ЖАНРЫ

Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17
Шрифт:

Легкость. Воздух. Крылья.

Я начинаю отсчет, затем взлетаю с его ноги на плечи.

Одна нога чуть не соскальзывает, но Джейми ловит мою лодыжку. Он цепляется за перекладину пальцами ног, словно для нас не существует силы притяжения и мы просто выпадаем из этого мира.

Толпа дружно вздыхает. Вскрикивает женщина. Хнычет ребенок.

А теперь вторая часть прыжка. Я считаю, мысленно приказывая посуде не двигаться.

А затем прыгаю.

Чашка с блюдцем чуть сдвигаются на моей голове. Но когда я приземляюсь, они по-прежнему на месте.

Мы возвращаемся к левому борту и спрыгиваем.

Фонг протягивает свою чайную пару. Это будет последний трюк, итоговый тест. Я старательно не смотрю на публику, особенно на мистера Стюарта.

Еще одна проходка, и нам придется сделать то, что никто до нас еще не выполнял, и вовсе не потому, что это первое путешествие «Титаника». Мы будем танцевать в воздухе. Для вас, мама и Ба. Мы заставим всех увидеть не просто пару бесполезных узкоглазых, а Честного и Доблестного, тех самых Летающих Близнецов.

Что-то блестит внизу. У меня дыхание перехватывает при виде четырех головорезов менее чем в двадцати футах, облокотившихся спинами на ограждение и следящих за нами с дьявольским блеском в глазах. Ореховая шелуха сыпется из их рук. Бледиг машет бутылкой эля в мою сторону, и я моргаю, когда отраженный от нее луч на секунду ослепляет меня.

Не обращай на них внимания, девочка. Не позволяй им нервировать тебя. Только не в момент твоего триумфа.

Глубоко вдохнув, я выпускаю воздух из легких вместе с беспокойством, заставляя расслабиться напряженные плечи.

Джейми ставит чайную пару Фонга себе на голову. Я размещаю свою у себя.

Осторожно взобравшись назад на перекладину, мы в очередной раз направляемся к середине. Я почти слышу затаенное дыхание толпы, почти вижу сотни широко распахнутых глаз, с нетерпением ждущих, что же мы сделаем теперь. Определенно, уже не прыжок, особенно с чашками и блюдцами на головах у нас обоих.

Мои ноги подрагивают от напряжения, когда я застываю в неподвижности. Пот выступает под волосами и затекает в уши. Я ставлю ногу на икру Джейми, чувствуя, что он тоже дрожит.

— Ят-йи-сом.

Я прыгаю.

Джейми держит плечи ровно, его чашка почти не звенит на блюдце.

Я представляю перед собой широкую дорогу, веду отсчет и прыгаю.

Что-то маленькое, вроде камешка, бьет меня по плечу. Я теряю равновесие, и моя чайная пара падает с головы.

27

Люди визжат, даже Ква, которому удается взять высокую ноту, не ниже сопрано.

Мне удается приземлиться на ноги, хотя я покачиваюсь еще секунд пять.

Гогот, идущий со стороны головорезов, долетает до моих ушей. Один из них отошел от остальных и держит руку так, словно только что бросил что-то. Неужели это он кинул камешек?

Не камешек, а орешек.

Постепенно мне удается восстановить равновесие на перекладине.

Тут я понимаю, что так и не услышала грохота. Только рев оваций и восторженные крики. Уголком глаза я ловлю руку Джейми. Он поймал мое блюдце и чашку.

— Бис! Браво! Превосходно! — кричит толпа.

Отличная работа, братец. Ты все еще не потерял хватку.

Спиной я почти ощущаю тепло его самоуверенной улыбки. Несколько женщин внизу громко вздыхают. Должно быть, он сегодня разбил несколько сердец. Я задумываюсь, удалось ли мне разбить хоть одно.

Мы вместе доходим до конца перекладины и спрыгиваем на палубу.

Овации становятся громче, когда мы начинаем раскланиваться. Я распахиваю руки, словно хочу обнять этот момент, чувствуя, как слезы застилают глаза. Номер был не такой яркий, как «Джамбо», но что-то мне подсказывает, что люди прониклись. Я выдыхаю, расслабляясь впервые за много дней. Самое трудное позади.

— Мы чуть не провалились. — Джейми крутит запястьем у меня под носом. — Хорошо, что у нас фамилия Лак.

— Ты скучал по всему этому, правда? — выпаливаю я, горя желанием расхохотаться, как морской лев.

У Джейми вырывается добродушный смешок.

— Скучал, сестренка.

Так я и думала. Но, прежде чем он успевает заметить мою полную триумфа усмешку, я надеваю на лицо маску спокойствия.

— Кто-то из банды Бледига бросил в меня орешек.

Джейми кидает злобный взгляд на головорезов и шипит сквозь зубы.

— Вот псы. Они за это ответят.

Овации не стихают, и мы успеваем поклониться во все стороны, особенно низко и долго кланяясь в противоположном от головорезов направлении, открывая им замечательный вид на наши Мадам Сижу. Мистер Стюарт с жаром аплодирует, в то время как капитан Смит и мистер Исмей принимают поздравления, словно это они только что летали по перекладине. Эйприл вопит и свистит наравне с мужчинами.

Внизу Винк и Олли собирают чаевые, пока Бо с Минг Лаи помогают Барабанщику убрать его бочки.

Джейми наблюдает за Шарлоттой, которая, похоже, смотрит на него под прикрытием вуали миссис Слоан. Кивнув, Шарлотта собирается уходить. Но тут корабль чуть качает, и она, пытаясь сохранить равновесие, спотыкается. Джейми резко втягивает воздух.

К своему ужасу, я вижу, как ваза выскальзывает из рук Шарлотты и трескается. Табак рассыпается, и ветер тут же подхватывает сухие крупицы. Стюард помогает ей подняться. Я замечаю курчавые бакенбарды и в изумлении открываю рот.

— Это стюард Латимер.

— Кто?

Стюард разводит руки, отвлекая людей от беспорядка, и Шарлотта, которой я велела ни с кем не разговаривать, торопится прочь.

— Стюард миссис Слоан. Он поймет, что прах — это фальшивка.

Джейми смотрит, как я молча кляну себя. Стюард Латимер был исключительно добр ко мне, и у меня камень на сердце оттого, что он раскрыл мой обман. Теперь мне придется придумывать новую ложь, чтобы прикрыть старую.

Он пожимает плечами.

— И что? Ты — эксцентричная старая перечница. Не волнуйся об этом.

Поделиться с друзьями: