Чтение онлайн

— Какое, если не секрет?

— Вы подпишите обращение, в котором опровергните слова Грейт, сказанные ей в прямом эфире. Вы работали с ней и вполне можете поставить ее слова под сомнения.

Рольфу Эммерсону было страшно. Как никогда в жизни. Он предполагал, что Орден будет интересоваться его делами с Грейт, но совсем не ожидал, что разговор уйдет именно в это направление. Орден не интересовали мотивы Грейт, побудившие ее выступить с обращением. Его интересовало то, что осталось за кулисами. Рольф знал, что там оставалось. Но именно это он хотел раскрывать в последнюю очередь. Грейт обнаружила много чего… много чего такого, к чему не были готовы не только люди, но и вся разумная жизнь в галактике. Орден не знал о том, что Грейт собирается выступить по центральным каналам? Да наверняка знал. Просто это наверняка было необходимо им самим. А теперь, чтобы окончательно дискредитировать Мериен, они хотят полностью опровергнуть ее слова руками ее помощников…

Память снова вернулась в начало цикла. Звонок будильника, Кэтрин, недопитая кружка кофе… Прошлый цикл… Чистилище. Свободные от нейроконтроллеров биодроны… Да нет, не биодроны. Разумная, все прекрасно осознающая форма жизни, которую люди возродили. Сначала ради эксперимента, а сейчас… Чего хочет Орден? Понятно уже, что все программы «Нантек» для оборонного комплекса важны, но не более чем ширма для игры, которую ведет супер-координатор и его наместник здесь — Марен Хосс. Чего хотят они?

— Как странно… вы можете легко просканировать мне сознание, но не делаете этого… — невесело усмехнулся Рольф. — Я вас не понимаю…

— В этом нет нужды, — холодно ответил Вольц. — Вы работали с проектами высшей степени секретности и нам ли не знать, что в таких случаях импланты памяти модифицируются. Они стирают всю память при попытке доступа к информации псионным или био-химическим путем, через применение сывороток. Я понимаю, что вы очень хотите, чтобы мы попробовали взломать ваш мозг и не нашли бы ничего. Но уверяю вас, есть иные методы ведения дискуссий.

Дверь отворилась и в комнату вошел грузный пожилой человек в белом лабораторном халате. Перед собой он катил массивную тележку с разложенными на ней инструментами издалека похожими на хирургические.

— Мне сложно разговаривать с вами. — признался Вольц, продолжая расхаживать по комнате. — Вы не сепаратист. Не военнопленный. А я не солдат пленившей вас армии. Вы всего-навсего ученый, а я сотрудник службы расового контроля. Я не могу допрашивать вас по уже отработанным схемам. Вы не можете знать расположение сил противника, их состав, да и на идеологического врага не годитесь — максимум, на что вас хватает, так это повторять заученные чужие фразы. Я могу лишь надеяться на ваше сотрудничество и ждать, пока вы сами, без наводящих вопросов, расскажете мне о составе той информации, которую ваша группа утаила от нас. Подумайте еще раз. Хорошо подумайте. Вас дома ждет жена. На Марсе остался ваш отец, который находится в очень почтенном возрасте. Стоят ли ваши знания того, чтобы потерять этих людей навсегда?

Вторая ДНК. Рольф вспомнил бессонные циклы в лаборатории. Вспомнил сотни терабайт информации, среди которой они — Он, Игэн и Грейт искали крупицу истины. Элемент головоломки, которая сложилась во что-то определенное совсем недавно… Геном шитвани… геном расы, которая физически не должна жить, но… живет. Или может жить, но тогда это делает бесполезными все знания человека о вселенной… Вселенной, куда рано ступать такому человечеству… Что об этом известно Ордену? Они тоже фиксируют ноонные бури. Они тоже слушают инфосферу Тиадара. Они тоже наверняка понимают, что планета, куда они прибыли отнюдь не пуста. Но вот у них нет той базовой информации, что удалось получить Грейт для начала расшифровки вложенной во вторую ДНК генетической памяти биодронов. Именно эта память ключ ко всему, что происходит тут. Ключ к вратам мультивселенной, не ограниченной Млечным Путем…

— Вы зря молчите, мистер Эммерсон. — устало произнес Вольц. — Возможно, вас останавливает моральная сторона вопроса… Знаете, что я вам на это скажу? Вы не хуже меня сознаете, что эта планета уникальна. Она может помочь человечеству продвинуться вперед, как в технологическом, так и в социальном плане. Я буду совсем не против того, что завтра общество изменится так, что моя работа будет не нужна. ДНК разумного вида, обитавшего на этой планете раньше, чем она образовалась… да-да, не удивляйтесь, у нас тоже есть генетики и мы прекрасно знаем, что возраст генома биодронов старше возраста образующих Тиадар литосферных плит… может помочь нам в переходе на новый уровень. А если речь идет о благополучии и развитии целой расы, то мораль становится малозначимым и абсурдным фактором.

