Чтение онлайн

– Чем собираетесь заняться, пока вы здесь? Экскурсии? Театр? Кино? Друзья?

Эдвина рассмеялась: очевидно, он ничего не знал об Алексис!

– Что вы, мистер Горовиц! Я здесь для того, чтобы приглядывать за нашей кинозвездой. Сегодня она с Джорджем, поэтому я спокойна, но с завтрашнего утра заступаю на пост: костюмер, телохранитель и воспитатель в одном лице!

– Да, задача перед вами нелегкая.

Сэм улыбнулся, поставил чашку и вытянул перед собой длинные ноги. Она тоже его разглядывала. Эдвина знала, что ему за пятьдесят, хотя выглядел он моложе. И еще должна была признать, что он очень хорош собой, но держался непринужденно, словно не сознавал собственной привлекательности.

Закончив кататься, пришел Тедди. Эдвина представила их друг другу, и Сэм протянул ему руку. Обменявшись рукопожатиями, они заговорили о лошадях.

– Они замечательные! Я покатался на двух: хотел взять арабского жеребца, но конюший посоветовал лошадь посмирнее. Интересно, где Джордж их раздобыл?

Сэм улыбнулся.

– Того жеребца, на котором ты только что сидел, он взял у меня. Прекрасное животное! Иногда я даже жалею, что отдал его. – Сэм болтал с Тедди тепло и дружески, как с равным.

– А почему вы его отдали?

– Да куда уж мне, старику, верхом ездить!

Сэм притворно закряхтел, покашлял, чем вызвал дружный смех.

– Да будет вам, мистер Горовиц! – замахала ладошкой Эдвина.

– Прошу, зовите меня Сэмом, а то я чувствую себя совсем древним. А ведь я и вправду почти дед!

Эдвина вопросительно повела бровью.

– Вот как? Может, я чего-то не знаю?

Но это была всего лишь шутка, и Сэм поспешил ее успокоить. Однако ему действительно не терпелось увидеть внуков, и он надеялся, что Хелен и Джордж не заставят его долго ждать. А еще он хотел, чтобы у них была большая семья. Хорошо, когда много детей. Он тоже хотел бы… но мать Хелен погибла, а он больше не женился.

– Интересно, каково это – быть тетей, – задумчиво сказала Эдвина, подливая чаю себе и Сэму. Странно было думать, что у ее братьев и сестер, которых она воспитала как своих детей, могут появиться собственные дети!

Сэм вдруг вспомнил, зачем приехал, и пригласил их на обед к себе, заверив, что все они будут в его доме желанными гостями.

– Но удобно ли это, мистер… э-э, Сэм? – засмущалась Эдвина.

– Конечно! Вы окажете мне честь. Прошу вас, приезжайте все.

Он поднялся, опять поразив ее огромным ростом. Очень привлекательный мужчина, подумала Эдвина и тут же одернула себя: разве можно так смотреть на будущего тестя собственного брата?

– Я пришлю за вами машину в семь. Мой компаньон очень ненадежен в таких делах: возможно, вообще решит прийти прямо из студии. – Сэм улыбнулся, и Эдвина кивнула.

– Хорошо. Спасибо. – Они с Тедди проводили Сэма до машины.

– Значит, до вечера. – Он колебался всего минуту, прежде чем пожать ей руку, забрался в «роллс», помахав им на прощание, и укатил.

Из дома вышла Фанни и спросила без особого интереса:

– Кто это был?

– Отец Хелен, – ответила Эдвина. – Заезжал пригласить нас на обед.

– Это обязательно? – насупилась Фанни, которая предпочла бы остаться дома, но Эдвина полагала, что юной девушке не годится запираться в четырех стенах.

– Там не будет скучно, уверяю тебя.

Зато Алексис была в восторге, узнав о приглашении, и теперь решала, что бы такое надеть – и лучше из гардероба Эдвины. Девушка была взбудоражена после дня, проведенного в киностудии. Они с Джорджем внимательно изучили и подписали контракт, а потом ей подогнали по фигуре все костюмы.

– А мы долго там пробудем? – спрашивала она то и дело, пока они собирались, и едва не лишилась чувств, когда увидела роскошный автомобиль, который прислали за ними.

Джордж решил, что поедет на своей машине, на тот случай если Хелен захочет вечером отправиться куда-нибудь развлечься.

Особняк семьи Горовиц поражал своим великолепием. По сравнению с ним даже дом Мэри Пикфорд казался лачугой! Огромные комнаты, высоченные потолки, антикварная мебель, вывезенная из Англии и Франции, деревянные панели, мраморные полы, роскошные обюссонские ковры, картины импрессионистов на стенах! Сэм Горовиц приветствовал гостей с искренней радостью: поцеловал Эдвину в щеку так, словно знал ее с детства, и мгновенно расположил к себе остальных – они сразу почувствовали себя как дома. Хелен тоже расцвела улыбкой и предложила Фанни показать дом. Пока девушки исследовали владения дочери, Сэм предложил Эдвине и Тедди посмотреть на лошадей. Это были потрясающие призовые скакуны из Кентукки, все арабской породы. Теперь-то Эдвина понимала, отчего Джордж так долго не решался сделать предложение Хелен Горовиц. К счастью, роскошь не сделала девушку заносчивой стервой, и Эдвина видела, что она действительно любит ее брата. Хелен не обладала какими-то выдающимися способностями, зато была наделена любящей душой. Она чем-то напоминала Фанни, только повзрослевшую: такая же простая и домашняя.

Когда за обедом разговор зашел о семейной жизни, детях, она живо его поддержала, а вот Алексис фыркнула, чем вызвала недоуменный взгляд Сэма, и он спросил:

– А чем бы предпочли заниматься вы, юная леди?

Она выпалила без раздумий:

– Выезжать развлекаться каждый вечер, и никаких мужей и детей! Но главное – сниматься в кино!

– Ну, часть программы вы уже выполнили, не так ли? – с улыбкой спросил Сэм. – Но почему же без семьи, без детей?

Он вдруг замолчал и взглянул на Эдвину, но та лишь рассмеялась и поспешила его успокоить:

– За меня не переживайте. Мне нравится статус старой девы.

Но Сэму было не до смеха, и он сердито возразил:

– Не говорите чепухи! Тогда кто я: старый пень?

Все засмеялись, а Эдвина с гордостью призналась:

– Мне тридцать два, и я вполне довольна жизнью.

Сэм устремил на нее долгий взгляд: странная молодая женщина! И все равно она ему нравилась.

– Вы бы давно вышли замуж, если бы не случилось той трагедии.

Эдвина кивнула: разумеется, будь жив Чарлз…

– Так уж распорядилась судьба, – сказала она ровным голосом.

Тактичная Хелен поспешила перевести разговор на другую тему, и обед прошел в теплой дружеской обстановке.

Потом Сэм предложил взрослой части компании поехать потанцевать. Предполагалось, что они отвезут «детей» домой, а потом отправятся в «Кокосовую рощу». Идея понравилась всем, кроме Алексис: та была в бешенстве оттого, что ее не пригласили. Эдвина вполголоса напомнила сестре, что она слишком молода для ночного клуба, поэтому не стоит устраивать сцен! Будут еще возможности выйти в свет – если, конечно, поведение не подкачает. Всю дорогу домой Алексис дулась. Эдвина проследила, чтобы сестра отправилась в свою комнату, наказав горничной запереть двери.

Когда она вернулась в машину, Сэм уже налил им по бокалу шампанского: бутылка охлаждалась специально для подобных случаев несколько часов. Хелен и Джордж сразу поехали в клуб.

– Так недолго и к выпивке пристраститься, – улыбнулась Эдвина, тронутая этими маленькими знаками внимания, не переставая удивляться экстравагантным привычкам, которые были приняты в Голливуде.

– Да бросьте! Вы для этого слишком разумны.

– Возможно.

– Нет, правда, иначе вы бы не отказались от личной жизни ради того, чтобы вырастить пятерых детей. – Он молча поднял бокал, салютуя ей, и они выпили за здоровье будущих молодоженов. Вечер обещал быть очень приятным.