Чтение онлайн

Так что это была буквально палка о двух концах. Либо защититься, либо сохранить флаг для победы.

Отряды распределили по всей территории так, чтобы мы не видели друг друга даже на горизонте. С нами шли трое наставников — наблюдатели, но не помощники.

Их присутствие означало лишь одно: любая ошибка будет замечена и учтена. Я окинул взглядом своих кадетов — их лица были напряжены, но не так, как перед «Царём горы».

Теперь в их глазах читалась уверенность, даже азарт. Они уже поверили, что мои нити — не трюк, а инструмент.

— Ну что, паучья стая, готовы?! — бросил я, и несколько человек усмехнулись.

Архан, стоявший чуть в стороне, хмуро пробурчал:

— Дурацкое соревнование. Будем ползать по кустам?

— Если ползание принесёт нам флаги — будем ползать, — парировал я.

План был прост: до темноты держаться вместе, методично прочёсывать местность, а не носиться наугад. Разделиться — значит ослабить защиту. А там уже другой вопрос.

Сигнал к началу соревнования прозвучал резко, словно удар хлыста, но я не спешил бросаться на поиски флагов очертя голову. Вместо этого я поднял руку, останавливая своих кадетов, и окинул взглядом открывшуюся перед нами территорию.

Поле, перемежающееся редкими деревьями и кустарниками, уходило вдаль, и где-то среди этой неразметанной земли прятались флаги. Палки могли быть зарыты в землю, спрятаны в траве, заброшены на деревья.

Единственным ограничением, что было наложено на организаторов, прятавших эти флаги, было то, что флаги нельзя было полностью скрывать из виду, должен был быть виден хотя бы кончик красной палки.

— Цепочкой, интервал десять шагов, — приказал я, и кадеты моментально выстроились, растягиваясь в линию. Это позволяло охватить больше пространства, не теряя визуального контакта.

Мы двинулись вперёд, методично прочёсывая местность. Каждый шаг был осознанным: я следил за тем, чтобы ни один участок не остался без внимания.

— Слева, у корней, — тихо сказал Залика, указывая на едва заметный красный след. Я кивнул, и Анван, ближайший к находке, поднял флаг, быстро сунув за пояс. Первая добыча.

Прошёл час. Мы уже собрали четыре флага, но я понимал, что это капля в море. Темп был медленным, но надёжным — лучше так, чем метаться впустую. Внезапно на горизонте мелькнули фигуры. Чужой отряд.

Мои кадеты мгновенно напряглись, пальцы сжали рукояти оружия.

— Не двигаться, — скомандовал я. — Просто соберитесь ко мне.

Чужаки заметили нас, замерли на секунду, затем их командир резко махнул рукой — и весь отряд развернулся, уходя в другую сторону.

Один из кадетов, стоявший рядом, хмыкнул:

— Почему не атаковали? У нас же флаги.

Я усмехнулся.

— Потому что это глупо. У них их тоже пока кот наплакал. Затевать драку сейчас — значит тратить силы впустую. Их командир это понял.

Кадет задумался, затем кивнул.

— Значит, настоящая охота начнется ближе к концу соревнования.

— Именно, — подтвердил я, следя, как чужаки скрываются в чаще. — А пока — продолжаем поиск.

Нити Ана снова зашевелились, ощупывая землю впереди. Игра только начиналась.

Тени уже сползали с верхушек сосен, когда мы завершили поиски. Четырнадцать флагов — негусто, учитывая, что их общее число составляло тысячу.

Я перебирал в уме стандартную тактику, которую вдалбливали в центре третьегодкам: разбить лагерь, развести костер, приготовить еду, чтобы сохранить силы, окопаться, выставить дозор, а потом заснуть и ждать рассвета.

А все потому что ночью даже с усиленным Потоком зрением сражаться и тем более искать флаги — все равно что ловить рыбу в мутной воде голыми руками.

Но у меня был другой план.

Мы выбрали место на небольшой возвышенности между корнями вековых дубов — естественное укрытие от ветра и случайных взглядов. Земля была холодной и сырой, пропитанной осенними дождями, но мы быстро расчистили участок от хвороста.

— Архан, Серпиан, Буван — копайте дренажный ровик по периметру, — скомандовал я, пока другие разворачивали компактные походные плащ-палатки

Дозорных расставили по принципу «треугольника» — трое смотрят в разные стороны, четвертый в резерве.

Каждые полчаса смена. Никаких костров, никаких громких разговоров — только шёпот и жесты. Даже ели холодные пайки, чтобы не рисковать.

Все было максимально подстроено под то, что лагерь должен быть невидимым для посторонних глаз.

Я разделил отряд на группы по четыре-пять человек, к каждой прикрепил тончайшую нить Ананси — невидимую для чужих глаз, но ощутимую для меня, как дрожь струны.

«Ищите не флаги, а огни костров», — прошептал я, отправляя их в темноту. Если другие кадеты следуют уставу, они уже разожгли привалы, а значит, станут идеальными мишенями.

Лес поглотил моих людей, но через нити я чувствовал каждый их шаг: осторожное продвижение, замершие позы при малейшем шорохе, сдержанное дыхание. Нити тянулись за ними, готовые в любой момент превратиться в оружие.

«Ночь — наш союзник», — подумал я, наблюдая, как последняя группа растворяется среди деревьев. Пусть остальные прячутся у костров — мы будем охотиться.

Через нити Ана я ощущал, как мои группы рассыпались по лесу, словно тени, сливаясь с ночной мглой. Каждая пятерка двигалась осторожно, приглушая шаги — не столько искали флаги, сколько вынюхивали чужие лагеря.

Лес дышал сыростью и прелыми листьями, а где-то вдалеке кричала сова, будто предупреждая жертв.

«Тише, черт возьми», — мысленно пробормотал я, чувствуя, как один из кадетов чуть не споткнулся о корень. Нити, распространившие вокруг групп тончайшие вибрисы, передавали мне каждый шорох: вот слева хрустнула ветка, справа кто-то прошептал команду.

Спустя час первая группа — Киран, Лис, и еще двое — наткнулась на лагерь. Через нить я «увидел» костер, приглушенный плащом, два десятка кадетов. Для полноценного отряда этого было явно мало. То есть они все-таки разделились для поиска флагов.

«Затаиться», — приказал я через нить, и четверо мгновенно замерли, прижавшись к стволам сосен. Лис, самый шустрый, медленно вытащил кристалл Потока из рюкзака.

Это был трюк, придуманный мной пару месяцев назад. Я мог протягивать нити Ана невероятно далеко, особенно если их кто-то тащил. Но чем дальше от меня, тем они становились слабее. Та, что сейчас была прикреплена к рукаву Кирана, не смогла бы даже полкило поднять.