Чтение онлайн

Я был буквально болен легендой о Родскратосе и днях величия рода великанов. С тех пор как от отца услышал все это. Меня назвали в честь столицы той великой и единственной страны великанов...

– Я так понял это у великанов вообще самое распространенное имя, - прервал великана Тард, чем как бы намекал на отсутствие фантазии у этих громил.

– Я хоть и не перечил отцу, но ненавидел то, как он живет, - продолжал рассказ великан.
– Мне не хотелось всю жизнь пасти коз и овец. Не без влияния Дормея, однажды я решил уйти в большой мир и попытать удачу. Тем более жена, которую мне избрали, на днях должна была прибыть из-за моря в сопровождении своего отца. А она страшная! Как крокодил, ей богу! Видел же великанш? Страшнее могут быть только гномьи бабы. У меня не было выбора, я просто сбежал. По картам Дормея я вышел к городам людей. Так я стал наемником. На протяжении многих лет воевал за разных людских королей, проливал кровь, неважно, чью и где и осушал бочки с винами каждый вечер! Это были веселые времена. В армии короля Абаса нас была целая дружина. Целая дружина солдат великанов! И командир великан и мы его солдаты - все из одного рода. Мы будто воплощали в себе величие предков - воинов Родскратоса. Нам не было равных, мы добывали королю Абасу все земли, что он желал!
– с теплой улыбкой великан предался сладкой ностальгии.
– И гладиатором поработать успел, веселил толпу, врубая огромный топор в чей-нибудь череп...

Глядя на него Тард не видел великана - магическое существо, существо другой природы. Хродор говорил, мыслил и жестикулировал как человек. От долгого общения с людьми и артэонами, скитаний по большому миру этот великан стал обычным его жителем. Не было в нем ни следа великанской самобытности, ни говора, ни повадок, ни таинственности существа магической природы, это был просто большой человек. А может он был таким с самого начала, поэтому и ушел от себе подобных.

– Но только мне видно не судьба была под конец службы уйти в горы, с мешком золота за плечами. Как сделал Дормей, - стараясь не смотреть на стоящее на столе вино, продолжал Хродор.
– Во время штурма крепости... как ее там называли... в общем прибрежная какая-то крепость. Мы высаживались с кораблей. Все побережье простреливалось. Укрывшись за щитом, я едва успел крикнуть салагам, чтобы разворачивали дымную завесу, как снарядом от катапульты у меня выбило щит и несколько копий попали в тело, - пока его сознание заново переживало тяжелый момент, глубоко прорезавший память, он крепко охватил руками голову.
– Я упал в воду и отключился... не знаю, сколько я 'проплавал'. Очнулся ночью, среди вынесенных на берег трупов. Я был мертв, не знаю, сколько по времени, моя душа хоть и ненадолго, но все же покинула тело. Сам понимаешь в нашем мире пронизанном Тьмой и магией возвращения с того света не проходят бесследно. За то время что был мертв, я насмотрелся мультиков про тоннель со светом в конце, но после помню... все заволокла Тьма, в которой я был не один. Я оказался в бесконечном океане темноты, из которого не выбраться, вокруг я чувствовал еще миллионы себе подобных. Они говорили, что я теперь один из них, что мне не сбежать, но что-то произошло, я вырвался из этого кошмара. Вернее что-то вырвало меня. Какой-то свет сияющий разными цветами. Магию описывают как силу переливающуюся цветами радуги...

Клиническая смерть это особое явление, как для Тьмы, так и для магии. Обе эти силы равные друг другу вступают в противостояние за душу каждого прошедшего через смерть. В мире магии каждый переживший клиническую смерть, побывавший мертвым на протяжении нескольких минут, а потом вернувшийся становится Говорящим с мертвыми. В природе Тьмы возвращение с того света это вообще излюбленная почва для появления всяких разных тварей. Тьма пытается проникнуть в душу каждого временно умершего, чтобы по возвращении в жизнь он стал чудовищем, очередным жутким порождением Тьмы. Получается так, что Тьма и магия вступают в противостояние за душу каждого пережившего клиническую смерть. Тьма пытается оставить в нем свою частицу, а магия пытается превратить в Говорящего с мертвыми. Но это только в том случае, когда речь идет о человеке, то есть о свободной душе. Я же существо магической природы, Тьма не может повлиять на меня. Ну, так, во всяком случае, говорят. Поэтому пережив временную смерть, я стал слышать мертвых. Стал тем, кого называют Говорящим с мертвыми или контактером. Однажды окутав тебя, мир мертвых уже не отпускает. С тех пор я, что живу, что не живу. Но все же лучше чем стать вместилищем для сил Тьмы. Можно сказать мне еще повезло.

