Чтение онлайн

– Не боишься меня? Я же вроде как убийца, - спросил он, жуя всякую всячину ею спешно накиданную в его тарелку.

– Хватит!
– рассмеялась она.
– Я знаю кто ты на самом деле. Вижу тебя насквозь. Я не совсем человек, - прожевав, ответила она.
– Намарьена. Это для тебя знакомое слово?
– уточнила она, увидев изменения в его чувствах.

– Да мой друг - Рурхан, рассказывал мне. Я помню, твое имя Аврора.

– Оказывается, я произвела впечатление, - улыбнулась она.
– Ну, раз он меня запомнил!

– Ты принцесса, как тебя можно не запомнить.

– Наследник - мне это больше импонирует. Тогда ты понимаешь, что я вижу тебя истинного и прекрасно понимаю, что ты на меня не бросишься. Я вижу твою душу, вижу, как ты страдаешь. Ведь где-то там внутри ты добрый человек. Из тебя бы получился сияющий ярко-ярко артэончик. Холод этого мира сделал свое дело. Все хорошее в тебе спряталось очень глубоко, прикрылось маской сарказма, черного юмора и ненужной иронии. Сложилась сложная ситуация и твой не блещущий интеллектом ум... Прости! Запутался в сложности хитросплетений жизни. И ты вообразил себя едва ли не слугой Тьмы, - Аврора, убрав улыбку, жалела его взглядом.

– Хватит заставлять меня краснеть, а то я сейчас подавлюсь, - смущенно ответил он.

– Бриться не собираешься?
– поглаживая свой подбородок, она мгновенно переключила тему.

– А что-то не так?
– испуганно он ухватил свою потрепанную неухоженную бороду, вымазанную в салате.

– Нет ничего. Все нормально, не пугайся. Просто ты выглядишь как бродяга.

– Я и есть бродяга. Но ладно, причешу, приведу в порядок. Так пойдет?

– Да нормально, - она протянула ему свой бокал, чтобы на ходу обученный ею этикетному минимуму Рэвул наполнил его шампанским. Ей пришлось кашлянуть, чтобы привлечь его внимание к пустому бокалу.
– Так, а твой друг Рурхан, он ведь здесь живет с нами в отличие от всяких плохих не то рыжих, не то серых бородачей, - она вызвала у него улыбку.
– Борода это, наверное, часть твоего образа, подсознательно сформированного для отпугивания людей и избегания контактов с окружающими? Что обусловлено твоей необщительностью и затаенной обидой на мир. Ведь где-то там под этой бородой ты молодой парень, по идее у которого вся жизнь впереди. Что-то я заговорилась... Так вот Рурхан - разве ты не хочешь, встреться с ним?

– Это что-то типа, не передумал ли я умирать?
– он тяжело вздохнул.
– Борода это нормально среди моего народа. Это ни какая, ни часть моего образа. В Стране Волка так ходили все. Мужчины. Если я останусь жить, - он улыбнулся, - тем более среди армидейцев. Знаю это глупо. Но мне кажется, это будет что-то сродни предательства своего погибшего народа. Только, пожалуйста, не обижайся. Вы хорошие, к вам претензий нет, это я урод, - говорил он, теребя край скатерти.

– Кстати я не понимаю смысл фразы 'последний из Людей Волка'. По-моему это к тебе не относится. Ведь вас двое. Есть еще Рурхан. То есть исходя из твоей логики он предатель? Прости, конечно, по-моему, он просто адекватный молодой человек. Он живет разумно, не обременяя себя никакими заморочками или глупостями. Позволяет себе впустить в жизнь что-то новое не зацикливаясь на старом. В отличие от некоторых... ладно это уже перебор, - под его улыбающимся взглядом согласилась она.
– Твой народ неизбежно шел к трагедии, которая в итоге его и постигла. Наши солдаты в силу безумного стечения обстоятельств разделили эту трагедию с вами. Наши и ваши воины были единым целым перед этим злом. Ты сам был там, сам бился с волками Таргнера. И выжил во многом благодаря тому, что был един в той битве с нашими солдатами.

Эта трагедия также унесла жизни наших солдат, породив вдов и несчастных матерей. Инцидент в Стране Волка тоже задел наше общество. Все мы пострадали от этого зла. Эта наша общая боль, то, что по идее должно сделать нас едиными. О каком предательстве здесь может идти речь? Надо быть в край озлобленным уродцем, чтобы с такого ракурса рассматривать случившееся. Наоборот. Гибель твоего народа как ужасная трагедия делает единым целым нас и тебя - последнего ну или предпоследнего из Людей Волка. 'Единой болью скованные вместе наши судьбы теперь неразделимы...' - фраза из стишка. Тебе посчастливилось выжить и у тебя есть шанс начать все сначала. Наши двери для тебя открыты. Глупо губить свою жизнь из-за нелепых предрассудков и фанатичного бреда, - она заставила его серьезно задуматься.
– Все вовсе не так как рисует твое запутавшееся измотанное сознание. Все намного проще, дело только в тебе. Да и к тому же! 'Жить с армидейцами - предать свой народ', - ломая голос, передразнила она, - чтобы думать так по-настоящему, нужно быть упертым узколобым напрочь лишенным извилин фанатиком. Ты не такой. И говоря об этом лохматом венике на твоем подбородке. О бороде превращающей тебя из юноши в пожилого бродягу. Сейчас ты свободен, и можешь избавиться от нее. Неужели ты еще не понял?

