Чтение онлайн

Достаточно ощутимой неудачей борцов против муниципальной реформы в республике — присоединения поселков к Нальчику и введения «межселенных территорий» в горах — стало определение Конституционного суда России от 17 июня 2006 г., в котором суд постановил прекратить производство по жалобе на республиканские законы, обеспечивающие эту реформу («Об административно-территориальном устройстве» и «О статусе и границах муниципальных образований»). Ответом стали новые митинги, которые проходили в сентябре 2006 г. (12 сентября и 30 сентября) в курортном пригороде Нальчика Долинске. [21] На митинге 30 сентября, который был назван «общебалкарским», было выдвинуто требование образовать укрупненный «Северокавказский регион», в который вошла бы Балкария. Основными организаторами этих мероприятий выступили Совет старейшин балкарского народа и МОО «Балкария». Руководитель МОО «Балкария» Джаппуев при поддержке правозащитников пытался также провести акции в защиту прав балкарцев в ноябре 2006 г. в Москве, однако «гвоздь» его столичной программы — митинг на Лубянской площади 25 ноября — собрал не более 30 человек.

Раскол балкарского движения особенно явственно обозначился во время годовщины депортации 8 марта 2007 г., когда у Мемориала жертвам депортации в Нальчике состоялось фактически два митинга — один «беппаевский», другой — оппозиционный. На первом присутствовало руководство республики. Оппозиция вновь протестовала против муниципальной реформы, Беппаев снова утверждал, что «эти люди просто отрабатывают полученные в неких организациях средства, направленные на дестабилизацию обстановки в Кабардино-Балкарии». Острое неприятие у балкарской оппозиции вызвало предложение Беппаева (поддержанное на митинге и Каноковым) именовать 8 марта не днем траура, а днем памяти. Газета оппозиции «Балкария», описывая события у мемориала, представляла их так, что мероприятие с участием Беппаева и Канокова прошло фактически без участия собравшихся, якобы в массовом порядке поддержавших митинг оппозиции. В реальности, по свидетельствам очевидцев, имели место, скорее всего, попытки двух разных «флангов» балкарского движения перетянуть на свою сторону людей, пришедших в тот день по обычаю просто почтить память своих предков, пострадавших в годы депортации.

Конституционный суд РФ 15 мая 2007 г., вторично рассмотрев иск, касающийся муниципальной реформы в Кабардино-Балкарии, признал, что изменение границ муниципальных образований не могло пройти без учета мнения их жителей (напомним, что на момент принятия республиканского закона о границах муниципальных образований референдума в Хасанье и Белой Речке не проводилось). Обращение в Конституционный суд в этот раз было направлено группой частных лиц, в том числе председателем исполкома Совета старейшин Балкарии Оюсом Гуртуевым. Решение Конституционного суда было воспринято оппозиционными балкарскими активистами как победа. Через месяц, 15 июня, Совет старейшин направил в Верховный суд Кабардино-Балкарии иск о невыполнении решения Конституционного суда, а также закона РФ «О реабилитации репрессированных народов» органами власти Кабардино-Балкарии.

Позиция властей республики после определения Конституционного суда не претерпела значимых изменений. (В целом в 2006–2007 гг. республиканские власти не раз демонстрировали готовность к каким-то формам компромисса по Хасанье и Белой Речке, однако дальше заявлений о такой готовности дело обычно не шло; так, 26 сентября 2006 г. представитель президента Кабардино-Балкарии в Народном собрании и судебных органах Залим Кашироков заявил о законодательной инициативе республиканских властей, суть которой состояла в том, чтобы внутри городских округов могли существовать муниципальные образования — под действие такой законодательной поправки подпали бы балкарские поселки, включенные в состав Нальчика, однако практических шагов в продолжение таких заявлений предпринято не было.)

Несанкционированный митинг балкарской оппозиции, организованный 14 июля 2007 г. на центральной площади Нальчика, выдвинул следующие требования:

Если ситуация в пригородах Нальчика в 2006–2007 гг. обсуждалась практически только балкарской оппозицией, то серьезность проблем «межселенных территорий» в Эльбрусском районе признавалась всеми заинтересованными сторонами. Это подтверждается выступлением Арсена Канокова на сессии местного самоуправления района 24 июля 2007 г.: «Мы не позволим расшатывать ситуацию, разделять людей по национальному или каким-то другим признакам. Скоро здесь дойдет до того, что начнется размежевание по семьям. Этого нельзя допустить, иначе потом на исправление ситуации понадобятся годы». Глава республики при этом признал наличие проблемы с отторжением сельских земель, не забыв сослаться и на происки «темных сил»: «Было время, когда несколько человек в республике уводили огромные объемы федеральных средств, я пресек это, и, естественно, есть недовольные тем, что их оторвали от кормушки. Они баламутят народ, политизируют экономические вопросы, такие, как вопрос о межселенных территориях. Мы оставили их в ведении республики, чтобы развивать, ведь у республики больше возможностей. Но если это беспокоит людей, мы вынесем этот вопрос на осеннюю сессию [Народного собрания. — К.К.], чтобы отдать их муниципалитетам. У меня нет здесь никаких личных интересов, я в этом не нуждаюсь, единственная цель — помочь населению». Говоря об экономике района, Каноков отметил, что четверть всех инвестиционных средств, поступающих в Кабардино-Балкарию, направляется в Эльбрусский район, что идет постоянная работа с потенциальными инвесторами, готовыми реализовать проекты по развитию Приэльбрусья: «Однако одних усилий власти недостаточно, для инвестора главное — стабильность и спокойствие на территории, в которую он намерен вкладывать средства». В последнее время, признал президент, в Эльбрусском районе создалась тревожная общественно-политическая и криминогенная ситуация.

