Чтение онлайн

– Сожми в руке и смотри на меня. Внимательно смотри.

Эльф подчинился. А дальше уже по тому, как начало вытягиваться его лицо, стало ясно, что устройство работает. И еще как!

– Ты… ты…

– Да, Ириргавирус – мерцающий, – мягко сказал Карл и отобрал у дезориентированного эльфа устройство Ира. Повертел в руке. – Никогда бы не подумал, что твой аналог Камней может быть таким маленьким…

– И удобным, – поддакнул я.

– Так вот, о твоем классе для вундеркиндов, – ловко сменил тему Карл, возвращая кругляш Иру, и посмотрел на меня. – Все было бы хорошо. Идея кажется мне просто замечательной. Но ведь сейчас далеко уже не начало года, поэтому я даже не знаю, кому могу поручить все вопросы по организации такого класса. – Он кинул быстрый взгляд на Ириргана, но тот сразу же отрицательно покачал головой, ректор отвернулся и посмотрел на меня. – К тому же твой Тихон – ты ведь так его имя переиначил? – Я кивнул, и ректор продолжил: – Так вот, он учится на факультете классической магии, а там, как тебе уже сказал Ир, не очень положительно относятся к нововведениям.

– А если я сам все обговорю с Микой?

– Не думаю, что она тебя послушает.

– Она ведь женщина, поэтому если давить на жалость…

– Она не женщина, – с какой-то странной интонацией бросил Карамелька, – она декан.

– Вот и отлично. В таком случае я предлагаю тебе взять на себя организацию этого класса.

– Что? – опешил эльф и тут же спросил: – Почему мне? – Вот только сказал он это не так возмущенно, как, по идее, должен был. Я тут же за это ухватился:

– Потому что ты сам когда-то был таким же, разве нет? Только смелости не хватило обойти все ограничения и тайно поступить в университет раньше времени. – Разумеется, я стрелял в небо, но чутье не подвело, и мне удалось попасть в яблочко.

Вот только прежде чем эльф успел ответить, неожиданно заговорил Тишка. Горько и с робким отчаянием ребенка, который слишком рано осознал, что ждать подачек от судьбы не имеет смысла.

– Да какая тут смелость? Просто я не выжил бы без брата, поэтому… – Он не договорил, горло, по всей видимости, сдавил спазм, и оборотень закусил губу, чтобы снова откровенно не разреветься, но глаза у него и без того уже были на мокром месте.

– Я возьму их, – вдруг ровно и окончательно сказал Лучистый и посмотрел на Карла.

Тот вопросительно выгнул бровь, но ректора отвлек Ир, стоявший по другую руку от него.

– А я помогу ему со всеми сопутствующими бумагами.

– Вот и отлично! Снимай поле, мы с Тишкой идем извиняться.

– Перед кем? – изумленно выдохнул тот.

– Перед Алым, капитаном «пантер», – сказал я и, глянув парнишке за спину, добавил: – Да и братца твоего не мешало бы успокоить, это его держат командоры?

Мальчишка резко обернулся. И вместе со мной посмотрел на Барсика с Муркой, которые стояли по обе стороны от высокого парня с полузвериными чертами частично трансформированного лица. Зрелище, я вам скажу, было жутким. Но кажется, не зря Ир в меня с утра влил почти литр выкуси-муся. Страх отсутствовал. Отметил про себя, что смотреть на такое мне не по нраву, и все.

Тишка тут же попытался метнуться к брату, но я удержал его за локоть. Нас все еще окружало поле Ира, которое не позволяло посторонним видеть и слышать нас, для них все это пространство выглядело как компактное облачко белесого тумана.

Глянул на Ириргана, он кивнул мне и снял защиту. Тишка, отпущенный мной, тут же умчался к брату. Тот обнял его и крепко прижал к себе. Я пошел к оборотням, не оборачиваясь на ректора и Карамельку. Теперь-то они и без меня могли разобраться, что к чему.

