Чтение онлайн

– Я не морочу, а задаю вопросы. А ты на них будешь отвечать. Вопрос третий: потребляемая мощность твоей аппаратуры?

– Какой ап..? А! Не знаю... Нормальная мощность... Ничего такого особенного.

– Узнай.

– Хорошо, я узнаю. Еще вопросы есть?

– Есть, есть. Не суетись. Вопрос четвертый: как руководитель коллектива ты можешь выдержать критику?

– Могу, разумеется. Критикуй.

– Я не о том, - Асеев поморщился.
– можешь ли ты профессионально руководить, скажем, исследовательской группой.

– Я ею уже руковожу.

– Твоя квалификация, как руководителя, может быть оспорена.

– Это - сколько влезет. Я ведь любитель всяких безумных идей.

– Это не имеет отношения к делу.

– Тогда я тебя не понимаю. Какого рожна тебе надо?!

– Я не просил тебя понимать, - Асеев постучал пальцами по подлокотнику и выдержал паузу.
– Я просил ответить на вопросы. Вопрос... Вернее, так... Ты вероятно слышал, что существует проблема психологической совместимости членов экипажа при полетах на большие расстояния...

– Разумеется, я в курсе.

– Не перебивай... Так вот, вопрос: мог бы ты составить грамотную научную программу исследований этой проблемы?

– Это, Ваня, мой хлеб!

– Еще вопрос: мог бы ты возглавить научную групппу, которая провела бы такие исследования в условиях реального полета?

– Наверное, мог бы. Если изучу специфику.

– Тогда вопрос: мог бы ты один в упомянутых условиях, скажем, провести экспериментальную работу, с тем, чтобы после возглавляемая тобой группа занялась обобщением, изучением, и прочее?

До Калуци уже что-то начало доходить:

– А!
– воскликнул он.
– Нужен камуфляж.

Асеев опять постучал по подлокотнику и опять выдержал паузу.

– Нет, - сказал он наконец.
– Камуфляж мне не нужен. Тебе, вероятно, известно, что я не босяк. И не авантюрист. В данном случае, я хочу организовать ситуацию, при которой необходимые тебе условия возникли бы естественным порядком. Проблема совместимости - серьезная проблема. Уже зафиксировано несколько случаев массовых психозов в экипажах КК, совершавших рейсы за орбиту Юпитера. Руководство Управления этим весьма обеспокоено.
– Асеев говорил монотонно и без всякого выражения.
– Зреет мнение, что к этой проблеме следует подключить, так называемую, большую науку. И если ты не прдставитель упомянутой большой науки, то кто же ты такой, и на кой черт ты вообще нужен!

Последнюю фразу Асеев произнес весьма выразительно и стукнул кулаком по подлокотнику.

– Ваня, я все понял!
– воскликнул Калуца.

– Все?

– Все! Ты, Иван, гений, просто ты не знаешь себе цену!

– Я, Ричард, знаю себе цену. Я не гений, но и не бестолочь, как многие иные. Для того, чтобы сделать дело, вовсе не обязательно ставить на уши всех, до кого дотянешься. Надо уметь пускать нужные потоки в нужные русла. В подавляющей части случаев этого вполне достаточно... Что же касается упомянутой проблемы совместимости... Тебе это будет небезинтересно. Я был участником одного из эпизодов. Точнее, я возглавлял спасательную операцию. То, что там произошло, я себе не могу объяснить ни с каких позиций. Отличный, слаженный экипаж превратился в стадо параноиков. И произошло это, как ни странно, именно в зоне орбиты Юпитера, правда сам Юпитер... Он находился в другой точке своей орбиты, достаточно далеко.

– Где?!

– Не суетись, Ричард. Когда мы встретимся, я расскажу тебе все до мельчайших деталей. И более того. Я бы хотел выслушать твое мнение как эксперта. Я был членом комиссии по расследованию, так вот те выводы, которые мы умудрились сформулировать - детский лепет. Скажу еще больше: наши ведомственные комиссии все чаще и чаще оказываются беспомощными и вынуждены в своих заключениях нести околесицу. И особенно это касается нештатных ситуаций для рейсов во Внеземелье. Мы не понимаем, что там происходит! И почему оно происходит - тоже не понимаем. Похоже, что там есть какие-то скрытые факторы, воздействующие на психику человека, но какова их физическая природа, я даже предположить не могу.

– Природа одна - колебания электромагнитного поля и проникающая радиация. Либо.., - Калуца пожал плечами.
– Либо отсутствие того или другого в какой-то существенной части. Эти твои факторы, скорее всего, имеют не физическую природу.

– Какую же?

– Психическую.

– Это общие фразы. С одной стороны, все материальное состоит из частиц и полей, либо отсутствия оных в какой-то части. С другой - все психическое делается из материального. Я, Ричард, в Бога не верую, хотя и точно знаю, что где-то он непременно существует, - Асеев усмехнулся.

– А я тебе скажу где - в наших мозгах.

– Допустим. И что прикажешь писать в заключениях комиссий? Почему данный фактор срабатывает за орбитой Юпитера, а не в каких иных местах?

– Так что же ты хочешь! Надо изучать.

– Надо-то надо... Но тут вступают в дело политические факторы.

– Не понял. Какие еще факторы?

– А вот какие. Мне кажется что руководство управления подспудно блокирует появление в зоне Внеземелья серьезных исследователей, опасаясь - опять же подспудно - что те обнаружат там нечто такое, что свяжет упомянутое руководство по рукам и ногам. Понять их можно, но дозированная наука страшная вещь. Даже хуже, нежели безудержная, которую ты олицетворяешь в своем лице.

Асеев отвесил гусарский поклон.

– Ну уж, прямо-таки и олицетворяю.., - пробурчал Калуца.

– А как же Юпитер?

– Сам же долдонишь про Юпитер! У тебя эпизод - не у меня...

Асеев посерьезнел.

– Все это надо тщательно проработать и обсудить. Где ты там базируешься, в своем Сараево? Как тебя найти?

– Позвонишь - встречу в космопорте. Когда ждать-то?

– Недели через две - три. Предупрежу заранее. И вот еще что... Впрочем, ладно...

– Ты уж договаривай.

– Раки. Они должны дымиться. А пиво - холодное.

– Раки будут живые, и дымиться начнут на твоих глазах.

– Может ты и пиво будешь варить на моих глазах?

– Интересная мысль. Я еще не пробовал варить пиво. А мысль интересная!

– Но не на моих глазах. Или у тебя кроме диплома кулинара есть диплом пивовара.

– Нет.

– Тогда ограничь свои амбиции раками. Сделай одно - но хорошо!

– Добро.

– Будь здоров!

– Храни тебя Бог. Терпения и удачи!

Калуца на экране побледнел и исчез. Осталась только его прощальная улыбка.

Глава 4

Я прибыл в кабинет Калуци точно в половине десятого. Именно такая трактовка словосочетания "ближе к десяти" показалась мне наиболее исчерпывающей. Все, что располагается во времени после половины десятого однозначно ближе к десяти, нежели к чему бы то ни было отличному от десяти.

Я был уверен, что Калуца меня уже ждет и, как выяснилось позже, не ошибся. Я ошибся в другом. Я полагал, что попаду сразу в кабинет, но оказалось, что доктор Калуца имеет личного секретаря, в качестве какового выступало очаровательное юное создание женского пола, а его кабинету предшествовала приемная.