Чтение онлайн

– Майя! – голос подруги дрожал, словно девушка с трудом сдерживала слезы: - Господи… Мне Денис позвонил и все рассказал… Майя, Боже мой!

Она отстранилась, обеими ладонями схватила лицо подруги и с ужасом уставилась на него.

– Ну почему?! – Исаева все же не выдержала и всхлипнула, - Майя, ну почему ты ничего не рассказывала?! Как ты жила одна с этим?! Боже мой, Майя, хорошая моя, да как он мог…

Слезы текли по ее лицу, она сбивалась в словах, потом целовала Майю в висок, в волосы, в щеку рядом с синяком, снова обнимала и опять повторяла ее имя.

Майя таяла от ощущения невозможного, незнакомого тепла. Они все здесь переживали за нее. Вера, Тимур, Артур, Денис и даже Матвей. Раньше ей казалось, что в прошлой жизни она наверняка совершила что-то ужасное, раз у нее были такое детство и судьба. Сейчас же казалось, что она наверняка спасла планету, раз мир решил подарить ей этих людей.

– Майя, а хоть кто-то об этом знал? – спросил Денис.

Девушка повернулась к нему и несмело кивнула.

– Наша соседка, которая взяла опеку. И бабушка знала. Пока она была жива, он… он все равно боялся… не так, чтобы сильно, но держался. А когда она умерла…

Она запнулась, а Верины пальцы стиснули ее плечи до боли. Майя отвела взгляд и бездумно уставилась на асфальт. Под влиянием этого тепла и незнакомого прежде ощущения безопасности, она вдруг почувствовала, как плотину, за которой кроется мерзкая тайна, прорывает.

– Когда бабушка умерла, он почувствовал свободу. Раньше тоже было плохо, но потом… потом он словно сошел с ума. Нам с Мартой очень доставалось, а после вообще… В общем, после он начал приставать. Когда он ранил Марту, мы думали, что все закончилось, и теперь его посадят. Но связи… Сейчас он вернулся и угрожает Валентине Ивановне, - продолжила она после небольшой паузы.
– Говорит, что она - незаконный опекун, что все переоформит обратно, что, если она будет лезть - он ее по судам затаскает.

– Вот мразь, - выдохнул Денис.

Артур устало опустился на деревянную лавку и ладонью прикрыл глаза.

– И совсем скоро у нас День рождения, - Майя сглотнула.
– А он не отпустит нас до этого момента. Ему нужно, чтобы мы были рядом, не натворили глупостей, а после совершеннолетия переписали на него дом. Чтобы все было официально, потому что бабушка завещала дом нам.

Вера утерла слезы рукавом светло-голубой куртки и удивленно спросила:

– Что значит не отпустит?

– Никуда не отпустит. Чтобы не сбежали.

Рядом снова присел Тимур. Его ладонь опять обожгла ей колено, а парень вдруг хмуро сказал:

– Домой ты не пойдешь.

Ветер с силой ударил в решетку, и она зазвенела. А еще зазвенело у Майи в ушах. Девушке показалось, что она ослышалась, но суровый взгляд Осипова убеждал в обратном.

– Но… Нам негде жить, - тихо ответила она.

– У меня родители уезжают, папа на операцию, мама его сопровождает - ответил Тимур почти сразу.
– Черт. Но это только послезавтра. Да и мама вернется через несколько дней…

Он раздраженно взъерошил волосы, а потом выдохнул:

– Я что-нибудь придумаю…

– Да чего думать-то? – фыркнул Артур, - бабушкина квартира свободна. Предки берегут ее пока до моей учебы, сказали – инвестиция в будущее. Там располагайтесь, свободно, ключи у меня с собой.

В подтверждение своих слов он достал из кармана связку ключей.

– Ты их всегда с собой носишь?

– На всякий случай… - туманно отозвался Артур. – Квартира, кстати, в соседнем доме с Тимуром, - продолжил он.