Камюэль Барсим

Не ожидал ничего экстраординарного. И все потому, что давно привык держать младшего брата в поле зрения. В одном только его отряде двое эльфов докладывали о состоянии дел Тарэля мне лично. К тому же на всякий пожарный случай у меня был припасен сторонний соглядатай, о котором двое других понятия не имели, в отличие от них, он работал на меня по идейным соображениям, сразу же исключив финансовую сторону вопроса из наших отношений. Соглядатай считал меня другом, я же осознанно пользовался им, не испытывая дружеской привязанности. И все же он сумел вызвать к себе уважение уже тем, что, понимая – у меня никогда не проклюнутся к нему дружеские чувства, – продолжал относиться ко мне со всей искренностью, на которую оказался способен. Каково же было мое удивление, когда даже он предал меня. Вот это оказалось самым неприятным.

Трое – два эльфа из отряда брата и полуэльф из преподавательского состава университета – и ни один не проболтался. Как такое вообще могло произойти? А ведь двое коммандос регулярно получали от меня прибавку к основному жалованью. Что могло заставить их так легко от нее отказаться? Именно об этом я размышлял по ходу так называемого футбольного матча. Хотя игра и увлекла меня, сомнения в собственной квалификации, коих я давно уже не испытывал, одолевали со страшной силой, не позволяя вдосталь насладиться зрелищем, развернувшимся на поле. А потом, после начала второго тайма, как назвал эту часть игры низкорослый темный, представившийся комментатором, ко мне неожиданно подсел Корешель, тот самый полуэльф, который еще совсем недавно с упорством, коему мог позавидовать даже дракон, называл меня своим другом.

– Не ожидал, да? – спросил он беззлобно, но я внутренне ощетинился. Давно меня так нахально за нос не водили. Поэтому ответил резче, чем было нужно:

– И кто приложил к этому руку?

– Все вместе, – на удивление покладисто обронил он. – Тарэль сам не додумался бы, что на тебя шпионят его же подчиненные, зато Мурка сразу просек, что к чему. Так что они уже третью неделю больше под ним ходят, чем под тобой.

– Мурка? – Уже после этого имени в душу закрались подозрения, не предвещающие ничего хорошего.

– Мурзяс Фиг-Шамь, темный командор.

– А ему какое дело, как именно я предпочитаю присматривать за братом. Или на правах так называемого тренера он решил, что имеет право переманивать на свою сторону моих эльфов?

– Они не твои, как бы ты себя ни тешил тем, что купил их, – тихо обронил полуэльф, одетый донельзя нелепо.

Он никогда со мной так не разговаривал. В нем всегда присутствовало некое раздражающее подобострастие, из-за которого мои симпатии и уважение к нему не могли перерасти в дружбу. Но сейчас Корешель и не думал лебезить. Он в первый раз на моей памяти разговаривал со мной как с равным. И это был последний звоночек, после которого я понял, что все изменилось и уже больше никогда не вернется в прежнее русло.

– В каких они отношениях?

– Может, сам у них спросишь?

– Предпочитаю иметь хотя бы маленькую возможность морально подготовиться к тому, что услышу. Я ведь услышу?

– Они не таятся. Если спрашивают, Барсик отвечает первым. А вот Мурка вообще по натуре своей молчун, но его молчаливое подтверждение ни с чем не спутаешь.

– Я в курсе. У меня в картотеке три варианта его личного дела, – досадливо отмахнулся я и выжидающе уставился на полуэльфа. Тот смотрел на поле, там уже вовсю гоняли мяч две команды, уже по природе своей взаимоисключающие друг друга, и тем не менее они существовали. Впрочем, как я понял уже после матча, не только они.

– Барсик и Мурка делят одну комнату на двоих.

– Хочешь сказать, что после стольких лет вражды они вдруг стали любовниками?

– Все к этому и шло. Думаю, ты первым это понял, просто не пожелал вмешаться, так?

– С чего ты взял? – А ведь он оказался прав.

Я на самом деле давно понимал, что если кто и сможет обуздать темперамент моего брата, так это мужчина или женщина, но обязательно из темных, пусть даже полукровка. Правда, мысли о том, что этим кем-то мог стать темный командор, возникли у меня совсем недавно. Поэтому теперь мне стало вдвойне интересно, сами ли они до этого дошли, или нашелся тот, кто, в отличие от меня, не стал выжидать, а начал действовать незамедлительно и, если верить Корешелю, удачно.