Чтение онлайн

– Кто сказал?

– Оливарес.

– А кто это?

– Это... Хм, я, собственно, не в курсе, но меня вывели на него из отдела науки, а он...

– Что-то я не могу припомнить... Оливарес... Он не из Лаборатории моделирования высшей нервной деятельности?

– Понятия не имею. Я встретился с ним на конференции в Лос-Анжелосе.

– Ну, хорошо. А какое отношение имеет культура к психологии научного творчества?

– Дело в том, что наш журнал...

– Впрочем, не все ли равно. Дело в том, что я не занимаюсь научным творчеством.

– Тогда что же вы тут делаете?
– спросил я лукаво.

Он понял и рассмеялся.

Шеффилд мне понравился. Он был похож на Санчо Панса, каким я его себе представлял, маленький, кругленький и очень серьезный. Просто удивительно, как он попал в поле зрения нашего ведомства. Вряд ли он когда-либо покидал Землю, и, скорее всего, просидел в этом кабинете всю жизнь.

– Ну, хорошо, будем считать, что я тот человек, который вам нужен. Чем же я могу быть полезен?

– Знаете... Доктор Оливарес (доктором он стал в этот самый момент) сказал мне, что вы занимаетесь проблемой пересадки сознания...

Шеффилд вскочил со своего стула и уставился на меня. Я тоже встал и начал топтаться на месте, как бы осознав, что сказал глупость, и больше этого не повторится никогда.

– Он вам это сказал?

– Да... И вообще, у нас ходят разные слухи. Даже утверждают, что где-то когото уже пересадили.

– Куда пересадили?!

– Ну.., - я помахал рукой туда сюда, - Из одного в другого.

Шеффилд поджал губы и сел. Я понял, что переигрываю и надо что-то делать.

– Нет, ну, разумеется, это анекдот, потому что, если одного пересадить в другого, то куда девать этого самого другого, - сказал я присаживаясь.

– Вероятно, в первого, - буркнул Шеффилд.

– Да, пожалуй,., - сказал я растерянно.

– И вы хотите об этом написать?

– Теперь, наверное, хочу. Если это возможно.

– Предположим, что возможно. Что тогда? И почему вы решили, что это имеет отношение к психологии научного творчества?

– Я?.. Я не решил. Я как раз и хотел. Однако, вы, наверное правы. Действительно...

– Так вот, имеет, и самое прямое. Только не пересадка, а подсадка, Кстати, вам удалось изобрести очень неплохой термин, поздравляю вас.

– Спасибо, Но... Неужели это действительно возможно?

– Вопрос не в том, возможно ли? Вопрос в том, нужно ли это? Так вот, я думаю, что нужно, и более того, необходимо. Я, пожалуй, готов обсудить с вами некоторые аспекты. Вы ведь гуманитарий?

– Лингвист.

Хоть здесь-то я, слава Богу, избавлен был от необходимости врать!

– Прекрасно. Давайте попробуем.

Я выдержал паузу, а потом с репортерской живостью ухватился за тему,

– Это интересно! Из чего вы исходите?

– Вас интересуют исходные посылки, из коих я вывожу необходимость, а заодно и возможность такого эксперимента?

– Совершенно справедливо.

– Что ж, извольте...

Это старомодное "извольте" меня несколько даже умилило. Последний раз я его услышал где-то полгода назад, когда торчал в космопорте в надежде, что мне удастся попасть на Марс через посредство транспортного водовоза. Начальник космопорта сказал: "Пожалуйста, но от вас требуется согласие капитана судна". "У меня есть только собственное" - ответил я.
– "Присовокупите к нему согласие капитана, и все устроится наилучшим образом". Я отправился в коттедж для отдыха экипажей и нашел там упомянутого капитана водовоза. Он выслушал меня и все мои аргументы, а потом сказал: "Извольте, я вас беру, но при условии, что за двое оставшихся суток вы обрастете жабрами. Ибо кроме грузового отсека мне вас деть больше некуда". Пришлось ждать две недели и лететь шикарным пассажирским лайнером. За эти две недели я от скуки и злости действительно чуть не оброс жабрами. И вот теперь опять это "извольте"...

– ...Извольте, я вам их изложу. Но, пожалуй, я начну все же с вопроса.

– Извольте, - сказал я.

– Как вы думаете, человек - существо совершенное?

– Хм.., - сказал я.
– Это вопрос риторический. С одной стороны - несомненно, ибо это единственный вид на Земле... и ее окрестностях, способный мыслить.

– Неужели!?
– удивился он, - А собаки, по-вашему, к этому не способны?

– Судя по мнениям авторитетов - нет.

– Ага.., по мнениям - очень интересно! И что они, по-вашему, делают?

– Рефлексы. Инстинкты, - ответил я лаконично.

– Ну да, ну да... Впрочем, это бывает. Так что не очень огорчайтесь. Продолжайте.

– Извините, но я уже забыл, с чего все началось.

– С одной стороны, - подсказал он.

– А, вот!.. Но с другой стороны.., - тут я вспомнил про жабры.
– С другой стороны, например, меня очень огорчает отсутствие у вида homo sapiens аппарата, обеспечивающего дыхание под водой.

– Вот видите!
– воскликнул он.
– А вы говорите!..

Что я говорю, и что он имел в виду из того, что я ему говорю - я не понял. Но в этом и не было нужды, поскольку он взял инициативу в беседе целиком на себя.

– Жабры - это пустяк. Надевайте себе акваланг и дышите на здоровье. Намного хуже дело обстоит с интеллектом. Вы можете в голове извлечь корень из "пи"?

– Какого пи?

– Три, запятая, четырнадцать, пятнадцать, девяносто два и так далее?

– Н-нет... Честно говоря, я и из трех не потяну, признался я.

– То-то же. Но и это - мелочь. В этом направлении ваш интеллект легко усиливается с помощью обыкновенного компьютера. Возьмем иной аспект. Впрочем, и этого достаточно!..

– Нет уж, - запротестовал я.
– Давайте брать.

– Пожалуйста. Телепатия - нет. Телекинез - нет. Излучения - только электромагнитные, да и то в крайне узком диапазоне. Достаточно?

– Достаточно.

Я был подавлен ничтожеством вида, к которому принадлежу.

– То есть, вы согласны. Прекрасно! Но, к счастью, все эти недостатки отлично дополняются техническими средствами. Таким образом, мы должны констатировать, что сейчас и здесь человек - это как раз то, что нужно для обеспечения развития. С этой точки зрения...

Я облегченно вздохнул. Все же мы - венец природы, ее ударное звено в деле дальнейшего развития...

– Здесь и сейчас, - повторил он задумчиво.
– Но, увы, сами-то мы остановились в развитии. Это случилось в тот момент, когда человек перестал приспосабливаться к природе и начал ее приспосабливать. Эволюция кончилась. Стимулов к развитию больше нет.

Я прикинул так и этак - действительно.

– Мы остановились! А остановка - это смерть. Вот вам первая предпосылка, Природа не желает нас развивать. Следовательно, мы должны сами об этом позаботиться.