что зелень требует ухода, согнутые спины и горы вырванных сорняков указывают на трудолюбие и усердие.
Новая сцена: Чёрные Белки с деревянными мечами носятся по деревьям с приколоченными к ним поперечинами и бьются в учебном бою, периодически сталкиваясь в краткой борьбе. Проигравший неминуемо летит вниз в сетку растянутую между деревьев.
Показала Радуга и Город, но издали в момент восхода, проведя мимо, видно рано ещё -- не время.
Наконец, как и в предыдущие разы Радуга "выкинула" девочку в густую траву, где она и лежала, глядя на глубокое небо фиолетового цвета с проплывающими обрывками облаков.
Шло время, вдруг Уна вскочила, чтобы увидеть крадущуюся Чёрную Белку, которая, заметив девочку, радостно помахала ей лапой как старой знакомой, достала кулон и прежде чем девочка снова кинулась за желаемой вещью, бросила его в прямо девочке в руки.
Уна с нетерпением открыла кулон, в нём была фотография, где сама Уна во младенчестве была на руках счастливых родителей -- её мамы и папы. Кроме этого в кулоне был локон -- локон её -- Уны волос, это она теперь вспомнила, как и то что говорил отец вручая кулон ей: "Носи, дочь, когда нибудь ты будешь смотреть на него и вспоминать о чудных годах проведённых вместе, о детстве и просто о своей семье и нас своих родителях".
Слёзы сами навернулись на глаза:
– Я вернусь, я обязательно вернусь...- И прижала кулон к груди.
Чёрная лапка заботливо погладила её по руке с зажатым кулоном:
– Пойдём,- Белка (почему-то уже не столь чёрная, в шерсти явно пробивалась рыжина) участливо посмотрела на Уну,- Надо идти, оставаться нельзя,- и потянула за собой, девочка пошла, а дорога радужного цвета вдруг сама постелилась под ноги. Хоть, на этот раз, шли они с Чёрной Белкой пешком (та участливо поддерживала Уну под локоток, видя что девочка в расстроенных чувствах), но скорость, с которой Радуга несла их по пути, была такой, что леса и поля мелькали так - что деревья сливались в единое целое, и только добравшись опять до Города скорость спала до "беговой".
– Как натянутая резинка, а мы на её конце,- Всхлипнув улыбнулась девочка.
– Здесь только так и можно передвигаться, Мир сна живёт по своим правилам,- Белка шла теперь сбоку указывая куда надо свернуть.
– Ну вот дошли, сегодня это площадь Озарений, смотри вперёд и иди прямо, всё же не в первый раз.
И правда, стоило дойти до площади как прямо в воздухе возник знакомый чёрный диск "телепорта" куда, слегка поёжившись, смело и на этот раз "сама" зашла Уна.
И наступила тьма, и редкие звёзды вновь едва мерцают вдали, и только сама девочка может решить куда ей направиться в этот раз...
Вон то облачко мерцает как-то по особому и Уна движением мысли уже привычно летит навстречу новому, ещё не известному.
Облако на этот раз оказалось глубоко сапфирового цвета с мерцающими в глубине огоньками.
Оно обволокло целиком всю юную героиню с головы до пят после чего постепенно рассеялось открыв новую картину.
Уна оказалась в полутьме собственной квартиры (которую вдруг внезапно вспомнила, стоило лишь оказаться здесь). Быстро убедилась на практике, что сегодня её роль тут -- роль призрака, родители спокойно ходили сквозь неё, не замечая. Девочка было решила зайти к себе в комнату, как вдруг дверь комнаты распахнулась и оттуда выбежала она сама вприпрыжку побежав на кухню. Некоторое время Уна была в остолбенении, но всё же вспомнила, что это сон и переведя дух решила посмотреть, что будет дальше.
А речь тем временем за кухонным столом шла о сборах и о поездке в торговый Центр.
– Надо бы прикупить новое платье, а то она совсем из старого выросла,- это мама.
– В кино, хочу в кино,- это её собственный голос
– Кино подождёт, сегодня не до кино, нужно закупить на неделю продуктов, и кое -- что на дачу,- голос отца.
Уна задумалась:
– Похоже речь идёт о поездке в торговый центр, там где я утопну. Почему же мне показывают это в очередной раз, и почему сейчас в отличие от предыдущих снов я неосязаема?
А разговор на кухне тем временем принял повышенный тон.
– А я говорю, что сегодня ты обойдёшься без новых туфель.
– Ну мам, старые совсем уже жмут.
– Ну и неправда, покупали на вырост, и сейчас тебе не в туфлях ходить надо а максимум в сандалиях...
– Ну пап, ну скажи, кино, туфли, пару платьев.
– Помолчи, дай доесть, соберёмся и на месте посмотрим.
– Не мешай отцу завтракать -- ему еще машину вести.
– Ну мам... Мама!
– Помолчи, до торгового центра, там видно будет.
Уна подумала:
– ну и нудный у меня голос. Противно даже, неужели я так ною?
Некоторое время на кухне было тихо, раздавалось лишь сопение, наконец стал слышен голос отца:
– Ну это переходит все границы! Ты где этому научилась, по карманам лазить, а ну марш к себе одеваться, не будет тебе ничего сегодня!
Раздался звук шлепка и Уна увидела как она сама со слезами бросилась к себе в комнату закрыв с размаху дверь.
– Ну зачем так, ну нетерпелива, ну неуступчива...- Мамин голос.
– Жадна и своенравна, эгоистка растёт -- это хочешь сказать?
– А сам-то, сам, не эгоистом рос, так воспитали же -- и дочь воспитаем, бить -- то зачем?
– Шлёпать надо -- условный рефлекс на попытку вранья и кражи, это надо отбивать с малых лет, а так... собери пока её, а в центре посмотрим, глядишь и успокоится и осознает...
Раздаются шаги и последнее что видит Уна до того как сапфировый туман сгустился -- что мама заходит к ней в комнату предварительно постучав...