Чтение онлайн

Я вздохнул.

— Ладно, понимаю. И простите, что пытался надавить на вас.

— Ты пытался защитить брата, — хмыкнул Курт. — С учетом того, насколько ты был отчужден от клана Регул еще года полтора назад, я считаю это даже прогрессом.

###

Когда я вернулся в особняк, к Этану и Архану уже присоединился Раган.

Брат поднял на меня полный надежды взгляд.

— Ну?

Я покачал головой.

— Курт бессилен.

— Черт! — Этан врезал кулаком по стене.

Раган даже не шелохнулся. Лишь его тень на стене на миг содрогнулась, словно живая.

— Ты поступил правильно. — Его голос звучал неожиданно мягко, почти отечески. — Защита семьи — наш долг. Никогда не сожалей о таком выборе.

Этан замер, его грудь вздымалась от тяжелого дыхания. Мне уже было привычно слышать от отца нечто подобное, но он, за последние три года видевший Рагана от силы раз десять, явно был в небольшом шоке от такой отеческой заботы.

— Правильно или неправильно, но теперь главой клана станет Шейран. — Архан буркнул с дивана.

Он был прав. Изначально кандидатами на позицию следующего главы ветви Иф были Шейран, Ива и Этан. Иве я через свои связи обеспечил перевод в Академию Яростного Прайда, готовящую генералов, но не управленцев. А теперь и Этан оказался отчислен из Мудрого Прайда, что автоматически закрывало ему дорогу к позиции главы ветви.

— Значит, Шейран, — развел я руками. — Не вижу ничего плохого.

Единственное, чем Этан нравился мне больше на позиции главы семьи по сравнению с Шейраном — Этана я знал. Но это не значило, что Шейран был неподходящим кандидатом.

Большой талант к контролю Потока, твердый характер, острый ум. Семье под его главенством будет хорошо.

— Да, — кивнул отец. — Думаю, со мной свяжутся из главной ветви в течение нескольких дней. Они не будут терять время теперь, когда других кандидатов не осталось.

###

Особняк иф Регул пылал яркими красками. Везде, куда ни глянь, взгляд натыкался на львов: на гобеленах, декоративных фонарях, в форме бокалов и даже люстру в банкетном зале временно сменили на огромную львиную морду, из пасти, глаз и щелей в гриве которой лился свет ламп.

Я стоял у парадного входа, поправляя воротник праздничного камзола — черного бархата с серебряной паутиной вышивки, который давил мне подмышки. Ананси беспокойно шевелился под тканью, его лапки впивались в кожу через тонкую рубаху.

— Не теряли времени, — вздохнул я, наблюдая, как слуги принимают у гостей плащи.

Церемония передачи титула была не для посторонних лиц, но даже так детей, Рагана и членов их собственных семей накопилось более ста человек.

Внутри воздух был густым коктейлем из ароматов — жареной дичи с розмарином, дорогих духов, растопленного воска сотен свечей. В галерее музыканты наигрывали торжественную мелодию, но звуки лютен и флейт тонули в гуле голосов, смехе и звоне бокалов.

Шейран был в центре толпы, принимая поздравления. Рядом, как стражники, стояли Курт и Варрен — еще один старейшина, которые должны были засвидетельствовать передачу титула.

Я заметил Этана в дальнем углу зала — он прислонился к мраморной колонне, украшенной резными сценами охоты, и мрачно потягивал вино из хрустального бокала.

Раган появился среди гостей внезапно, словно материализовался из теней. Он был одет во все черное — простой шерстяной камзол без украшений. Его появление заставило ближайших гостей невольно отпрянуть, образовав вокруг него пустое пространство.

Где-то в глубине зала трижды ударили в ритуальный гонг. Разговоры стихли, как по мановению руки. Курт поднял вверх руку, в которой блестел свиток с красной восковой печатью главной ветви. Его голос, усиленный Потоком, заполнил зал:

— По решению Совета Старейшин…

Дальше шел вычурный и очень долгий приказ, суть которого сводилась к тому, что теперь главой ветви Иф становится Шейран.

Раган встал напротив Шейрана.

— Шейран иль Регул, — голос Рагана гремел, усиленный Потоком, каждый слог отдавался эхом под сводами зала. — Ты готов принести клятву крови? Готов ли положить свою жизнь на алтарь семьи, защищать её интересы, как свои собственные, поставить благополучие рода выше личных амбиций?

Шейран выпрямился, его алый атласный камзол вспыхнул в свете факелов, как свежая рана.

— Клянусь на крови предков, — его голос слегка дрожал от возбуждения, — я готов.

— Клянешься ли ты преумножать славу клана Регул, плюсти его законы, уважать его обычаи, строго следовать справедливой воле главной ветви?

— Клянусь, — уже с куда меньшим энтузиазмом в голосе кивнул брат.

К сожалению, без этого было никуда. Собственно, именно поэтому, хотя в какой-то момент у меня была такая возможность, я наотрез отказался сам становиться кандидатом на пост главы ветви.

— Клянешься ли ты заботиться о будущем семьи и клана, мудро распоряжаясь своей властью и подготовив для себя достойную замену так же, как это сделал твой отец?

— Клянусь!

Курт сделал шаг вперед, поднял руку для торжественного объявления.

В этот момент Ананси дёрнулся у меня за воротником, послав по нашей связи резкий, болезненный импульс тревоги — словно кто-то вонзил раскаленную иглу мне в основание черепа.

Нити мицелия, которые я незаметно распространил по всему особняку, напряглись, передавая вибрацию — мощную, пульсирующую, нарастающую как приливная волна перед штормом.

— Всем вниз! — мой крик потонул в нарастающем гуле.

Ананси среагировал быстрее мысли. В мгновение ока он сплел вокруг меня плотный кокон из переплетенных нитей, каждая из которых светилась молочно-белом светом Ледника.

Потолок пробило нечто сияющее и раскаленное, словно маленькое солнце. Последнее, что я увидел перед тем, как паутина полностью закрыла обзор — это лицо Шейрана, внезапно исказившееся маской нежелания и паники.

Затем мир взорвался.

Я отключился на несколько секунд, а когда пришел в сознание, кокона Ана вокруг уже не было и моя горячая, липкая кровь стекала по ребрам, смешиваясь с бетонной пылью в густую, вонючую пасту.

Дышать получалось лишь очень прерывисто, и не удивительно. Каждый вдох отдавался огненной вспышкой в пробитом арматурой боку.

Прут торчал из мяса, как флагшток, его холодная металлическая поверхность уже нагрелась от температуры моего тела. Пальцы уже хотели рефлекторно в него вцепиться, но я их остановил. Трогать его пока не стоило: вытащить — значит открыть рану для полноценного кровотечения, а терять кровь сейчас было смерти подобно.

Пару раз кашлянув, от чего в мозгу взорвались фейерверки агонии, я собрался с силами и перенес сознание в Ана, чтобы сбежать от боли и более рационально отнестись к ситуации.