Чтение онлайн

Таковы были главные постановления Берлинского трактата; в истории немного найдется таких странных и несправедливых решений. Две державы, не принимавшие в войне никакого участия, причем одна из них, Англия, сделала неизбежной самую войну, поощряя турок, — эти две державы извлекли из нее самые значительные выгоды. Англия заняла Кипр и обеспечила себе этим новый опорный пункт на Средиземном море; Австро-Венгрия, получив Боснию и Герцеговину, утвердилась на пути к Салоникам. Этим было нарушена равновесие на Балканском полуострове. Австрия приобрела здесь господствующее положение на западе, а Россия, казалось, при посредстве Болгарии должна была господствовать в восточной части полуострова. Но Австрия отныне стала ближе к Средиземному морю, даже к Константинополю, чем Россия. А через посредство Австрии начинало сказываться влияние Германии, ставшей с этого времени руководительницей стремления на восток (Drang nach Osten). Понадобилось всего два месяца, чтобы сломить в Боснии и Герцеговине сопротивление боснийцев, сербов-мусульман. Во главе их стоял отважный Хаджи-Лоша, который был разбит и схвачен 2 октября 1878 года. Сербский народ, надеявшийся составить единое целое, оказался, вопреки законному своему желанию и своей воле, ясно выраженной в июле 1876 года, разделенным на три группы, причем Австрия взялась препятствовать всяким сношениям между ними. Точно так же и воля болгарского-народа была нарушена расчленением Болгарии на три части..

Вернув Македонию под владычество султана, Европа по наущению Англии и Австрии вопиющим образом нарушила требования гуманности. В Сан-Стефано Россия стремилась обеспечить освобождение всех христиан; в Берлине не считались ни со справедливостью, ни с волей народов, ни даже со здравым смыслом и общими интересами. Заключительный акт конгресса является памятником эгоизма, порождением взаимной зависти, творением безнравственным и жалким, потому что, нисколько не обеспечив мира, этот акт лишь подготовил многочисленные поводы для конфликтов и войн в будущем. Болгарский вопрос, македонский вопрос, вопрос о Боснии и Герцеговине, — этой «балканской Эльзас-Лотарингии», — вот итоги работы европейской дипломатии на Берлинском конгрессе.

Берлинский трактат отразился и на общеевропейской политике. Обманутая Германией, Россия с этого момента начала искать иной поддержки: разочарования 1878 года подготовили франко-русское сближение. Наоборот, Австрия, щедро вознагражденная и поощряемая в своем «стремлении на восток», должна была еще больше сблизиться с Германией, и восточная война должна была привести к тесному союзу обеих империй.

Внутренняя история Румынии и Греции с 1870 года и до конца столетия представляет довольно мало интереса. Обе эти страны ввели у себя конституционное устройство — Греция в 1864 году, Румыния в 1866 году. Это повлекло за собой на первых порах лишь бесплодную парламентскую борьбу, столкновение честолюбий и самолюбий, узколичное и корыстное соперничество. Партии, особенно в Греции, представляли собой не более как простые спекулянтские клики и оспаривали власть друг у друга не столько для того, чтобы проводить ту или иную программу и отстаивать определенные идеи, сколько для удовлетворения жадных своих аппетитов.

Иначе обстояло дело в Сербии, где образовались настоящие партии и где, после того как выработанная в 1869 году конституция не удовлетворила большинство страны, оппозиция начала против государя борьбу, закончившуюся ее победой в 1889 году. В 1894 году борьба возобновилась, и к концу XIX века успех склонился на сторону государя [251] .

Русско-турецкая война и Берлинский трактат повлекли за собой образование нового христианского государства — Болгарии. Там также возникли партии, боровшиеся с целью освободить страну от всякого иностранного влияния и победоносно завершившие приобретением Румелии дело объединения нового государства. Таким образом, внутренняя политическая жизнь у сербов и болгар была весьма активна и представляет немалый интерес.

Все четыре государства стремились использовать свои природные богатства, развить свою хозяйственную мощь; отсюда большие общественные работы и строительство железных дорог. Чтобы подняться до уровня соседних государств с более старой культурой, пришлось создать школы и научные учреждения. Чтобы заставить уважать столь поздно приобретенную независимость, пришлось организовать армии по образцу великих военных держав. Все это требовало денег, и заключенные займы тяжким бременем ложились На молодые государства.

Регентство. Конституция 1869 года. На другой день после убийства князя Михаила (10 июня 1868 г.) [252] князем, согласно закону 1859 года о престолонаследии, был провозглашен его двоюродный брат Милан Обренович. Так как новому князю еще не было четырнадцати лет, то скупщина назначила трех регентов: генерала Бласноваца, Гавриловича и Ристича. Последний играл некоторую роль в переговорах 1864 года об очищении занятых турками крепостей. Человек гибкого и проницательного ума, он обладал ясным пониманием положения вещей, большим честолюбием, полной уверенностью в себе. Он был моложе своих товарищей, однако получил преобладающее влияние в совете регентства.

Со времени своего освобождения Сербия в сущности жила под гнетом деспотической княжеской власти. Крестьянин — а из крестьян состоит весь сербский народ — вполне доверял Милошу и князю Михаилу. Однако из сербских школ и иностранных университетов начали выходить люди, желавшие принять участие в управлении страной. Под их влиянием скупщина выразила пожелание, «чтобы приступать было к такой организации законодательной власти, которая дала бы народу возможность принять деятельное и законное участие в управлении своими делами». Регенты составили конституцию, которая и была принята 29 июня 1869 года.

Исполнительная власть вверялась князю — не ответственному, управляющему при содействии министров, назначаемых им самим и ответственных перед скупщиной. Последняя, избираемая на три года, делила с князем законодательную власть и вотировала бюджет. Государственный совет, назначаемый князем, подготовлял законы и контролировал бюджет.

Основной закон устанавливал порядок избрания депутатов: всякий налогоплательщик, достигший тридцатилетнего возраста, получал активное и пассивное избирательное право, если он не был чиновником, адвокатом или учителем. Князь собственной властью назначал треть депутатов.

Санкции султана не испрашивали. Конституция была «делом вполне национальным», предназначенным «закрыть навсегда дорогу иностранному вмешательству во внутренние дела княжества» [253] . Это твердое поведение вынудило султана признать закон о престолонаследии и преемственность престола в династии Обреновичей. Благодаря постановлению, обеспечивавшему князю назначение трети депутатов, а также благодаря исключению, согласно закону, людей образованных, регенты являлись господами собрания, сведенного к роли простой регистрационной комиссии, и функционирование парламентского режима не вызвало никаких затруднений. Были приняты меры, способствовавшие развитию начального и среднего образования. Чтобы ускорить хозяйственное развитие страны, была принята французская десятичная система мер и весов, созданы учреждения народного кредита, национальный банк, сберегательные кассы; основано было несколько сельскохозяйственных школ; составлен был свод законов и указов; в области военного дела введена была всеобщая воинская повинность и частично преобразовано вооружение пехоты. В последнем отношении, однако, работа регентов далеко не была доведена до конца: Сербии пришлось на горьком опыте убедиться в этом в 1876 году.

Партии. Сдавая власть Милану, достигшему совершеннолетия 22 августа 1872 года, регенты хвалились, что являют «пример согласия, которое ни на одну минуту не переставало царить как между всеми политическими элементами, так и между последними и народом». В действительности во время регентства Сербия управлялась либеральной партией, единственной, которая к моменту смерти Михаила уже являлась организованной. Но со времени обнародования конституции образовалась оппозиционная партия, состоявшая из интеллигентов, устраненных законом от политических дел.