Чтение онлайн

Этот уникальный лес за счет Азуры вытянулся в три макро яруса. Первый ярус составляли олицетворяющие Азурмор, единственные нежащиеся в солнечных лучах деревья-великаны, вымахавшие на десятки метров, чьи верхушки в высоте обдували холодные ветра. Это были исключительно различные вариации хвойных, чьи усеянные великанскими колючками и шишками кроны были окрашены Азурой в приятный голубой цвет. Второй ярус составляли деревья поменьше не более пятидесяти метров в высоту. Здесь за незначительные лучи света, проникающие сквозь хвою первого яруса боролись как хвойные, так и лиственные. В основном лиственные обычных размеров деревья третьего яруса изолированные от света кронами деревьев-великанов, существовали во мраке, поэтому сами научились испускать свет, приятным разноцветным сиянием наполнив влажные низины этого леса. Военная колонна следовала вдоль троп образованных корнями мегакронов - деревьев на первых этапах формирования леса в отсутствии большого количества конкурентов, вымахавших до нескольких километров в высоту, их обвитые облаками вершины сковал лед, середина ствола, обзаведшаяся собственной флорой, обильно цвела. Мегакронов возвышающихся по всей территории Азурмора было восемь. Их корни огромными щупальцами расползшиеся повсюду, выкачивали из земли все соки, образовывая вблизи себя лишенные растительности пространства узкими линиями пронизывающие густые заросли, которые можно было использовать как тропы. Топая по выпирающим из земли ребристым верхушкам гигантских корней, огромные мамонты двигали армидейскую военную колонну вглубь преображенного Азурой леса, в юго-западном направлении.

Небо над Азурмором всегда было заслонено синей переливающейся линзой - скоплением пассивных частиц Азуры, проходя через которое солнечные лучи окрашивались, освещая этот лес приятным голубым светом. Где-то в центре, в сердце этого леса-мутанта Азура своим мощным потоком, закручиваясь вихрем похожим на огромный торнадо постоянно била в небеса. Зоны Азуры считались явлением положительным и даже необходимым. Азура своими постоянными потоками пронизывая подобные территории, извергала все свои выбросы только в их пределах, благодаря чему окрестные территории, на сотни километров вокруг оставались практически нетронутыми ее жаром. Поэтому эти "Зоны" были как естественными, так и искусственными сотворенными магами.

По мере углубления крики населявших этот лес животных становились сильнее. В землях Преферии изначально не водилось обезьян, поэтому по деревьям скакали измененные представители самого распространенного в северных широтах семейства псовых. Серые обезьяноподобные собаки удивлялись пришельцам, вторгнувшимся в их владения, скача по деревьям, пролетали на лианах над их головами, издавая рев. Из подсвеченного слабым светом мрака нижнего уровня колонну сопровождали хищные взгляды больших кошачьих глаз. Сбоку метрах в десяти раздался треск деревьев и в небо взмыли напуганные чем-то стаи каких-то разнообразных крылатых грызунов. Треск ломающихся деревьев раздался снова, через эти заросли пробиралось что-то огромное, в итоге округу огласил донесшийся оттуда кошмарный рев. Над головами в небе парили сотни видов самых разнообразных птиц. Выходящие из-под земли прозрачными едва заметными глазу скоплениями потоки Азуры, преобразившие уже все, что можно в этом лесу и теперь будто мечущиеся в поисках новых жертв пронзали следующих в колонне. Артэонам не отвечающим признакам биологической жизни эти незначительные выбросы Азуры были нестрашны. Мамонты, везущие колонну искусственно выращенные военными алхимиками из пробирок, также имели иммунитет от Азуры. Все равно от здешних обитателей нужно было обезопаситься, поэтому маг распалил сильнее хранимое пламя. Ярко засиявший голубой огонь испустил волну своего жара, разогнавшую все проявления Азуры в радиусе нескольких десятков метров. С безумными криками разнообразные животные разбежались в стороны, вокруг колонны установилась своеобразная защитная зона, в которую пока поддерживаемое магом защитное пламя сияет ярко, потоки Азуры, как и порожденные ею твари проникнуть не могли.

По мере дальнейшего продвижения чтобы создать говорящий об их приближении шум, заранее отпугивающий нежеланных встречных офицеры, разрешили солдатами некоторые отступления от строевых инструкций. Идущий в колонне арфей исполняющий функции военного оркестра, окружая себя звуковыми вибрациями, исходящими из его артэнсферы, начал воспроизводить ритмичную музыку, не дающую солдатам спать на ходу. Являющийся генной реанимацией второго вида (азиат), единственный кому здесь командир разрешал носить длинные волосы, здешний арфей набирал обороты, делая свою музыку более громкой и агрессивной.