— С этой точки зрения, все те, кто развязывал самые разрушительные войны, святые. — процедил сквозь зубы Эммерсон.

— А почему нет? — невозмутимо пожал плечами Вольц. — В войнах наша раса закалилась. Благодаря таким людям как Чингисхан, Адольф Гитлер и начавший две тысячи лет назад первую и последнюю межзвездную внутрирасовую войну Иеремия Гауф, мы осознали, что войны ужасны и поняли, что их лучше избегать, так как они могут привести к нашей гибели. Если бы этих людей не было, мы так и не поняли бы, что огонь обжигает, и вместо того, чтобы сунуть в костер руку, прыгнули бы в пламя. Поэтому они дали нашей расе едва ли не больше тех, кто войны останавливал. Они дали нам понимание. А что бы нам дала мораль? Прежде всего, отрицание возможности самоуничтожения или уничтожения, ввиду отсутствия осознания уничтожения, как варианта развития расы. Так и сейчас. У нас есть шанс шагнуть далеко вперед и мораль не должна нас сдерживать. Вы со мной не согласны? Хорошо. Но согласны ли с вами те, кто хочет завтра все так же бесплатно учить своих детей и понимать, что живет под надежной защитой?

Вольц угрюмо взглянул на продолжавшего молчать Эммерсона и махнул рукой грузному мужчине, неторопливо перебиравшему блестящие инструменты:

— Генрих, приступайте. Постоянно ведите запись. Может все-таки у него проснется сознательность. Гейнц, ну а я теперь могу уделить внимание и вам. Пойдемте, разберемся с этой надоедливой группой Надзора.

Двое координаторов вышли в коридор и дверь за ними закрылась, заглушив едва начавшийся протяжный вопль.

Цикл завершался. На улице, за стенами резиденции Ордена взвыл ветер и город заполнился клубами песка. Здесь же, в ресторане резиденции было тепло, играла приятная музыка, можно было сыграть партию в старинную игру бильярд, а можно было попробовать себя и в боевом голографическом эмуляторе, где выигрывал тот, кто наберет больше очков за убитых противников. Вдоль рядов с лакированными блестящими столами ходили официантки-терранки, возле округлых бассейнов росли невысокие раскидистые пальмы, и журчала вода небольших фонтанчиков. Вольц занял крайний столик, и налив в прозрачный тонкий бокал немного марсианского вина стал наблюдать за молоденькой певицей, приглашенной с Терры.

— Ну и денек… — облегченно вздохнув, плюхнулся в соседнее кресло Гейнц.

— Разобрался с новичком?

— Да. Его повязал Надзор, а я отправил на Титан, откуда он был переправлен к нам требование хорошенько перетрясти тамошний отдел кадров.

— Пистолет-то нашли?

— Нашли. — Гейнц тоже налил себе немного вина. — В доме где жил Эммерсон, в каморке биодрона-домработника. Хоть он и клялся, что нашел его на лестнице, я не очень-то поверил.

— И?

— А что церемонится-то? Вывели на улицу и пристрелили.

— Ну и хорошо, что все хорошо заканчивается. — Вольц поднял свой бокал. — За Терру.

— За Терру.

Бокалы столкнулись с легким звоном.

— Как наш гость?

— Начнется ночной цикл, надо спуститься проверить. Главное, чтобы Генрих и его ребята не перестарались. Я еще может быть и разговорил бы этого… как его… а, Игэна Марша. Но вроде в этот раз Генрих с собой не приволок свч-излучатель.

— Думаешь, расскажет что знает?

— Может и расскажет. — Вольц стряхнул пепел с сигары в небольшой стеклянный кубок. — Да, знаешь что… Начнется ночной цикл, возьми пару людей, скатайся домой к нашему яйцеголовому. Перетряхни там все. А женушку сюда тащи. Пусть с мужем своим поговорит, посмотрит на него. Может быть, убедит его не упираться особо. Бабы же, они, иногда, убедительные бывают. Ну а будет трепыхаться, напомни ей… — Вольц достал информблок и что-то поискал в общей сети. — Да, напомни ей, что пару лет назад, она по своим журналистским вопросам занималась статейкой про Орден. Мы тогда на это внимания не обратили, но грешок и за ней есть.

— Слышал, в Аббервил бронедивизион наш выдвинулся? Говорят, там вообще полный хаос. Целого бета-координатора из столицы направили разбираться, — сменил тему Гейнц.

— А-а, вот как? Ну ничего, шишкам полезно размяться, — прохладное вино уже растекалось по жилам, грея изнутри уставший за день организм.

— Здесь-то что будет? Вроде как в городе ты пока главный…

— А что сверху скажут, то и будет. — отмахнулся Вольц. — На всякий случай я отдал приказ Херингу, подготовить спец-команду для блокировки и дезинфекции нашего питомника. А дальше пусть высшие координаторы решают.