– То есть ты слышишь мертвых от того что сам был мертв?
– уточнил Тард.

– Да. Когда я оказался на том ночном пляже среди вынесенных на берег трупов, оставленных гремевшей днем битвой из меня торчало несколько копий, тело казалось невыносимой обузой, - продолжал свой рассказ великан. Его слушали, он продолжал.
– Помню было так хреново, что я стал жалеть о том, что не умер. Но вдруг!.. Вся боль ушла, не успел я обрадоваться тому, что выжил, как увидел, что из воды вышла женщина, одетая в черное. Сперва я подумал, что это галлюцинация... Ее голос звучал у меня в голове, она просила не задавать вопросов и просто довериться ей. Взамен на услугу с моей стороны она обещала, что поможет мне выжить. Потом я понял, что мои глаза закрыты. Открыв их, я увидел приведение, сияющее в свете луны. Договорив, оно перешло в летучее состояние, и пронеслось сквозь меня. Тогда я впервые почувствовал Душевную Негу, вся боль ненадолго ушла. Из обрывков воспоминаний хранимых в ее призрачной памяти в ходе прямого контакта я точно понял куда идти. Не вынимая стрел, ой копий, чтобы не истечь кровью, я бросился, куда она показала. У берега я нашел обломки корабля в трюме, которого плавало ее тело. Обволоченное призрачной пленкой оно сохранилось идеально, как мумия. Несколько десятков лет ждало пока кто-нибудь придет и вытащит его. Вот ее душа, скитаясь вдоль побережья, нашла меня, и я помог ей. Я вытащил ее тело и захоронил его в лесу, на руинах одной давно заброшенной деревни, которую люди давным-давно покинули из-за другого неспокойного приведения, по всей видимости, ее муженька. Я похоронил ее рядом с мужем. Потом у меня случился просто нереальный приход. Никогда этого не забуду. Я оказался летним днем среди чистой ухоженной деревушки, и рядом стояли эти двое влюбленных, они поцеловались, и все закончилось, я снова провалился в дождливую реальность, оказавшись посреди заброшенной деревни, а рядом находились два приведения. Их души освободились от призрачных оболочек и оков проклятия. Ты видел когда-нибудь, как приведения получают свободу?

– Нет, - ответил Тард.

– Там целое представление. Сначала понятно: яркая вспышка света, такая взрывная волна проносится по округе, потом окруженные лучами света, уходящие души последний раз предстают в своих смертных обликах, а после покидают этот мир, и сразу минуя Аэтхейл, отправляются в высший мир. Но в случае, когда их освобождает контактер они, перед тем как исчезнуть одаряют своего освободителя Душевной Негой. Тогда я в первый раз полноценно почувствовал, что это такое, потом меня было за уши не оттянуть от ремесла контактера.

– Душевная Нега?
– удивленно Тард.

– Даже и не слышал об этой благодати?
– уточнил великан.
– Это великое благо доступно только контактерам, оно является благодарностью за нашу работу. Когда ты освобождаешь очередное приведение, то душа, избавляясь от призрачного тела, в последние секунды пребывания в этом мире становится самой собой. Тот свет, которой возникает, когда приведение получает свободу - это сияние души. Перед тем как покинуть этот мир освобожденная душа, как бы благодарит тебя, проходит сквозь твое тело, и ты чувствуешь невероятную благодать. Это невозможно описать, это лучше любых наркотиков, - великан закрыл глаза, вспомнив о невероятном удовольствии.
– Душа величайший источник энергии в нашей вселенной, когда она проходит сквозь твое тело, то ее энергия прибавляется к энергии твоей души, тело наполняется приятной живой силой и твой мозг просто улетает. Первые несколько минут это невероятное удовольствие, неописуемое наслаждение. Вся боль, все тяготы просто покидают тебя, и ты чувствуешь невероятную благодать, просто лежишь и кайфуешь. Помимо этого все твои болячки, раны, ссадины, любые увечья - все восстанавливается, твое тело просто обновляется.

