Чтение онлайн

Бриз, который уже сожалел о своих нападках на Лулу, умолк.

– Прошу тебя, не будем портить этот вечер, - взмолилась Плам, надевая коричневые туфли-лодочки с вышитыми на них венками.
– Бен только на прошлой неделе вернулся из Торонто, где пробыл целых пять месяцев. И ты знаешь, какое это удовольствие для них - выйти вместе после столь долгой разлуки.

Застегивая манжеты, Плам вернулась в ванную и занялась прической.

– Давай договоримся о перемирии, - прокричала она через дверь Бризу, который все еще никак не мог успокоиться, - или тебе придется остаться здесь одному. Я пойду с ними в ресторан.

– Конечно же, я согласен на перемирие, - быстро сказал Бриз.
– И на все остальное, только бы ты была счастлива.
– Он надеялся после этого вечера с ее старыми друзьями вернуться к ней в спальню, кто-то же должен проявить благоразумие в этой глупой ситуации. Ему уже порядком надоело спать в одиночестве.

– Хотелось бы верить, что тебя и в самом деле заботит мое счастье, упрямый осел, - пробормотала себе под нос Плам, припомнив свой долгий разговор о счастье с тетей Гарриет.

***

– Мужчин всегда ставил в тупик вопрос: чего хотят женщины от жизни? говорила тетя.
– И тем более им никогда было не понять, что они хотят больше того, что получают.

– И они хотят времени, чтобы получать от жизни удовольствие, - добавила Плам.

– Ах, в этом-то как раз все дело, - подхватила тетя.
– Женщины с маленькими детьми не могут сделать карьеру, потому что не получают поддержки. Воспитание детей, наверное, самая важная в мире работа, но политики так не считают.

– Но больше всего женщинам хочется, - добавила Плам, - делать кое-что из того, на что мужчины оказываются способны потому только, что женщины обеспечивают им тыл.

– И еще женщины нуждаются в своих собственных деньгах, - печально сказала тетя.
– Они не должны зависеть от мужчины, им надо самим зарабатывать деньги и самим распоряжаться ими.

– Тетя Гарриет, вы феминистка?

– Да, я действительно считаю, что игра должна вестись честно на любом поле. И кто-то уже говорил, что противоположностью феминизма является мазохизм.

***

В четыре часа дня Плам вела свой черный "Порше" вдоль Темзы, направляясь на встречу с профессором Инид Соумз, которая рано возвращалась с работы по пятницам.

Квартира госпожи Инид находилась в одном из старинных домов в Баттерси на аллее Принца Уэльского. Дверь открыла высокая сурового вида женщина в темно-вишневых вельветовых бриджах и коротком жакете поверх шелковой блузы стального цвета. Асимметрично подстриженные седые волосы падали на одну сторону, прикрывая один глаз. Помада на ее губах была того же тона, что и бриджи.

– Входите, прошу вас!
– Плам узнала этот глубокий и звучный голос.

Сжимая в руке большой стакан водки с мартини, Плам сидела в просторной бежевой гостиной. В бело-голубых китайских вазах стояли пурпурно-синие гиацинты. Тщательно подбирая слова, она рассказала о своих поисках, один за другим передавая госпоже Инид диапозитивы сомнительных картин.

Инид залпом допила содержимое своего стакана.

– Хорошо, что у вас есть эти диапозитивы. Поиски в архивах заняли бы у вас месяцы, если не годы.
– Она подошла к шкафчику для бумаг, искусно изготовленному в виде подставки для лампы.
– Зная, о чем пойдет речь, я захватила кое-что домой.
– Она достала из шкафчика диапозитив. Предполагается, что это неизвестная ранее работа Яна ван Кесселя-старшего. Она была приобретена в Париже в 1989 году у Тонона - мелкого торговца, промышляющего в парижском районе Марэ.

Диапозитив перешел в руки Плам.

– Один швед купил ее всего за сорок восемь тысяч долларов - это примерно вдвое дешевле того, что за нее могли бы дать на аукционе. Поначалу он решил, что ему повезло - жадного человека легче обмануть, - но потом забеспокоился и прислал ее нам.
– Она отбросила седую прядь и посмотрела на Плам.
– Он, конечно, желает сохранить инкогнито. Это обычная история. Владельцам не хочется, чтобы кто-то знал, что их надули. И даже когда подделка доказана, они предпочитают скрывать ее.

Плам посмотрела диапозитив на свет. Картина была выполнена в ярких чистых тонах со множеством оттенков красного. На темном фоне деревянный стол с оловянными приборами и тарелками с фруктами. На заднем плане глиняный кувшин и ваза с цветами, над которыми висела бабочка. Рядом с вазой - несколько опавших лепестков. Справа ползла желтая гусеница, две мыши грызли каштан возле серебряной ложки, на ручке которой стояли инициалы "ЯВК".

– Вот эта желтая гусеница!
– Плам пришла в возбуждение. "Еще одна связь", - мелькнуло у нее в голове.
– Точно такая же на картине леди Бингер! Трупная муха с картины Сюзанны появляется на картине Артура Шнайдера. А ящерица Синтии вдруг оказывается изображенной и на картине Сюзанны, хоть и в другом цвете.

Госпожа Инид предостерегающе покачала головой.

– Не забывайте, что художники часто обменивались альбомами с набросками. А иногда просто повторяли какие-то мелкие детали в качестве собственного символа. Такими символами могли быть жук, улитка...

– Ну да, так же, как сам Альфред Хичкок появляется на мгновение во всех своих фильмах.

– Вот именно.
– Инид достала другую папку и с улыбкой протянула Плам еще один диапозитив.
– Думаю, вам будет интересно. Это еще одна сомнительная картина Яна ван Кесселя-старшего, которая тоже вышла из рук все того же Тонона.

Плам поднесла его к лампе и недоверчиво заморгала.

– Но это же картина леди Бингер!
– Она достала диапозитив, привезенный от леди Бингер, чтобы сравнить.

– Все верно. Пройдем в мой кабинет, там у меня есть подсветка.

Посередине заставленного книгами кабинета стоял большой стол и два рабочих кресла. Когда диапозитивы оказались рядом, подсвеченные снизу, Инид сказала:

– Очень похоже, что это одна и та же картина.
– Она заглянула в папку. Коттон, торговец картинами с Бари-стрит, просил нас проверить ее. Цена, которую запросил за нее Тонон, показалась ему подозрительно низкой.

– Значит, Тонон продал ее Монфьюма, - возбужденно заключила Плам, который перепродал ее Форрестеру, а те уже - леди Бингер. Хотя ничего подобного в паспорте леди Бингер не указывается.

– Это так же, как в автобиографии: все сомнительное опускается, - заметила Инид и вынула из папки несколько отчетов.
– Теперь давайте посмотрим результаты нашего химического анализа картины, которую прислал нам Кот-тон. Пробегая текст глазами, она бормотала:

– ..написана на подлинной медной пластине семнадцатого века.., но анализ красок показывает наличие следов окиси титана в виде рутила - это белый пигмент, который был открыт в 1920 году и выпускается промышленностью с 1941-го...