За проходящей артэонской колонной разгоряченной музыкой, из-за кустов на обочине наблюдала пара больших желтых глаз. Проверить намерения входящих в их владения солдат, из-за кустов вышел представитель здешней разумной жизни. Гуманоидное существо, человеческого роста с кожей голубоватого оттенка, длинными щупальцеобразными черными отростками, вместо волос свисающими с головы, с вытянутой клыкастой пастью. Тело существа украшал белый боевой окрас, из одежды только юбка, сплетенная из травяных стеблей. В правой руке хозяин этих земель держал копье. "Пошел вон урод! Морская пехота Армидеи! Идет!" - под ритм мелодии прокричал аборигену один из солдат, остальные поддержали его смехом. Абориген, проявив мудрость, промолчал. "Бесстрашный" офицер, наплевав на правила безопасности идущий между строем солдат и полным опасностей лесом кивком головы поприветствовал аборигена, тот поклонился. "Извини за этих дебилов. Мы пришли только с миром", - оправдался за всех офицер, абориген понимающе кивнул.

– Смотри Рурхан!
– крикнул Фрагор, Рурхан привстал, чтобы лучше разглядеть невиданное существо. Сжимая в руке копье, этот лесной воин провожал взглядом вторгшихся в их владения армидейцев, к нему в поддержку из-за кустов вышли еще семь его соплеменников вооруженных томагавками и луками, также напряженно рассматривающих уходящую колонну.

– Это Иноморфы - разумные мутанты, порожденные Азурой, - начал пояснять Фрагор.
– Этот вид зовется орданами. Они кочевники путешествуют по всей Преферии. У них самцы, в смысле мужчины нормальные. Выглядят, говорят как люди. А самки у них это просто животные, тупые не разговаривающие, ходят на четырех лапах, только детей рожают и все. Они много жрут травы, вот разумным самцам и приходится кочевать, чтобы этих прожорливых вонючих коров кормить. В этом лесу у них что-то вроде главного стойбища. Здесь они всегда задерживаются, развеивают прах своих умерших.

Рурхан много читал о Преферии и о орданах - вечных кочевниках скитающихся по ее землям, бывших единственными кому разрешалось свободно пересекать южную границу Арвлады, знал все досконально, но не мешал Фрагору молоть языком.

Солнце начало опускаться к закату. Колонна быстро утонула в тени окружающих деревьев великанов. Усиливались свирепые крики из темных низин леса, маг сильнее запалил защитное голубое пламя. Колонна вышла в место переплетения корней мегакронов, где образовалась приличных размеров открытая территория. Было решено остановиться на привал. Уложив мамонтов посередине этой великанской поляны, установив вокруг них охрану, солдаты принялись разжигать костры. Командир велел всем съесть что-нибудь, поддерживать в себе жизнь, поэтому солдаты, доставая из рюкзаков свои пайки, принялись без интереса жевать их содержимое. Рурхан и Фрагор уселись за меленький костерок в стороне от всех. У одного из рулевых долгое время телепатически управлявшего огромным мамонтом, случился приступ. От долгого контакта с чужим сознанием его собственное дало сбой. Рулевой содрогаясь, будто в эпилептическом припадке, свалился без сознания. После оказания первой помощи поврежденному бойцу офицеры созвали всех медиков батальона. Было велено произвести осмотр оставшихся рулевых осуществлявших телепатическое управление огромными животными, а то без них дальнейшее продвижение колонны становится невозможным. Фрагор убежал туда. Рурхан жующий конфеты, которые ему в дорогу собрала Фиалка, остался один у их костерка, который больше дымил, чем горел. Тушенка в банке оставленной Фрагором возле углей, так и осталась скованной холодным жиром. От нечего делать Рурхан пошел прогуляться. Однообразные солдаты отдыхали сидя маленькими группами у костров, даже на время отдыха, не снимая свою броню, в основном дымя сигаретами, безжизненными усталыми взглядами смотрели в огонь. Разглядывая солдат, неожиданно глазами он наткнулся на Джейсона. Они пересеклись взглядами, Джейсон узнал его, но вместо приветствия недовольно отвернулся в сторону. После секундного непонимания Рурхан разглядел на его наплечных бронепластинах необычные красные линии, по всей видимости, те самые отметины, говорящие о том, что он преступник. Рурхан почувствовал себя нехорошо, побледнев, он отошел в сторону леса. Он снова рассматривал фотографию с Фиалкой. Не желая ничего обдумывать или как-то укладывать в голове, сейчас он пытался не впасть в отчаяние. Сейчас он действительно почувствовал себя одиноким, оставшимся среди сгущающейся темноты.