Когда благодарная душа той утопленницы в первый раз подарила мне это внеземное наслаждение, из меня торчало несколько стрел, вернее копий. Ну, я же рассказывал. Так вот когда я пришел в себя, эти стрелы лежали рядом, мое тело просто вытолкнуло их, ни осталось, ни шрамов, ни боли, только неописуемая благодать. Вот что такое Душевная Нега. Это благодарность души освобожденной тобой из призрачного состояния, неописуемое удовольствие для мозга, исцеление для тела. После 'основного прихода' эта благодать наполняет тебя еще несколько недель. Еще долго ты чувствуешь невероятный прилив сил. Любая положенная в рот пища кажется гнилой грязью на фоне той благодати, что наполняет тебя. Несколько недель тебе даже еда не нужна, только вода. И спишь как младенец, сладко-сладко и не замерзаешь от холода. Я помню несколько лет жил вообще без еды. Бродил по миру освобождал души и жил только Душевной Негой полученной в качестве гонорара за услуги мертвым. Это великое наслаждение доступно только Говорящим с мертвыми. И ради этой прекрасной Неги, ради этого великого наслаждения подобные мне всю жизнь скитаются по миру, освобождают души от призрачных оков.

– То есть все Говорящие с мертвыми это наркоманы, которые даруют свободу несчастным душам только чтобы получить очередную дозу?!
– шутя с улыбкой, спросил Тард.

– Да нет!
– улыбнулся Хродор.
– Все куда сложнее. Говорящий с мертвыми это скорее призвание. Ведь это ремесло предполагает полное одиночество, бесконечное скитание по миру, по мертвым всеми забытым его уголкам. Вокруг тебя не будет никого кроме мертвых. И под старость лет ты, скорее всего, сойдешь с ума! А что касается Душеной Неги, но ведь такие как я должны получать что-то за свой труд? Должен же быть какой-то стимул?

– А разве эта твоя Нега не спасала тебя от ночей полной луны?

– Спасала, конечно. Но ее эффект временный. А полнолуния бывают постоянно, и вся темнота заполнена Бестелесными, ну этими Шептунами. Никуда от них не деться. Никогда не забуду свою первую полную луну. Это было невыносимо.

– Все же людей вернувшихся с того света в основном окутывает Тьма. Они становятся ее порождениями. Значит, получается, большинство Говорящих с мертвыми это существа магической природы, пережившие клиническую смерть?

– Большинство? Контактеров в этом мире всегда было мало. Нет, для этого необязательно быть эльфом или великаном. Из всех контактеров, что я встречал на своем пути, больше половины были людьми. Сам же знаешь, магия влияет и на людей тоже, как и на все живое. Люди после временной смерти, ставшие Говорящими с мертвыми - это счастливчики, можно сказать, спасенные магией от Тьмы.

– А можно завязать со всем этим? Перестать быть контактером. Мертвые не дадут?

– Тебя найдут Поводыри. Как у меня было. Я помог той первой утопленнице, она впервые одарила меня Негой. Долго я прибывал в эйфории, но затем меня отпустило, и я снова оказался в реальности. Едва я сообразил, что делать дальше, как меня стали посещать видения. В голове проскакивали какие-то обрывки, их было сложно разобрать. Мельком я видел дом, родителей, огонь и разруху... Я не мог понять что это, не понимал что происходит, не понимал смысла этих видений. Это был мой первый Поводырь. Что-то заговорило со мной из темноты, среди чертового шепота я услышал четкий разумный голос. Я мог говорить с ним. Это он послал мне эти видения, понять смысл которых мне только предстояло. Он был невероятно мудр, он ведал мне обо всем. Его было невероятно приятно слушать. Он сказал мне, что я должен двигаться на юг.

У великана неожиданно навернулись слезы, шмыгнув носом, он продолжал свой рассказ.

– Моих родителей убили короче. После того как я покинул родные горы... На мой родной край давно покушались орки. Эльфы были согласны помогать, но только при наличии ополчения из рядов самих великанов. Когда пришел тревожный час, когда моему отцу и другим великанам пришлось встать на защиту родных земель. Меня там не было. Орды орков говорят не знали конца, эту атаку они давно планировали. Ополчение из нескольких десятков великанов было разбито. Эльфы смирились с потерей этих земель, они просто ушли. Мою мать как я понял, убили сразу. Я увидел лишь хлам, сожженный, давно раскиданный ветром. Все что осталось от дома.