Тьма и свет
Шрифт:
— Еще увидимся, дочь, — шепнул посланник, а затем опустил посох, ударив им об пол. За спиной Проводника открылся черный зев, затянувший его в себя, а затем все стихло.
Магия теней ушла. Время пробудилось, и все агенты вокруг нас ожили. Я бросилась к Ольге, продолжавшей сидеть на полу. Как-то незаметно рядом оказался Шуйский – он подхватил княгиню на руки и перенес на диван.
— Что случилось?
— Что произошло?
Агенты никак не могли взять в толк, отчего за долю секунды Левашева оказалась на полу. Они понятия не имели, что время было остановлено.
— Все в порядке, – приказал Анатоль. – Зовите княгинь. Я проверю, как там дитя.
Шуйский прижал ладонь к животу Ольги Андреевны под возмущенный голос князя Земского:
— Эй! Милейший! Уберите руки от моей жены! – И последующее, недовольное: — Оленька!
Я закрыла глаза и осела на пол. Вокруг меня суетились, бегали, а я будто не могла найти в себе силы просто подняться.
Кажется, с проклятием покончено, но какой ценой? Ольга все равно умрет. Мы выиграли для нее лишь несколько месяцев жизни!
Ну почему? Почему это должна быть именно она?
Кто-то поднял меня, поставил на ноги. Кажется – Поликарп?
— Идемте, Софья Федоровна. Здесь нам сейчас нечего делать. За целителем уже послали. Он должен осмотреть княгиню Ольгу, — сказал кто-то и я послушно кивнула, чувствуя, что мир качается и, кажется, скоро меня проглотит тьма.
Видимо, я использовала слишком много силы, когда вступила в противостояние со своим отцом. И все же, подумалось невольное, прежде чем сознание окончательно меня покинуло, старуха не обманула. Проводник, действительно, мой отец. Только что мне теперь делать с этими знаниями, ума не приложу.
***
Кажется, я проспала целую вечность, потому что, когда открыла глаза, сквозь шторы пробивалось дневное солнце.
Позволив себе немного понежиться в постели, я села и еще какое-то время задумчиво глядела на пол, туда, где стояли туфли.
Интересно, который сейчас час, промелькнуло в голове. Наверное, мне стоило думать о Проводнике, встреча с которым, что уж говорить, меня поразила. Или, на худой конец, о княгине Ольге. А вместо этого я таращилась на туфли, и отчего-то голова была удивительно чистой.
— Долго же ты спала! – Прозвучавший голос заставил меня прийти в себя. Повернув голову, я посмотрела в сторону кресла, стоявшего у камина и, кажется, только сейчас заметила ту, кто в нем сидела.
— Мала! – ахнула я, обрадовавшись темной душе, словно родной.
Цыганка достала трубку и принялась размеренно набивать ее табаком. Затем раскурила и только после этой церемонии соизволила ответить:
— В агентстве мне сказали, где вас искать.
Я встала, сунула ноги в туфли и подошла к призраку. Несколько секунд рассматривала Малу, пытаясь понять: удалось ли цыганке отыскать табор. Но ничего не смогла прочесть по лицу темной души.
Старуха фыркнула, правильно расценив мой взгляд, затем выпустила подряд три кольца из дыма и проговорила:
— Я никого не нашла, поэтому и вернулась.
Не знаю, почему, но от этих слов я ощутила толику облегчения.
— Может, оно и к лучшему? Зачем тебе еще один грех?
Мала сверкнула глазами и глубоко затянулась, ответив достаточно резко:
— Только месть держит меня в этом мире. И не тебе указывать мне, что делать.
Я вздохнула, осознавая правдивость цыганки. Каждый выбирает сам. Или, если верить слова моего темного отца, просто следует своей судьбе.
К слову, я не совсем была согласна с рассуждениями Проводника. Мне хотелось верить, что мы, люди, все же властны над собственной жизнью и поступками. Но кто я такая, чтобы спорить с посланником смерти?
— Ты уже виделась с Анатолем Карповичем? – спросила я.
— Нет. Да и зачем? – Мала пожала плечами. – Думаю, он почувствовал мое присутствие. Этот аллесианец сильный маг. Наверняка церковники локти кусали, потеряв такого служителя. — Она усмехнулась. – Ну давай, зови служанку. Пусть принесет воды для умывания. А пока будешь приводить себя в порядок, расскажешь, что произошло в стенах этого дома. И да, здесь прямо смердит ведьмами. Наверное, хозяйки?
Я кивнула и направилась к туалетному столику. Позвонив в колокольчик, принялась ждать прихода горничной. Последняя явилась спустя несколько минут. Получив распоряжения, она с поклоном удалилась, и мы снова остались наедине с темной душой.
— Я уже подумала, что не увижу тебя, — призналась Мале.
Цыганка выпустила струю дыма и улыбнулась.
— Я бы очень этого хотела. Но, увы, мои поиски продолжаются. Но давай, не тяни кота за… — Дальше она высказалась довольно свободно и витиевато. Я пропустила окончание фразы мимо ушей, а затем начала свой рассказ, не умолчав и о родстве с Проводником, которое подтвердилось.
Мала слушала спокойно. Только глаза ее время от времени зловеще вспыхивали. Но я не боялась темную душу. Напротив, мне стало спокойнее в ее присутствии.
— Ваша вода, госпожа! – Вернувшаяся служанка поставила таз, положила мне чистые полотенца и предложила помочь умыться, а затем и переодеться. Я отказалась и от первого, и от второго, решив, что прекрасно справлюсь сама.
Горничная настаивать не стала – поклонилась и ушла, а я принялась умываться, пока Мала докуривала трубку.
— Эх! – вздохнула темная душа. – Жаль, меня тут не было. Я бы с удовольствием задала пару вопросов этому Проводнику.
Я смахнула воду с челки и потянулась за полотенцем.
— Вряд ли у вас бы получился диалог, — ответила душе. – Он очень, — я запнулась, подбирая подходящее слово, — специфическое существо.
— Наверное, ты права, — неожиданно согласилась моя собеседница. – Еще прихватил бы меня на ту сторону. А я туда пока не тороплюсь. — Она закончила курить, перевернула трубку и постучала ею об ладонь, высыпая пепел от табака.
В тот момент, когда я, закончив умываться, хотела надеть платье, в дверь тихо постучали.
Анатоль, мелькнула первая мысль и пискнув, я схватила платье, прижав его к груди. Но когда спросила, кто стучит, ответ меня удивил.
— Это я – Ольга. Мы можем поговорить?
Мала уставилась на дверь, затем прищелкнула языком. Я же ответила, что княгиня, конечно же, может войти, если ее не смущает тот факт, что я еще не одета.
Факт ее не смутил.
Ольга Андреевна вплыла в комнату, тихо прикрыв за собой дверь. Присев на стул, ведьма посмотрела на меня.