Чтение онлайн

– Не могу, - простонала Дайна. – Мне каждый раз кажется, что есть способ спасти. Я не могу никого убивать. Разве она хочет расстаться с жизнью?

– Хочу, - прошептала женщина.

Каким образом она услышала этот разговор? Все маги Смерти стояли под пологом, надёжно укрытые от чужих взоров. Практика есть практика, не стоит раньше времени смущать своим видом обычных людей или нелюдей.

– Хочу уйти, сил моих больше нет, - сиплый шёпот и скупая слеза, чуть смочившая бледную кожу. – Не мучь, дай освобождения.

Арим-хан одобряюще сжал плечо Дайны и подтолкнул её вперёд.

– Режь!

– Я даже нити жизни сейчас не вижу, - всхлипнула девушка.

– Нить жизни всегда идёт от сердца. Сердце – это то, что может удержать душу в этом мире. Незаконченное дело, какая-то очень сильная эмоция – любовь или месть, да просто неуёмное любопытство к жизни, но опять же всё от сердца.

Смерть благодушествовала, иначе с чего бы она так упорно стояла рядом с незадачливой студенткой. Не уходила, и не брала сама. С тех пор, как факультет Смерти набрал учеников, она не особенно утруждала себя работой, предпочитая наблюдать и получать несоизмеримо больше, как всякая служительница Инанны.

Метаморф сжал губы так, что они превратились в тонкую линию. Сумеречный дар, пожалованный Владычицей, помогал ему видеть намного больше. Видеть и ничего не предпринимать. Видеть, что Смерть сама потихоньку оттягивает крохи жизни, замешанные на страхе, нерешительности, обиде, всему тому, что зачастую может сократить годы. Просто стоит и тянет с неуверенной Дайны. Именно с его сокурсницы, а не с жертвы, к которой их послали для практики. И он ничего не может сделать. Дайна – посвящённая, она давала клятву, она сама согласилась следовать выбранному пути. Сейчас Смерть в своём праве, дух наказывает за неуверенность и слабость.

По тёмным волосам уже потянулись серебристые нити седины, а девушка всё так же стояла, неловко переминаясь с ноги на ногу. Решилась! Всхлипнула и сквозь слёзы не столько увидела, сколько почувствовала натяжение жизненной нити. Тонкое пение серебряного лезвия услышали все.

Выдох облегчения сорвался с губ умирающей, она улыбнулась, светло и радостно, словно получила самый лучший подарок. Тело вытянулось как струна, выпуская душу.

Дайна торопливо начала начитывать монотонное песнопение ухода, которое сопровождало до Грани, не давая задержаться на земле, стать призраком. Недовольный хмык Смерти похоже расслышали все. Конечно, одно дело забрать душу и препроводить её в чертоги, и совсем другое тянуть с живущего, посвящённого и провинившегося, пусть не самые лучшие моменты, но ведь с хорошими не хочется расставаться.

Миг, свивающийся в тёмный клубок, и дух ушёл, забрав то, что ему причиталось.

Что там говорить об общей магии, когда со второго курса, приняв посвящение у самой Владычицы, они часто видели много больше, чем все остальные.

Через девять лет к концу обучения дошло только трое. Трое из одиннадцати тех, кто выбрали это тяжёлое ремесло. Тасвинн, закончив обучение, получил посвящение жреца, навсегда закрыв себе дорогу к обычной жизни. Сам метаморф был приглашён в Инквизицию, которой не хватало таких умельцев, ведь истинных посвящённых Мастеров Смерти насчитывалось не так уж и много.

– Не интересно? – желчно воскликнул лорд Зигмур, наклоняясь к новенькому. – Если материал знаком, то зачем вы вообще сюда явились?

Глава Академии знал зачем, но хотел перепроверить ещё раз – а не зря ли снял с комнаты прослушку?

– Очень интересно, - тупо подтвердил Арим-хан, пытаясь вернуться в действительность. – Просто не всё понятно, но надеюсь, что на занятиях нам объяснят.

По аудитории прокатились смешки.

– Мне тоже не всё понятно, - неожиданно поддержала парня Клара. – Слишком большая разница между домашним обучением и местным.

– У нас Академия, а не какая-то там…

Лорд Зигмур неопределённо покрутил кистью в воздухе, всем видом показывая, что данное учебное заведение стоит на недосягаемой высоте, по сравнению с остальными.

– Эрвиен! Что у вас в конспекте? – ректор заглянул в тетрадь толстяка.

– Как положено, - обиженно прогудел парень. – Всё записано, до последнего словечка.

Листы были покрыты мелкими, цепляющимися друг за друга буквочками. У главы Академии зарябило в глазах, и он невольно покачнулся.

– Устали? – метаморф решил оттянуть часть внимания на себя.

– Нет, задумался, - отчеканил лорд Зигмур и снова поднялся за кафедру. Лекция продолжилась…

Следующее занятие оказалось не в пример интереснее – введение в руны. Сразу чувствовалось, что преподаватель обожал своё ремесло и потихоньку занимался всяческими экспериментами.

Но, если метаморф вместе с сумеречной ведьмой прилежно записывали преподносимый материал, то толстяк помечал каждую руну, о которой шла речь, характеристикой буквально в два-три слова.

– А как используются эти символы на турнирах? – неожиданно переспросил Эрвиен, и класс затих.

Турниры в Академии проводились регулярно, три-четыре раза в год, раз за разом выявляя саамы лучших и умелых. Участвовали все желающие, а их хватало – победа давала возможность автоматом сдавать экзамены.

– По-разному используются, - туманно подтвердил преподаватель. – В поединках участники наносят их на свои ладони, чтобы легче призывать стихии или активировать заклинания.

Арим-хан поёжился, представляя себе, как активирует собственный дар. Покойников, в этом случае, прибавилось бы на порядок.

С одной стороны, он жалел, что не взял с собой серп или косу, с другой, отдавал себе отчёт, что такое редкое оружие сразу привлечёт нежелательное внимание. Оставалось поподробнее выяснить про турниры. Вряд ли первокурсников выставляют против выпускников…

– А поподробнее про турниры и использование на них рун можно? – толстяк отступать не собирался.

– А зачем? – удивился мастер Шанкх. – Новички выступают на них редко, ни умений, ни знаний не хватает. Как правило, все турниры состоят из трёх частей – собственно магические поединки, бои с оружием, разрешён любой выбор, хоть рогатину берите, - на последних словах толстяк слегка оживился. – И гонки на колесницах.

Аудитория зашумела – новички ещё не успели как следует изучить территорию и слабо представляли себе, кого можно запрячь вместо лошадей.

– Гонки… - мечтательно произнесла сумеречница.

– Девушек не допускают, это очень опасно…

Шанкх изучающе проехался по изысканно худощавой фигуре ведьмочки. Девушка выглядела аристократически утончённо и оттого обманчиво, но ему уже приходилось наблюдать лично, как вот такие нежные фиалки на деле обладали железной хваткой.

– А почему? – Клара обиженно хлопнула ресницами. – Что за произвол? Чем мы хуже? Или что это за гонки? Кого ставят под упряжь?