Офицеры, желая отдохнуть, чем-нибудь заняв солдат, на свой страх и риск разрешили немного погонять в футбол. Скинув бронекостюмы, оставшись в черных нижних комбинезонах сборные двух рот, отошли в сторону для игры. По два воткнутых в землю копья имитировали ворота. Игру в качестве судьи контролировал один из сержантов. Остальные солдаты желающие понаблюдать за игрой и хоть чем-нибудь отвлечься, в качестве болельщиков окружили воображаемую футбольную арену по периметру. Мелкие стычки и обидные ругательства в случае неудач начались сразу, но в целом все было нормально, у сержанта, контролирующего игру, особых претензий не было. Затем одна из команд стала по глупости проигрывать. После очередного пропущенного мяча разъяренный самопровозглашенный капитан проигрывающей команды набросился на одного из вражеских игроков. Началась драка. Сначала подобно диким псам сцепились обе соперничающие команды, а после и все болельщики окружающие воображаемое футбольное поле. Большая часть батальона, разделенная на два противоборствующих лагеря, сцепилась в одной огромной драке. Рурхан в шоке наблюдал за тем, как жестоко друг друга избивали солдаты.

К месту драки сбежались все офицеры. Сержанты, вооружившиеся резиновыми палками, бросились в дерущуюся толпу, пытаясь их разнять, нейтрализовать главных зачинщиков, пока они друг дружку не поубивали. Те из дерущихся, что в процессе драки еще стояли на ногах, а не валялись без сознания с разбитыми лицами, уже не слышали команд офицеров. Позабыв обо всем, пока была такая возможность, они пытались добраться до ненавистных сослуживцев. В дерущуюся толпу полетели шумовые гранаты. Несмотря на то, что на время игры все были разоружены, один из дерущихся достал из-за пазухи лезвие от ножа. Дело могло бы дойти до серьезного преступления, если бы на пути потенциального преступника не возник Вэйнон. Этот здоровяк, вместе с сержантами пытавшийся остановить драку, в два счета уложил на землю потенциального преступника, забрав у него лезвие.

Громко и четко последовала команда: "Батальон! Смирно!". Утихающая драка в одну секунду прекратилась. Солдаты с разбитыми лицами замерли на местах. Только разъяренный Вэйнон не мог успокоиться и в тишине продолжал бить ногой под дых одного из солдат, видимо сильно его разозлившего. Рядом с замершей толпой с рупором в руках стоял командир. Услышав его голос усиленный рупором, солдаты вынуждено подчинились. Сработал инстинкт "больших звезд" - чем выше звание начальника, тем охотнее его слушаются солдаты, ну и, разумеется, страх перед комбатом лично, а то ведь этот безразличный майор может и обезумить и вот тогда всем будет плохо. По рупору последовала команда: "Господа участники драки! Упор лежа принять!". Надрессированные солдаты за секунды попадали на землю и уперлись в нее руками. "Раз", - последовало от командира, солдаты, в упоре лежа согнув руки, прильнули к земле и замерли от нее в нескольких миллиметрах. "Два", - солдаты выпрямили руки, сделав отжимание от земли. Солдаты отжимались под счет командира. Сержанты с резиновыми палками ходили среди отжимающихся солдат, переступая через них, контролируя выполнение упражнения. Не дай бог кто-нибудь из нашкодивших солдат, делал упражнения неправильно, в процессе отжимания от земли слишком сильно задирал зад или ложился на землю, то тут же получал удар резиновой дубиной или ногой под дых. Вэйнон среди отжимающихся отыскав безумца в процессе драки доставшего нож, врезал ему по морде, а затем ногой вдавил его разбитое лицо в грязь.

Солдаты в качестве наказания за драку отжались несколько десятков раз под счет, потом еще около сотни самостоятельно. Вымотавшиеся во время драки, позже окончательно обессилившие от отжиманий они стали как шелковые. Командир, опять же криком в рупор велел всему батальону прекратить отдых и строиться лицом к нему повзводно. Участники драки бросились облачаться в бронекостюмы. Медики принялись будить солдат в процессе драки оказавшихся без сознания, в основном пинками или ударами по щекам. Чтобы поторопить всех кто еще не встал в строй командир велел всем, кто уже успел построиться пока, принять упор лежа. Всем, в том числе и офицерам. "Вы допустили все это. Вы господа офицеры проявили халатность, дав им в руки мяч. Ведь эти отморозки в Малдуруме, готовы взорваться от безумия. Было идиотизмом ожидать от них нормальной игры в футбол", - говорил наказанным офицерам командир. Офицеры - командиры взводов и рот, проклиная своих солдат, выполняли приказ командира и вместе с личным составом стояли в упоре лежа.