– Рурхан! Так он выжил! Он в Армидее?
– вдруг резко дошло до него в порыве эмоций вызванных ее словами.

– И это все?!
– ожидая иной реакции, немного расстроилась она.
– Он выжил, да. Но он не в городе. Он проходит реабилитацию. Ему также тяжело, но он идет на поправку. Если ты не будешь валять дурака и будешь вести себя нормально, в ближайшее время думаю, ваша встреча станет возможной.

– Спасибо тебе за... старания. Правда. Большое спасибо. Но понимаешь... Как бы так лучше объяснить. Дорога в Армидею была длинной и трудной. По пути между делом я... как бы... убил человека! Я убийца, подонок, психопат, конченая тварь.

– Бред! Ты же себя не контролировал.

– Совесть и какой-то святой долг внутри обязывает мне гневаться на себя.

– Ну что за глупости!

– Мне тошно жить дальше после содеянного. Мне было бы проще отвалить на тот свет и все. Как говорил... твой отец - найти разом ответы на все вопросы, получить по заслугам и не париться. Пойми, я на самом деле вовсе не такой. Я никогда не распускаю нюни и до этого, вообще ни по какому поводу никогда не переживал. Я даже плакать не умею. Не знаю, откуда во мне столько соплей. Я же не настолько дурак. Если бы не это убийство, я бы и не заморачивался, клянусь. Я бы уже давно принял бы ваше предложение и хотя бы попытался начать жить с чистого листа. Пошел бы вон Армидею посмотрел. Вел бы себя смирно и попытался заслужить прощение за причиненные неудобства - ну то ранение охранника в шею. Я сам всю жизнь ненавидел свою общину и мечтал о свободе. Из рассказов друга я знаю... понимаю что такое Армидея и в глубине души мечтал бы стать свободным как и вы. Где-то в глубине души я очень этого хочу. А так я убийца, я сам себе противен. Мне надо поскорее сваливать на тот свет, - отодвинув тарелку упершись локтями в стол, он совсем поник.

– Знаешь, в нашем мире в основу всех монотеистический религий... да блин религий, где один бог!
– видя разрыв мозга в уставших глазах Рэвула, она пояснила подробнее.
– Только не говори, что не знаешь что такое религии! Так вот, в основу большинства религиозных культов, где один бог, положена идея о прощении. То есть если ты согрешил при жизни, но искренне истинно раскаиваешься или как в твоем случае считаешь себя подонком, психопатом, дегенератом, то ты можешь рассчитывать на прощение, - она видела, как внутри него что-то ожило. Он посмотрел на нее с нерешительной надеждой.

– Я полностью с этим согласна. Люди сами по себе нестабильные, подчиненные эмоциям блуждающие в жизни существа. Плюс наша жизнь очень тяжела и иногда загоняет в рамки и моделирует ситуации, в которых грех единственный способ выживания. Даже я хоть и не человек, но все равно порой под воздействием эмоций путаюсь в правильности решений. От нас не требуется быть идеальными. Пройти жизненный путь без греха способны лишь исключения. По-моему исключения с негативным окрасом - сумасшедшие: аскеты и прочие бегущие от жизни.

Нормальный человек, живущий полноценной жизнью, человек свободный не сможет на своем пути не оступиться. Поэтому вполне логично, что нам дарована возможность прощения ввиду нашего общего несовершенства. Главное это осознание своего злодеяния и раскаяние. И последующее воздержание от преступлений, конечно же. Это все что требуется от нас - нелепых и местами жалких. Ведь мы всего лишь люди. В нашем мире только Духи в виду своей абсолютной разумности несут полную ответственность перед высшими силами. Поэтому они и стараются не вмешиваться в дела смертных и в основном держатся в тени нашего мира. Они боятся греха и воздерживаются от него как могут. В древние времена Духам было проще наблюдать, как дикие варвары убивали их детей. Насиловали артэонок, мужчин массово казнили. И Духи смотрели на это, не вмешиваясь, потому что боялись согрешить в попытках адекватно остановить то безумие. Поэтому артэоны и стали защищать себя сами, что заставило некоторых из нас отвернуться от простой разумности и уподобиться людям. А Духи все также прячутся в тени, боясь своей ответственности в виду своей силы. Да и то у них это не всегда получается. Вспомни своего поехавшего Таргнера. Тогда чего же говорить о нас, о простых людях? Ну как простых, - не могла не добавить она.
– Скажем так мы с тобой простые люди, просто в сложных необычных состояниях: номак и Намарьена, - говорила она, видя как внутри него что-то оживает, и светом души вновь зарождается надежда.

– Я каюсь без сомнений, - в первую очередь сказал он сам себе.
– Но если я останусь жить, то можно сначала мне предстать перед судом родственников убитой мной девушки? Я хотел бы заслужить прощение у ее родителей... если это возможно. Пусть они меня изобьют, там убьют, в общем, делают со мной что хотят... Там, в темноте того дома на дереве был еще маленький мальчик. Я сильно напугал его. Если они простят меня, то тогда можно попытаться 'подобрать осколки жизни', - пытаясь скрыть взволнованное дыхание, говорил он, чувствуя как внутри снова оживает.