Чтение онлайн

Шишак знал – отдаст он то, что от него требуют, или не отдаст, а в живых его все равно не оставят. И не отдал. Из сучности. Из упырства своего твердокаменного.

Медленно прохожу платформу из конца в конец. Заглянул на рельсы. Никаких признаков аномалий. Никаких признаков чужого присутствия.

– Степан, осмотри здесь всё. Ищи любые странности. Не угрозы, нет, а любые непонятные, не укладывающиеся в норму вещи. Осмотри трупы. Обыщи. Не брезгуй. Может, что-нибудь интересное попадется.

Он смотрит на голого Шишака с омерзением, но спорить со мной не пытается. Вот и ладно.

– Нина, идемте со мной.

Парни, помните, я говорил, что у станции метро «Университет» два входа? Напоминаю вот: двавхода. Через первый мы вошли. А ко второму ведет могучая тройная лестница с мраморной облицовкой, поднимающаяся над серединой платформы. Перед ней сооружено два прилавка. Один – вроде барной стойки, а другой – для всякой мелочной продажи. Под лестничной аркой, прямо на рельсах, выгорожен фанерный «сарайчик». Здесь хранился продуктовый припас. Сейчас, понятное дело, полки пусты, аж вихрь свищет по просторам бескормицы. Мародеры всё выгребли подчистую, вплоть до одноразовой посуды.

Но если пойти не под не лестницу, а по ней наверх, будет, скорее всего, очень интересно. Интереснее всего, что тут есть.

Шишак не мог спать вместе со всеми, на платформе. И самые крутые его ребята тоже не могли спать вместе с обычными постояльцами. И арсенал, и хранилище артефактов в сталкер-баре никогда не бывают устроены там, где спят-едят-пьют захожие клиенты. А поскольку больше на станции апартаментам командования быть негде, значит, они наверху.

И мы с Ниной поднимаемся.

Да, ребята, такого я не ожидал…

Между лестницей и тем местом, где должен быть вход на эскалаторы, – маленький зальчик. Но к эскалаторам из него подойти невозможно. Не знаю, какими калачами Шишак загнал сюда строителей – а может, и не загонял, просто под дулами автоматов набрал в Подмосковье столько таджикских рабов, сколько требовалось, – но их руками барыга возвел мощную кирпичную стену от пола до самого свода.

На хрена, небось спросите?

Наверное, не так уж много стрелков у него было. А держать малым числом бойцов огромную станцию, да еще со множеством выходов, – дело рискованное. Вот он и решил, надо думать, что еще один выход на этом месте ему не нужен…

Здесь же, прямо у стены, стоят самые богатые кровати. Одна – с балдахином и пуховой периной. Другая – с гидроматрасом. На третьей мог бы прилечь на отдых бронетранспортер, и нисколько не побеспокоил бы соседей.

При постелях – мебель из красного дерева и отдельный биотуалет для избранных особей. Тут обитала «старшая дружина», доверенные люди Шишака. Один из его «витязей» остался здесь навсегда с проломленным черепом и в луже крови.

Тут же красуется ванна и еще один рукомойник с ней по соседству. Видно, здесь же хранились запасы воды в больших пластиковых бутылках. А может, в бочках, – ребятки могли сюда и целые бочки припереть, чтобы как можно дольше не забивать себе головы столь щекотливым вопросом. В Зоне дождевую воду лучше не пить, а из рек и прудов – тем более. Козленочком станешь. В буквальным смысле.

Сейчас, ясное дело, ни капли воды мародерами не оставлено. Чего только не сыщешь в загашнике у мертвых хозяев!

Шишак и его команда собирались тут устроиться как какой-нибудь средневековый барон со своими рыцарями. На годы. Чтобы миллиардерами отсюда выйти. Только Зона рассудила по-своему. Она у нас баба вероломная, не любит, когда на ее территории кто-нибудь, кроме нее, строит долгосрочные планы. Поманить, обласкать, удачу показать, а потом башку свинтить – как раз в ее характере.

Примерно четверть зальчика занимает большая кирпичная будка свежей постройки. Ни одного окна и единственная дверь. То есть когда-то была она тут – очень солидная стальная дверь с тремя замками. Вот только ныне занимает она не штатный свой проем, а место аккурат рядом с мертвецом, на полу. Взрыв почти не изменил ее могучего обличья. Зато таджикскую стену в том месте, куда уходили стальные шипы замков, изрядно повыворотило.

– Нина, вам приходилось когда-нибудь посещать апартаменты большого барыги в Зоне? Редкого мерзавца, душегуба и довольно богатого человека?

– Нет, что вы, я с такими людьми отношений не поддерживаю.

– Признаться, я тоже. И укрывищ их доселе не видал. Тогда знаете что? Как говорит доцент Терех, снимайте! Собирайте бесценный опыт, – науке пригодится. Ибо мы как раз добрались до такого места.

– Да мне нечем. У меня же универсальный прибор сгорел…

– Ах да. Тогда смотрите во все глаза. И хорошенько запоминайте.

И мы заходим. Извини, Шишак, что без спроса. Тут ведь как: чем мертвее хозяин, тем раскованнее можно вести себя в его доме. Согласен?

Да, жилище у тебя что надо, Шишак. Ты даже в Зоне с комфортом устроился. Ортопедический матрас у тебя таких размеров, что мародеры не решились его вытаскивать: больно неудобно потом переть. Светильник ты себе устроил не из разряда «аварийных ламп», а хороший такой, красивый, из модного магазина. Мародеры его тоже оставили, поскольку толку им от этой понтовитой вещи – ноль. В Зоне не продашь, а за Периметр другое вывозят. Ваза хрустальная, очень красивая, в Зоне – абсолютно не нужная, и потому стоит здесь в целости и сохранности.

Стеллажик ты себе книжный притащил, и целых две полки детективов на нем. Только зарубежные. Классика: Жорж Сименон, Джон Ле Карре, Себастьян Жапризо, Агата Кристи. О, и Конан Дойл тут – Шерлок Холмс, Бригадир Жерар, «Белый отряд»… Третья полочка – шпионские романы. Смотри-ка, Клэнси четко подобран.

Даже проигрыватель старинный себе завел, а с ним, я вижу, дюжину виниловых пластинок. Мнэ? «Спаркс»… «Куин»… «Дайр Стрэйтс»… «Металлика»… Ну что тебе сказать, ты был говнюком с очень хорошим вкусом.

А теперь признайся честно, где у тебя персональный тайник? Ладно, сами как-нибудь разберемся.

Прежде всего, парни, самое главное: тут рылась Катька, а она у меня не промах. Но супруга моя ничего не нашла. И тут рылся еще непонятно кто до нее, рылся целенаправленно, но тоже ничего не нашел. Иначе Катькину группу не атаковали бы в туннеле. А набросились на нее только потому, что предполагали: вот эти могут идти с хабаром. Теперь, значит, они, эти самые загадочные они, не знаю уж кто, уверены: полуживая Катька утащила с собой книги Лодочника. Всё, тю-тю.