Чтение онлайн

И от пастуха-дурачка до священника-пастыря один шаг. А по Хайдеггеру человек — „пастух бытия“. О пастухе см. Т. Цивьян. Движ. балк ., 9—13.

( Тут все начали говоритьЙЙЙ ):

Связь „говорить“: „число“ в Прус . Е — Н В. Топорова, с. 217—19 и 242 ( gerbt. g~irbin). Автор книги „воображаемых уроков“ Заг. числа Ирина Берлянд обещала такую же книгу о слове.

Поговорка лег'oк/лёгок на поминеили помяни по имени/ помяни только, а он(и) тут( ПРН , с. 706 и 781) предполагает поверье: Если говорить о ком-то отсутствующем, он появится как будто услышав, примем скорее злой чем добрый, ср. „Помянули волка, а он и тут“ или „О волке толк, а тут и волк“, но „Счастье легко на помине не бывает“ (с. 781 и 67; СВРЯ 3 , ст. Легкий).Имя это зов, предмет речи есть адресат, поэтому всё страшное упоминают не по имени. Бубер, Затмение Бога (вступительный „рассказ о двух разговорах“): „ЙЙЙслово „Бог“, это слово-зов, ставшее именемсловоЙЙЙ“ [110] . К разнице между на-зыванием и у-поминанием — пословица Лихое лихим называют, а доброе добрым поминают( ПРН , с. 706) и поговорка поминай как зваликого „умер, пропал, больше нет“. Сюда же н'eтком зваликого „исчез“ ( СРНГ 21. с. 175). а еще шутка в записи Достоевского ( Сибирская тетрадь . 87, ср. в Записках из Мертвого дома, 1.2) „Что ж ты не приходила?“ — „Вот! Я пришла, а вас Митькой звали.“

К бахтинскому „чужому слову“ — более психологично Лидия Гинзбург о чужих словах, запись 1925/26 ( Лит. реальн., с. 154):

А вот выпад Михаила Гаспарова, показывающий нам не столько чужое слово, сколько самого Гаспарова: „ЙЙЙБахтин во всяком слове видел прежде всего „чужое слово“, бывшее в употреблении, захватанное руками и устами прежних его носителей; учитывать эти прежние употребления, чтобы они не мешали новым, конечно, необходимо, но чем меньше мы будем отвлекаться на них, тем лучше.“ ( Зап. вып ., с. 104). так уже в его Бахтин рус. культ .

Сперва другой с его словом ко мне, потом я сам с моим пониманием-непониманием этого слова и напоследок я как другой с выражением этой моей мысли в новом слове. В. Бибихин, Понять другого в его Слове и сов. (с. 163—66). Чужое слово предполагает Эпиметееву триаду, а свое слово Прометееву.

Кто говорит и кого я слушаю(сь)? Чей это „голос в темноте“ (Беккет, Компания )? „Что это внутри меня говорит?“ — вдруг спросил отца мальчик семи лет и одного месяца. Вопрос Кто сказал, чтоА? как отвержение А. „Сам сказал“ пифагорейцев, `o , т. е. Пифагор. Разница между „авторитарным словом“ и „внутренне убедительным“ по Бахтину — Слово в романе. 4 (с. 154—61). еще см. С. Аверинцев, Авторство , и В. Бибихин, Авторитет . На „великий вопрос“ (Ницше) о говорящем, на первый вопрос филологии „Кто говорит?“ Мартин Бубер в Диалоге благочестиво ответил: Бог. Для Гомера говорила Муза, для александрийского филолога Аристарха преимущественно Гомер, для Лютера „одно Писание“, а для Набокова он сам. Фрейдисту говорит „Оно“, бессознательное. „Язык говорит“, повторял Хайдеггер (Die Sprache spricht).чтобы не называть того, кого он обозвал das Man,по-русски людьё.Из Философии имени Сергея Булгакова (1): „ЙЙЙговорит мир. но не человек, говорит мирочеловек“. Бахтин этим вопросом не задавался, если не считать позднего наброска о „форме авторства“ — ЭСТ 1 , с. 357 сл. (ср. Л. Гоготишвили в БСС 5. с. 396). Для лингвиста говорящий это неделимое частное „я“. А я, словотолкователь, отвечу в духе Розенштока-Хюсси [111] : Вы говорите, все другие вместе, мировой человек (это не булгаковский мирочеловек) — через каждое „ты“ для меня.

On (: homme) dit man(: Mann, Mensch) sagt. they say. говорят.Само местоимение ктов вопросе о говорящем требует единственного числа, говорят все как один, ср. в пословице ( ПРН, с. 475 и 670) „Слушай, дуброва/дубрава, чтб лес говорит!“ Как древнееврейское множественное Божьего величия элохимне против монотеизма, так и множественное неопределенно-личное говорятне против „монантропизма“ по Вячеславу Иванову ( Кручи , 3.1 — ИСС 3, с. 379 сл.) или Розенштоку-Хюсси. А хайдеггеров „экзистенциал“ das Man ( Бытие и время , § 27 и 34 слл.) это бывший первочеловек Манн германцев ( Тацит. Германия , 2.3: ЙЙЙ Маппит оriginem gentisЙЙЙ) — мифологема, сравнимая с индийскими Ману и Пурушей, библейским Адамом или гностическим Антропосом. Мифотворческое сознание, для которого главное, первое по важности есть первое по времени, старшее, делает первочеловеком мирового человека, просторечное мировойзначит „очень хороший“, но мирскойпереосмыслено по-христиански как „суетный“, а у Хайдеггера архаичная хвала мировому человеку превратилась в хулу на него. Есть промежуточный случай, это двусмысленное самовосхваление в стихах на французском языке некоего On,например Bref ON fait tout, ON dit tout.| ON est de tout temps par toutЙЙЙ(85 сл… сочинение XVI века, список не позднее 1641), то есть игровое олицетворение местоимения вслед за латинской Историей Никого монаха Радульфа из Анжу: см. Изольда Бурр, Похвала „ON“. Сюда же антипословица On-dit est un sotили On-dit est la gazette des sots,похожая на парадокс лжеца, еще ср. русские Говорят, (что) в Москве кур доят (. а к нам привезут, они только яйца несут). Не всё то правда, что люди говорят/что говорится( Р. послов, пог., с. 408: РПП , с. 247: ПРН, с. 202 и 690). (V1: „Кто“.)

Ты говоришь мне как ваш представитель, отсюда „вы“ вежливое. Множественное вежливости „вы“ к одному тебе и множественное скромности, но и величества „мы“ про одного себя происходят из множественного представительства. К ребенку не обращаются на вы.потому что он еще не вошел в мир-общину и мировой человек еще не вошел в него, так и с названием зубы мудрости.Переходное от мывсякого представителя к царскому мы это мывыборного артельного старосты, имеющего право говорить за всех (артель у Мельникова-Печерского — В лесах , 1.15), ср. Э. Бенвенист. Семант. реконстр . (9), о смысловом переходе „один из многих“ > „первый, единственный“ в индоевр. *-poti.Представительский произвол — обычный грех. (V1: Отрок.)

Отношение „я“ — другой „абсолютно необратимо“ (Бахтин) без третьего, представителя всех других во мне, моего толкователя, ср. заговорное обращение к Гермесу, „который в сердце“, — Греч мат. пап ., 5.400. 7.668 и 17b.l. Ребенок еще без этого третьего способен потребовать, чтобы другие не говорили о себе „я“. „я“-де только он, или же прочесть слово яблококак тыблоко,по рассказу Буква „ты“ Пантелеева, так и Флоренский в письме жене из Соловецкого лагеря от 27.5–2.6.1935: „Помнишь, как Оля обиделась на меня за янтарь и сказала тынтарь.“ ( ФСС 4, с. 236). Бестолковые девять) людине могут досчитаться одного [112] тоже из-за того что для каждого считающего отношение „я“ — другой необратимо.

Это я сам, сам по себе, и я как другой, один из многих; я единственный и я как все: это моя самость и моя другость. Ср. различение „первичного автора“ и „вторичного“ в поздних записях — ЭСТ 1 , с. 353 сл. Вот невидяще-ненавидящий отзыв Натальи Бонецкой, Бахтин метафиз .: „Бахтин релятивизирует „я“, образ Божий в человеке, с помощью неологизмов-монстров „я-для-себя“ и, я-для-другого“» (с. 111, в скобках).

Борхес и я кончается так: «Не знаю, который из двоих пишет эту страницу.» — «Я» Борхеса, посмотревшись в зеркало самопознания, дало «другому» и эту страницу.

Сократ у Платона ( Ион . 534cde) о поэтах:

Сюда же «язык богов», но и Бог-Слово в прологе Евангелия Иоанна (к нему см. хотя бы К. Эванс, Слово и слава), | , . . «Изначально — до сотворения мира — был Тот, кто зовется Словом. Он был с Богом, и Он был Бог.» [114] Это мифологическое отчуждение слова и языка свидетельствует об исконной чужести слова, об изначальной другости говорящего.

Вот об этом Николай Бахтин на собрании Зеленой лампы в 1927, тема «Есть ли цель у поэзии?»: