Толкуя слово: Опыт герменевтики по-русски
Шрифт:
Из воинственной лекции Набокова Искусство литературы и здравый смысл: «Здравый смысл правилен как квадрат, а между тем самые значительные жизненные явления и ценности великолепно округлы, подобны круглой вселенной, увиденной глазами ребенка, впервые попавшего в цирк.» [137] Это похожая на перевернутый «круглый квадрат» неправда, как раз здравый смысл, то есть целый и общий, по-латински sensus communis,ср. consensus,по своей форме круглый, взять хотя бы *ob-«круго» в слове общий.Ср. в набоковском Отчаянии мнение противного автору героя: «ЙЙЙ коммунизмдействительно создаст прекрасный квадратныймир одинаковых здоровяков,широкоплечих микроцефаловЙЙЙ» (2).
137
Перевод Н. Ермаковой.
Даль в Письмах о хивинском походе, 5 (28.12.1839):
Что такое народная поэзия? Откуда берется это безотчетное стремление нескольких поколений к одному призраку и каким образом, наконец, то. что думали и чувствовали в продолжение десятков или сотен лет целые народы, племена и поколения, оживает в слове, воплощается в слове одного и снова развивается в толпе и делается общим достоянием народа? Это загадка. Сто уст глаголят одними устами — это хор древних греков, и значение хора их может понять только тот, кто способен постигнуть душою, что такое народная, созданная народом поэма: это дума вслух целого народа, целых поколений народа. Для меня это первый залог нашего бессмертия. Говорят: глас народа — глас Божий: что же сказать о гласе целого поколения? Этот залог должен найти свой отголосок, он не замрет в простоте и силе своей, а отголоска ему в этом мире нет.
По свидетельству Виктора Кривулина ( НЛО . № 14. с. 226):
Чужие стихи для меня часто становились творческим импульсом — я отталкивался от чужих текстов, ощущая поэзию действительно как бесконечный разговор, диалог, хор, соборное звучание. И вот я ощутил свою анонимность в этом хоре, счастливую анонимность. ЙЙЙ Я вдруг физически ощутил, что все люди, которые умерли, на самом деле присутствуют среди нас. Они присутствуют через язык, через слово, и это совершенно другой мир — абсолютно свободный, вне пространства и времени, и в то же время абсолютно реальный. Есть язык со своими ресурсами, и он всех нас связывает и всё организует.
М'aксима «Пояснять Гомера из Гомера» и основоположная формула «[Писание] свой собственный толкователь» это разновидности принципа «Кто говорит, тот и толкует», разница между ними в ответах Аристарха и Лютера на вопрос «Кто говорит?» Что Писание «само себя толкует», принимал уже Эвтерий Тианский (V век), см. М. Тетц. Ясность Писания , ср. А. Висиано. Феодорит на посл. Павла , с. 21сл., 55, 58 и 60, а еще Ги Монно. Мусульм. экзегеза , с. 155 сл. За вопросом о говорящем, первым вопросом филологии, следует первый принцип филологической герменевтики — единство говорящего и толкователя. Говорящий может сам сказать то. что служит толкователю смыслом толкуемого слова, толкователь говорит словами говорящего, толкование не перевод, оно замкнуто на том же языке: отсюда правило замены слова значением. Ср. «герменевтический круг». — А по Георгу Фридриху Майеру. Опыт общ. гермен . 1757 года, «каждый [автор] есть лучший толкователь своих собственных слов» (§ 136) — здесь у «каждого автора» оказались свои собственные слова. Теперь можно и возразить, что понимать автора надо лучше чем он сам себя понимал, об этой максиме Шлейермахера, восходящей к Канту, см. О. Болльнов. Понимать лучше . (V1: Герменевтический круг. — 2: Понимание лучше авторского.)
Буквальное понимание годится при точномпереводе письменного чужеязычного слова, ср. ни на йотуили ставить точки над i,а фольклорное слово на родном языке требует глубокого понимания и толкования, пусть гадательного. У Пруста буквально понимает условности доктор Котар — По направлению к Свану . 2,—это он спроста, но есть и притворное непонимание, уловка хитреца или же писательский прием, названный остранением. Само слово буквальныйвместо буквенныйобразовалось под влиянием фигуральный,как будничныйвместо буденныйпод влиянием праздничный.
Приключения, почерпнутые из моря житейского — заглавие эпопеи Вельтмана. А вот конец Веточки Веневитинова:
Так далей веточка плывет И путь неверный свой свершает. Пока она не утопает В пучине беспредельных вод. Вот наша жизнь! — так к верной цели Необоримою волной Поток нас всех от колыбели Влечет до двери гробовой.И начало его же Послания к Р-ну : Я молод, друг мой, в цвете лет,| но я изведал жизни мореЙЙЙ,дальше рифма горе.«Ибо без разума можно лишь радоваться у моря, разум же берет от моря беду.» — Горенштейн. Псалом (1). К морскому волнению у Пушкина см. М. Мурьянов, Симв. Пушк ., с. 127—34.
Танкист Вася у Юза Алешковского ( Маскировка . 2) тоже не пожалел пословицу про жизненный путь: «Жизнь прожить это тебе не границу с Чехословакией перейти, как любит говаривать мой дружок Вася. Он тоже вроде тебя — танкист.» — но сделал это ради красного словца, а филолог Б. Гаспаров по просвещенному убеждению, что какая-то там пословица. «лубочная» пошлость недостойна завершать «образец глубоко серьезной философской лирики». Вот и вышло «не пройти по прямой», в чем сказался сам кривотолкующий, ведь непонимание автопортретно. Против пословиц убежденно пишет статейки Татьяна Николаева (« Некооперация » и Неопр. парем .), подтверждая замечание Даля: «У нас же, более чем где-нибудь, просвещение — такое, какое есть. — сделалось гонителем всего родного и народного.» (в Напутном к ПРН , с. 8). «Вообще пословицы это мелочь», пренебрежительно сказал мне однажды человек образованный и умница, но это злая полуправда. Пословица — великое в малом, она кратчайшим образом выражает народную «опытную мудрость» (Даль там же, с. 19). превосходящую опыт всякого отдельного умника.
Русские пословицы, к счастью, еще недостаточно мертвы для того чтобы сами русские их почитали. «Что наше, того нам и не надо» ( ПРН , с. 614): лучшую до сих пор книгу пословиц составил Владимир Даль (к ней см. Ю. Левин, Проверб, простр .), теперь нужен другой обруселый инородец, способный любовно переиздать этот сборник для научного пользования. А кто поищет наследственное собрание отправленного на Колыму Василия Князева, из которого ему дали напечатать лишь выборки — Русь (1924) и Кн. посл .? О нужности Свода русских пословиц я уж не говорю.
Жизнь прожить что море переплыть,уже без звездочки, знак догадки снимается. Это совпадение восстановленного смысла с настоящим словом — радость толкователя. Толкование доказано: твое построение не выдумка, ты не от себя сказал, а от лица и имени говорящего, кого ты представляешь и чьи слова призван толковать.
Разговор о переводах, слово философа ( ЖИ , с. 55 сл.):
ЙЙЙ Но нужен ли вообще перевод (всё равно — плохой или хороший), об этом вы даже и не говорили. ЙЙЙ Перевод не нужен уже просто потому что это подделка (хотябы и крайне искусная). И если переводы умножаются с каждым днем, то в этом сказывается стремление нового времени вместо ограниченной и интенсивной культуры — к бессмысленному и пустому расширению. Вместо того чтобы подлинно знать немногое мы предпочитаем заполнять зияющую пустоту нашей скуки дешевыми подделками всех культур, всех веков, всех литератур.ЙЙЙ