Чтение онлайн

– Что это у тебя?

– Подарок, наверное, - капитаню я с улыбкой.

– Прикольно, - одобряет мама.
– Молодец твой Никита. Ты пока открывай, я сейчас, - и она скрывается за дверью ванной. Но в следующую секунду снова ее распахивает и, быстро подойдя ко мне, смачно целует в щеку: - С днем рождения, Кирюш.

Я провожаю ее взглядом, слушаю, как в душе включается вода и не двигаюсь.

– Открывай уже коробку!
– приказным тоном просит систер, предусмотрительно поднявшая упаковку с тортом, и я повинуюсь.

Снимаю крышку, и из-под нее резво вылетают разноцветные воздушные шары. Они не очень большого размера, поэтому в подарочный бокс - а он действительно огромный, примерно метр на метр - их поместилось немало.

Появление шаров для нас обеих так неожиданно - не скажу, чего конкретно я ожидала, но шарики были бы на одном из последних мест моего предположительного списка, - что мы дружно взвизгиваем и даже отскакиваем от коробки. Заметив эту реакцию друг друга, начинаем смеяться и так увлекаемся, что продолжаем хохотать до возвращения мамы.

Татьяна Марковна пару секунд наблюдает за нами и заключает одобрительно:

– Как дети.

Я виновато улыбаюсь и бегу в свою комнату за оставленным там телефоном. Набираю номер Никиты. Он отвечает после первого гудка - ждал.

– Привет!
– говорю весело.

– С днем рождения, Кира, - отвечает с такой нежностью в бархатном голосе, что у меня щекочет в ухе и по телу рассыпаются бисеринки мурашек.

– Спасибо за сюрприз, - отвечаю тихо.

– Я знал, что тебе понравится.

– Ты сам привез подарок? Или курьер?

– Сам. Для этого мне посредники не нужны, - он улыбается и все так же голосом ласкает меня, пусть и через трубку.

– А почему не остался? Тебе я была бы рада не меньше, чем подарку.

– Правда?

– Правда.

– Ч-честно-ч-честно?
– смеется, видимо, радуясь, что удачно ввернул аж две так любимые мной буквы "ч".

– Совершенно честно, - без улыбки уверяю я.

– Тогда открывай.

– Ты здесь? У квартиры?

Не договорив вопрос, я кидаюсь к входной двери. Распахиваю ее и утыкаюсь взглядом в роскошный букет необычно розовых пионов.

– Я помню, что ты не любишь цветы, но не мог прийти с пустыми руками.

– Я не все цветы не люблю, а конкретные, - прячу я усмешку в ароматных бутонах.

– Учту.

Позади меня в коридоре появляется мама.

– Ну входите уже. Идемте чай пить. Нам не терпится попробовать чизкейк.

– И мне не терпится, - оттесняет меня собой Никита, заставляя пятиться.

– Так вот почему ты пришел? Не хотел, чтобы мы съели твой чизкейк без тебя?
– я несильно бью его кулаком по груди.

– Это твой чизкейк. Но я надеялся, что меня пригласят.

Пока он моет руки в ванной, я стою рядом и, решив, что это самое подходящее время - за столом при всех будет не совсем удобно, а после уже поздно, - спрашиваю у него:

– У тебя нет никаких планов на сегодняшний вечер?

– Никаких, кроме как провести его с тобой.

– Тогда ты обречен на вечеринку с двумя именинницами сразу.

– Это как?
– спрашивает он, жестом спрашивая, каким полотенцем можно воспользоваться.

– У меня и моей подруги день рождения в один день. И уже лет десять мы празднуем их вместе. Сегодня Юлька приглашает нас в ресторан. Но если ты не хочешь…

– Почему не хочу? С радостью познакомлюсь с твоей подругой.

– С радостью?
– с сомнением переспрашиваю я, успев узнать, что Никита достаточно нелюдим. Можно сказать, он в некотором смысле антропофоб.
– Там будет не только подруга, а еще пара человек.

Не в смысле психического расстройства, а в смысле нежелания общаться с незнакомыми людьми. Есть он, есть узкий круг людей, которых он считает своими, и мне повезло быть включенной в этот круг, а остальной мир существует где-то в параллельной реальности.

– Да хоть десять, - уверенно заявляет он.
– Главное, что там будешь ты.

*

В ресторан мы являемся, чуть опоздав из-за того, что в последний момент я решаю все же сделать прическу, банально испугавшись, что рядом с Юлькой и ее подружкой Катей, тоже успешной моделью, буду выглядеть проигрышно. Чего в компании своего парня в день собственного восемнадцатилетия позволить себе ну никак не могу.

К счастью, в салоне, расположенном в моем доме, для меня находится свободное окно, но по времени чуть поздновато. И, не колеблясь, я выбираю приехать позже, чем рискнуть оказаться самой некрасивой девушкой из приглашенных.

Платье на вечеринку у меня, на удивление, есть. Спасибо той же Юльке. Она привезла мне его прошлой весной после своего первого настоящего тура по подиумам основных недель моды. Платье было подарком моего любимого дизайнера. Не то чтобы я особенно слежу за модой, но когда Юлька всерьёз занялась моделингом, разумеется, стала следить за ней и за всем околомодельным миром. Подруге и самой до одури нравится это платье, но она проявила великодушие и подарила его мне со словами "Бери, пока не передумала. А у меня будет лишний повод заполучить еще одно".

Пока мы ехали в машине, Никита спросил у меня:

– Ты не сказала - тебе понравился мой главный подарок?

– А какой из них главный?
– улыбнулась было я, но его ответ стёр мою улыбку напрочь.

– Тот, что на дне коробки, под шариками.

– В коробке было что-то еще?
– отрывисто спросила я, крайне удивленная услышанным.

Я, конечно, в нее не заглядывала, но будь в ней что-то, разве мы смогли бы не заметить? Ну ладно я, как ребенок, уставилась на радостно взмывшие к потолку шарики, но мама и Алиска… Не могли же мы все трое не увидеть что-то в коробке?

Уголки его губ разъехались в укоризненной улыбке.

– Вообще-то да. Посмотри, когда вернешься. Если твои не выкинут коробку.

– Не выкинут. И ты даже не намекнешь, что там?
– спросила, тщетно прождав от него продолжения, но он уклонился от ответа:

– Сама увидишь.

Я делаю вид, что обиделась и отворачиваюсь к окну.

– Ладно, ладно, только не дуйся. Не сегодня. Там, на самом деле, ничего особенного. Просто оплаченная госпошлина и запись в паспортный стол через госуслуги на получение загранпаспорта.