Майя моргнула. Она слышала слова, но с трудом улавливала их смысл.

– То есть… мы?

– Вы, вы. Ты и Марта, - кивнул Артур.
– Переезжайте.

Денис довольно фыркнул:

– Идеально! Хата хорошая, сколько раз мы там тусили.

Вера с облегчением выдохнула, и одобряюще потрепала Майю по плечу, но та вдруг медленно покачала головой.

Она, наконец, встала с земли и поморщилась – оказывается, ноги очень сильно затекли.

– Он найдет нас, - сказала она тихо, обнимая себя за плечи: - Если мы просто уйдем, он найдет и все станет еще хуже. Не дай бог еще в полицию заявит…

Тимур тут же оказался рядом с ней. Снова обнял, поцеловал в висок и хмуро заявил:

– Не найдет. А если найдет, то ничего не сделает.

– Найдет, - упрямо повторила она, прижимаясь ближе к теплому Осипову.
– Он же…

Матвей, до этого молча стоявший в стороне, убрал телефон в карман и подошел ближе.

– Майя, - спросил он. – А ты хочешь бороться за дом?

– Нет.

Она ответила очень быстро, даже не раздумывая. Это не было тяжелым или необдуманным решением. Они обсуждали это с Мартой не один раз, и каждый раз приходили к выходу, что этот дом пусть и хранил в себе теплые воспоминания о бабушке, но все же в большей степени являлся источником кошмаров. Даже если придется скитаться без своего жилья много лет, перебиваться съемным и использовать временную прописку – это все равно не повод держаться за пропитанные их страхом и болью стены. А еще, если дядя заберет дом, у него больше не будет повода пересекаться с ними. А это ли не главное?

– Ну вот и отлично, - Матвей коротко улыбнулся. – Тогда точно не о чем переживать.

Майя отстранилась от Тимура и повернулась к Долгову.

– Но он в это не поверит так просто. Поэтому ему нужно, чтобы мы были рядом.

– Тебе не поверит, - ответил Матвей. – А нам – поверит.

Девушка дернулась. Тимур хотел снова обнять ее, но она уперлась ладонями в ее грудь и отчаянно замотала головой:

– Нет.

– Да.

– Нет. Нет-нет! Нельзя! Ни в коем случае!

– Майя, - перебил ее Матвей.
– Ты хочешь, чтобы это закончилось?

Она не ответила, да и что отвечать на такой вопрос? Конечно, она хочет. Но не ценой разрушенных жизней этих людей. Самых близких ей людей.

– Маленькая, не бойся, ладно? – Осипов наклонился к ее уху и едва заметно коснулся его горячими губами. – Мы не совсем идиоты. И подставляться мы не будем. Но и тебя… вас с Мартой мы не оставим там больше ни на минуту.

Тимур чуть отодвинулся. Посмотрел ей в глаза и очень тихо добавил:

– Я тебя вообще больше никогда не оставлю…

Волна жара окатила тело Майи, она тяжело задышала и вдруг… кивнула. Просто взяла и согласилась, хотя разум кричал продолжать отказываться и уводить их из-под удара. Но она вдруг почувствовала себя такой слабой, а их такими всесильными, что бороться с этим ощущением невероятной безопасности не захотелось.

Это было эгоистично, она, наверняка, не раз проклянет себя за это. Но, Боже, как же она устала бороться в одиночку.

– Умница, - Тимур поцеловал ее в скулу и облегченно улыбнулся.

– Тим, пойдем отойдем. – позвал его вдруг Матвей.

Осипов напрягся.

– Зачем?

– На секунду.

Они отошли на край площадки, к сетке.

Матвей говорил тихо, но по лицу Тимура Майя сразу поняла: разговор ему не нравился. Он сначала нахмурился, потом зло качал головой и что-то резко отвечал. Матвей не повышал голоса, его лицо по-прежнему оставалось спокойным. Тимур снова что-то сказал, уже сквозь зубы и, наконец, кивнул.