Чтение онлайн

— Держу пари, что вы забыли о моем приглашении, — сказал он, вертя перед ее носом бутылку виски. — Моя жена отправилась за покупками, вот я и подумал, почему бы не зайти к соседям.

Некоторое время она колебалась, но потом решила, что это хоть как-то поможет скрасить досуг, и отступила в сторону.

— Ну что же… заходите.

— Мистер Уитсайд на работе, не так ли, — не отрывая взгляда от ее груди, он облизал губы.

— Да… он на работе.

Они прошли в гостиную.

— Вот квитанция и пакет.

Она просмотрела квитанцию об уплате за газ и бросила ее на стол.

— Муж рассчитается с вами. — Она глянула на него. — Он не оставил мне денег.

— Держу пари, что большинство мужей таки. — Он буквально пожирал ее глазами. — Выпьете немного виски, миссис Уитсайд?

— Почему бы и нет?

Она принесла бокалы, лед и содовую. Когда она уходила и приходила, то все время чувствовала на себе его взгляд. «Пусть пялится! — думала она. — Виски мне ничего не будет стоить».

— Вы слышали об ограблении казино? — спросил он, наливая две большие порции виски. — Вот дела! Украдено два с половиной миллиона долларов! Держу пари, что они их больше не увидят.

Она села, дав ему возможность увидеть цвет своих трусиков, прежде чем одернула юбку.

— Я слышала сообщение по радио. А как бы вы поступили с такими деньгами, мистер Дилан?

— Представления не имею. Говорят, деньги находятся у последнего гангстера. Я проработал в банке много лет, миссис Уитсайд, и знаю цену деньгам. Хочу вам сказать одно… это слишком огромная сумма. Мы с вами никак не смогли бы распорядиться ею.

Ей с трудом удалось скрыть презрение.

— Что-то мне в это слабо верится. Деньги утекают быстро.

— Но не такое количество. Особенно если все банкноты по сто долларов. Когда я работал в банке и кто-то хотел разменять такую купюру, я всегда проверял ее. Вы представляете, как тяжело будет их тратить.

Шейла задумчиво смотрела в свой бокал. Она как-то не подумала о таком нюансе.

— Но ведь у многих имеются билеты по сто долларов.

— Да, но все равно теперь банки будут вдвойне осторожны.

Они медленно пили виски, и теперь он рассматривал ее ноги.

— Как провели отпуск?

Она не слушала его. Она размышляла… знает ли этот толстый старый дурак, о чем говорит. Вряд ли. В конце концов многие игроки пользовались в казино стодолларовыми купюрами так же легко, как она своей помадой.

— Миссис Уитсайд… вы замечтались, — сказал Дилан со смехом. — Так как вы провели отпуск?

Внезапно ей стало очень скучно. Она рассчитывала, что он поможет ей скоротать время, но его вытаращенные глаза и потное лицо были отвратительными.

— Да… прекрасно. — Она прикончила виски и поднялась. — Простите, что выпроваживаю вас, но мне нужно разложить вещи. Том рассчитается с вами вечером. Спасибо за виски.

Она избавилась от него настолько быстро, что он даже не успел сообразить, что его выгнали. В окно она могла видеть, как он уходил с печально поникшими плечами.

Она злорадно улыбнулась.

В ноль двадцать Том, который поминутно смотрел на часы, поднялся с кресла.

— Пора. Больше нечего ждать.

— Иди глянь, нет ли света в окнах соседей, — сказала Шейла, тоже с нетерпением дожидавшаяся момента, когда можно будет без опаски зарыть деньги.

— Знаю… знаю, нечего мне об этом постоянно напоминать!

Том вышел на кухню, выключил свет, открыл дверь и вышел в сад.

Стояла душная ночь. Полная луна, похожая на лицо мертвеца, бросала безжизненный, холодный свет на сад. Том медленно прошел до ограды и принялся рассматривать бунгало соседей. Все окна были темными. Он вернулся в дом.

— Все в порядке?

— Да… Я возьму лопату. Иди к ограде и постереги.

Вырыть достаточно глубокую яму оказалось гораздо труднее, чем он предполагал. Эту землю не разрабатывали уже давно, и она стала твердой как камень. Шейла, как маятник, без конца бегала туда-сюда, чтобы узнать, когда он закончит. У обоих нервы были на пределе. В конце концов Том выбрался из ямы и критически осмотрел свою работу. Шейла подошла к нему.

— Полтора часа у тебя ушло на то, чтобы вырыть такую маленькую ямку, — саркастически сказала она. — Ну и мужики пошли!

— Заткнись! — грубо ответил Том. — Земля здесь тверже гранита. Пошли принесем ящик.

Они прошли в спальню, где на полу стоял ящик, уже завернутый в большой кусок пластика. Том отыскал его на чердаке. Ящик был перевязан и готов к погребению. Они вытащили его в сад и свалили в яму.

— Возвращайся к ограде, — сказал Том, вновь берясь за лопату.

Через двадцать минут они уже сидели в гостиной.

Том налил себе виски. Он был потный, грязный, взвинченный.

— Ты окончательно рехнулась, раз пошла на такое, да еще и заставила меня это сделать, — сказал он после нескольких приличных глотков виски. — Ведь мы никогда не сможем потратить эти деньги. Не проще ли получить премию?

— О’кей, о’кей, мы сумасшедшие. Прими душ и иди спать. Ты мне надоел своим нытьем.

— Предположим, кто-то откопает деньги, пока мы спим.

— Кто?

— Не знаю, но можно предположить…

— Ты что, предлагаешь нам караулить всю ночь?

Он растерянно смотрел на нее.

— Может быть, завести собаку и…

— Не будь идиотом! — Она прошла в спальню и начала раздеваться.

Том поколебался, затем нехотя пошел в спальню. После горячего душа он немного успокоился. Когда он вернулся в спальню, быстрое движение Шейлы привлекло его внимание.

— Ты что это?

— Ничего.

— Что ты прячешь?

— Да не будь идиотом. Я…

Том подошел поближе к Шейле. Взгляд у нее был какой-то затравленный, глаза лихорадочно блестели. На ней была только короткая ночная рубашка, чуть не доходящая до колен. Он видел розовые соски ее грудей, просвечивающие сквозь рубашку.

Когда он попытался выдвинуть ящик туалетного столика, она хлопнула его по руке:

— Не будь идиотом, Том!

— Ты взяла деньги?

— Нет!

— Лжешь! — Он толкнул ее так, что она упала поперек кровати, потом резко выдвинул ящик. Денег там не было. Она лежала и смотрела на него с презрительной улыбкой на губах. Ее рубашка задралась до бедер.

— Доволен?

Он наклонился над ней. Беспокойство убивало всякое желание.

— Я не доверяю тебе. Деньги делают тебя невменяемой. Если ты попытаешься истратить хотя бы банкноту, мы пропали! Пойми это! Мы не можем истратить и цента из этих денег, пока не уедем из этого штата… Заруби это на носу!