«Официальные» и оппозиционные балкарские организации в 2007 г. соревновались друг с другом в риторике по проблеме Приэльбрусья. Дополнительным фактором напряженности здесь стало возбуждение в июле 2007 г. уголовного дела против директора национального парка «Приэльбрусье» Далхата Байдаева по подозрению в уклонении от уплаты налогов. На вышеупомянутом митинге в Нальчике 14 июля Байдаев был назван в числе «принципиальных руководителей», отстраненных властями республики от работы (дело против него было прекращено Эльбрусским районным судом 19 февраля 2008 г.). Беппаев, выступая на пресс-конференции в Нальчике 29 августа 2007 г., заявлял: «Особенно нас волнует ситуация в Эльбрусском районе республики, которая продолжает ухудшаться».

При этом Беппаев в 2006–2007 гг. многократно публично подчеркивал свою лояльность Канокову. Более того, в ряде выступлений он с разной степенью открытости проводил и такую мысль, что за балкарской оппозицией стоят силы, потерявшие власть в республике. [22] При этом нельзя исключить и того, что Беппаев и возглавляемая им балкарская организация в этот период как-то были вовлечены в не всегда простые отношения внутри администрации Канокова — иначе трудно было бы объяснить заявления Беппаева о подготовке неких нежелательных для балкарцев документов «отдельными чиновниками» в Доме правительства республики (об этом он говорил, например, на пресс-конференции в Нальчике 15 мая 2007 г.).

Вопреки ожиданиям оппозиционных балкарских активистов, по нашим оценкам, не получили значимого резонанса в балкарской среде их многочисленные выступления против празднования 450-летия присоединения Кабардино-Балкарии к России в августе 2007 г. Основной пафос этих выступлений состоял в том, что учреждение этого общереспубликанского юбилея никак не учитывает признанной историками даты присоединения Балкарии к России — 1827 г. [23] По всей видимости, население — вне зависимости от национальности — было более заинтересовано в возможных «бонусах», которые республика могла получить в связи с юбилеем, а не в исторических аспектах данного мероприятия.

Перед выборами в Государственную думу деятельность балкарской оппозиции «высветилась» в связи с межпартийным противостоянием, однако республиканским властям удалось нейтрализовать этот фактор. Напомним, что выборы тогда проходили только по партийным спискам. На начальной стадии предвыборной кампании Совет старейшин балкарского народа оказал поддержку «Справедливой России», на тот момент воспринимавшейся как «вторая партия власти». В региональном списке «Справедливой России» по Кабардино-Балкарии первоначально значился глава местного самоуправления Эльбрусского района Хизир Макитов. Республиканское руководство осенью 2007 г. гласно причисляло представителей балкарских организаций, недружественных «Алану», к своим оппонентам. Говоря на совещании в Нальчике 14 ноября 2007 г. о положении в республике накануне выборов в Госдуму, Каноков заявил, что ожидает протестных акций от СПС, а также от «Справедливой России», которую, по его словам, поддерживал Совет старейшин балкарского народа: «Не исключено, что эти партии планируют использовать мобилизационные возможности и опыт проведения протестных акций названных национальных объединений в период выборной кампании. Однако, думаю, нам удастся минимизировать либо вообще исключить подобное развитие процессов». Поскольку в региональном списке «Справедливой России» на момент выступления Канокова состоял Макитов, такое заявление было фактическим признанием того, что руководитель крупного муниципалитета рассматривается республиканской властью как политический оппонент. [24] Такое положение дел было преодолено непосредственно перед выборами: тогда Совет старейшин неожиданно объявил о поддержке «Единой России», а Макитов вышел из списка «Справедливой России», которая в итоге набрала в республике менее 1 % голосов, упустив шанс получить солидный процент в балкарских районах. Скорее всего, действия Макитова и Совета старейшин были продиктованы нежеланием становиться в оппозицию Владимиру Путину, возглавившему федеральный список «Единой России», а также существовавшими в национальных республиках умонастроениями, суть которых сводилась к тому, что в Думе необходимо иметь «своего» депутата, а этого при действующей системе думских выборов можно добиться, только соревнуясь с соседями в количестве голосов за «Единую Россию».

Как показали дальнейшие события, послевыборное перемирие было недолгим и не позволяло говорить о каком-либо серьезном соглашении между республиканскими властями и оппозиционными лидерами. Можно сказать, что в течение всего 2008 г. «балкарский вопрос» занимал в республике более значимое место и таил большие угрозы, чем в 2006–2007 гг. При этом, на фоне относительной пассивности других балкарских организаций, возрастала роль именно Совета старейшин балкарского народа. Прежде чем перейти к изложению основных событий 2008 г., перечислим те факторы, которые, на наш взгляд, стали причиной нового обострения: