Чтение онлайн

— А ересь есть?

— Прямой ереси нет. Но есть... странности.

— Какие именно?

— Слишком точные знания о человеческом теле. Понимание процессов, которые не описаны в священных книгах.

— Но это же не противоречит вере?

— Формально — нет. Но вызывает вопросы.

— Какое решение принимаете?

— Методы разрешаем применять. Но под церковным контролем.

— Что это означает?

— Означает, что при лечении должен присутствовать священник. И что Глебов должен регулярно исповедоваться.

Это был компромисс. Антона не обвинили в ереси, но поставили под надзор.

— Согласен, — сказал он, когда ему сообщили решение.

— И еще, — добавил архимандрит Иннокентий, — хотим, чтобы вы написали книгу о ваших методах. С богословскими комментариями.

— Для чего?

— Чтобы другие врачи могли изучать ваши способы, не рискуя впасть в ересь.

Это была интересная идея. Антон понял, что может использовать книгу для систематизации своих знаний.

— Согласен написать.

Зима 1774-1775 годов прошла в работе над книгой. Антон писал медицинский трактат, который должен был стать первым учебником научной медицины в России.

— Как назовешь? — спросил Алексей.

— "О врачевании болезней по законам естества и веры".

— Хорошее название.

— Да. И двусмысленное. Можно понимать по-разному.

Книга получилась объемной — более трехсот страниц. В ней Антон изложил основы анатомии, физиологии, патологии и терапии в доступной для XVIII века форме.

— Это будет революция в медицинском образовании, — говорил граф Разумовский, просматривая рукопись.

— Надеюсь.

— А церковь одобрит?

— Должна одобрить. Я старался не противоречить религиозным представлениям.

Действительно, церковная цензура пропустила книгу без замечаний. Более того, архимандрит Иннокентий написал к ней предисловие.

— "Сия книга, — писал он, — показывает, как человек может использовать разум, данный Богом, для блага ближних. Автор не противоречит священному писанию, но дополняет его земной мудростью."

Книга была издана весной 1775 года и произвела фурор. Заказы поступали не только из России, но и из Европы.

— Вы стали знаменитым автором, — поздравлял Алексей.

— Главное — что знания теперь не исчезнут, даже если со мной что-то случится.

— О чем это ты?

— Об осторожности. Враги не дремлют.

Антон был прав. Успех книги вызвал новую волну зависти и критики.

На этот раз атака пришла с неожиданной стороны. Против Антона выступили... его собственные ученики.

Группа врачей, обучавшихся у него, подала жалобу в Академию наук.

— Глебов скрывает от нас главные секреты, — писали они. — Учит только поверхностным вещам, а настоящие знания держит при себе.

— Это серьезно? — спросил граф Разумовский.

— Серьезно, — ответил Антон. — Потому что отчасти правда.

— В каком смысле?

— В том смысле, что я действительно не могу рассказать всего, что знаю.

— Почему?

— Потому что некоторые знания слишком опасны для этого времени.

Разумовский задумался.

— Понимаю. Но как решать проблему?

— Нужно убедить учеников, что они уже знают достаточно для эффективной работы.

— А если не убедятся?

— Тогда придется искать других учеников.

Конфликт с учениками разрешился неожиданно. Один из них, доктор Мудров, публично признал свою ошибку.

— Я понял, — сказал он на собрании врачей, — что учитель дает нам знания постепенно, по мере нашей готовности их воспринять.

— Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, что слишком сложные знания могут навредить, если применять их неправильно.

— А простые знания?

— Простые знания уже принесли огромную пользу. Смертность снизилась, болезни отступают.

Это заявление успокоило остальных учеников. Конфликт был исчерпан.

Но летом 1775 года случилось событие, которое едва не стоило Антону жизни.

В Петербург приехал французский врач доктор Лемери — один из ведущих специалистов Европы по анатомии.

— Хочу изучить ваши методы, — сказал он Антону. — О них говорят во всей Европе.

— Пожалуйста. Готов показать все, что можно.

Неделю Лемери изучал работу Антона. И постепенно у него стали возникать подозрения.

— Господин Глебов, — сказал он наконец, — у меня есть к вам странный вопрос.

— Слушаю.

— А не изучали ли вы медицину в будущем?

Антон вздрогнул.

— Что вы хотите сказать?

— Ваши знания... они соответствуют уровню, которого медицина достигнет лет через сто.

— Откуда такие выводы?

— Я занимаюсь теоретическими исследованиями. Пытаюсь предсказать развитие медицины. И вижу, что вы применяете принципы, которые только начинают формироваться.

Это была катастрофа. Ученый разглядел анахронизм в знаниях Антона.

— Возможно, я просто интуитивно нашел правильные решения.

— Возможно. Но слишком много интуиции для одного человека.

Лемери подошел к окну, задумчиво глядя на Неву.

— Знаете, господин Глебов, есть в Париже тайное общество ученых. Они изучают... необычные явления.

— Какие именно?

— Путешествия во времени, видения будущего, контакты с другими мирами.

Антон почувствовал, как кровь стынет в жилах. Неужели во Франции XVIII века существовали люди, знавшие о временных аномалиях?

— И что они обнаружили?

— Обнаружили, что время не всегда течет равномерно. Что есть места и люди, способные нарушать его ход.

— Интересная теория.

— Не только теория. У нас есть доказательства. Документы, свидетели, артефакты.

Лемери повернулся к Антону.

— И я думаю, что вы — один из таких людей.

Это было прямое обвинение. Антон понимал, что ситуация критическая.

— Что вы собираетесь делать с этой информацией?

— Зависит от вас. Если согласитесь сотрудничать, то ваша тайна останется между нами.