Чтение онлайн

— Вы совершенно точно подметили, граф, — хохотнул Обручев. — И я уверен. И знаю, что это взаимно.

— Даже не сомневайтесь, Олег Владимирович, — кивнул я, улыбнувшись в ответ.

Затем я стёр руну тишины и заметил в стороне графа Разина в тёмно-зелёном костюме. Он оглядывался, потеряв Обручева. Вот он увидел нас, радостно улыбнулся и зашагал в нашу сторону.

— Иван Алексеевич! — радостно воскликнул он, подходя к нам. — Я не ожидал вас увидеть на этом вечере. Как идёт работа над моим заказом?

— В самом разгаре, Леонид Петрович, — поздоровался я с ним. — Я контролирую процесс.

Вот только бы Владимир успел сделать за неделю обещанный копир. И меня интересовала производительность артефакта. Всё-таки тысяча жезлов — это приличная партия. А по поводу напитки рун я не переживал. Дело пары часов, не более.

— Успеваете ли в двухнедельный срок, как мы обговаривали? — спросил Разин.

— Разумеется, Леонид Петрович, — ответил я. — Через две недели можно будет забирать.

— Прекрасно, — радостно причмокнул Разин. — А то уже очередь выстроилась из клиентов. Почти всю партию определил.

— Рад, что товар оказался востребованным, — кивнул я.

— Ещё бы, Иван Алексеевич! — воскликнул Разин. — Востребованность зашкаливает. Как бы не пришлось заказывать у вас ещё одну партию.

— Всегда к вашим услугам, — улыбнулся я.

— Олег Владимирович, вы так быстро исчезли, что я немного растерялся, — обратился Разин к князю. — У нас ведь сделка по вашим артефактам.

Обручев взглянул на запястье, на котором блеснуло в свете фонаря стекло наручных часов, и охнул.

— Точно, — ответил я. — Немедленно пойдёмте в дом. Мы не должны опоздать.

Я решил пройтись в сторону дома, замечая Екатерину в окружении нескольких аристократок, которых я замечал в фуршетной зоне.

Катя увидела меня, что-то сказала своим подружкам и подошла ко мне.

Только сейчас я почувствовал, насколько опустошён. Защищая Бестужева, маны я выплеснул изрядное количество. Магический источник ощутимо пульсировал, требуя восполнения, и в груди, прямо под сердцем, я чувствовал сильное жжение. Будто приложили калёным железом.

— Ваня, с тобой всё в порядке? — охнула Екатерина, когда я слегка качнулся в её сторону.

— Просто я тебя рад видеть, — раскинул я руки. — Обнимемся?

Катя прижалась ко мне, затем посмотрела в глаза, очень пристально и задумчиво.

— Так что произошло там, у сцены? — спросила она. — Ты обещал рассказать. И какое отношение к этому имеет мой отец?

— Насчёт твоего отца… я не могу ответить на твой вопрос, — встретился я с Катиным взглядом.

— Потому что не знаешь, или не хочешь говорить? — в голубых глазах Кати промелькнула тревога.

— Если ты о том столкновении, то твой отец вообще ни при чём, — ответил я. — Он же в доме находился в этот момент.

— Точно, — вспомнила Катя. — И что за столкновение произошло?

— Встретились два сильных мага, затем разбежались, — буднично пробормотал я. — А я спас от смерти Бестужева.

— Ну Ваня… расскажи! Мне же интересно, — княжна в умоляющем жесте сложила ладони лодочкой.

— Хорошо, — улыбнулся я и выставил локоть, за который тут же уцепилась Екатерина, и мы под ручку направились вглубь сада. — Два странных аристократа мрачно смотрели друг на друга. Вон там, недалеко от сцены, — махнул я рукой, и продолжил свой рассказ.

После того как я красочно описал княжне схватку, мы уже подходили к дому. Рядом прогуливалась на поводке Рона, продолжая искать следы тёмных. Но лишь ворчала под нос. У неё ничего не получалось.

— Только об этом своим подружкам ни слова, — подмигнул я.

— Хорошо, — ответила Екатерина. — Но это же кошмар! На светском вечере чуть не убили князя Бестужева. Представляешь, какой шум поднимется, если кто-то узнает об этом.

— Но мы никому не расскажем, а князю это невыгодно, — подчеркнул я. — Поэтому все будут продолжать праздновать как ни в чём не бывало. Уверен, что Суворов найдёт, как отвлечь аристократов от тревожных мыслей и нелепых домыслов.

Я оказался прав. Когда мы зашли в торжественный зал, Суворов в спешке организовывал сцену, возле которой ожидали костюмированные артисты. Судя по их ярко-ядовитым костюмам — это были клоуны.

Вот, наконец-то, всё было готово, и разодетые персонажи приступили к выступлению. Их кривляния знатно развеселили публику. По мне так это было что-то вроде шутовством. Хотя до идеального шута никто из них недотягивал. В прошлом мире я видел и получше.

Затем Суворов разорился на фейерверк. Судя по его хлопотам и беготне слуг, это также была крайняя мера, чтобы закрепить за его светским вечером звание «великолепный» и окончательно выгнать лишнюю тревогу из голов особо впечатлительных аристо.

Ну а после этого все начали расходиться. И мы с Катей не стали задерживаться. По пути я вспомнил о зачарованном охотничьем ноже. Когда мы проезжали на такси мимо пропускного пункта, я забрал холодное оружие у охраны, и мы поехали в сторону общежития.

Через десять минут мы с Екатериной оказались возле двери в её комнату. Я огляделся, убедившись, что в коридоре нет вахтёрши, и мы на прощание поцеловались.

А затем неспешным шагом я отправился в свою комнату.

Поднимался я по ступеням довольно долго. Усталость и жжение в груди возобновились с новой силой. В общем, пора срочно перемещаться в поместье, пока не поздно. Не хватало ещё загнуться от магического истощения.

«Вот именно. И я о том же», — услышал я голосок Роны. — «Не бережёшь ты себя, хозяин».

«А ты как себя чувствуешь?» — поинтересовался я.

«Не лучшим образом», — вздохнула Рона. — «Мы же с тобой связаны».

Я открыл дверь, чуть ли не вваливаясь внутрь. Затем запер её, прокрутив ролик на замке.

«Мне очень обеспокоило, что император повязан с этими любителями сжигать людей», — подметила Рона.

«Это меня больше удивило, чем обеспокоило», — ответил я, наливая в стакан воду и выпивая его залпом.

«А должно ещё беспокоить. Он же на тебя натравит службу безопасности», — проворчала Рона. — «Тот же Кирилл в голову тебе выстрелит, во славу Империи».

«Служба безопасности подчиняется больше Совету. Хотя в этом случае следует поговорить с Кириллом. Может он что скажет», — ответил я.

«Или признается. Как Обручев», — нервно хихикнула Рона. — «Я в который раз замечаю, что мир другой, а проблемы те же. Не оставляют тебя в покое».

«Придётся намекать, чтобы оставили в покое… Пока намекать», — подметил я, подходя к карте.