Чтение онлайн

Но и до тех десяти лет случилось немало важного: вот маленький демон потихоньку стирает лишние черты, подгоняя традиционные иероглифы под современное написание; а вот он осторожно подстраивается под своих фальшивых родственников, стараясь найти с ними общий язык; или вот наблюдает за такими же юнцами и старательно подражает им: учится играть в видеоигры, модно одеваться, шутить, курить и регулярно пополняет свой словарный запас молодежным сленгом…

А до этих событий тянулись сумбурные воспоминания о рождении и взрослении у храмового алтаря в ущелье Чиюань…

Тут Шэн Линъюань все разом понял и испугался. Одновременно, противясь вторжению чужака, из моря сознания Сюань Цзи вырвался белый свет и, разгоняя темные миазмы враждебной ци, стал вытеснять древнего демона. Поднявшись из глубин души, взревело истинное пламя Чжу-Цюэ. Свет и тьма сцепились в жестокой схватке, и Шэн Линъюаню ничего не оставалось, кроме как поспешно ретироваться.

Сюань Цзи охватила такая ярость, что он одним усилием воли вырвался из пут тьмы. Следом, не приходя в себя, он вызвал длинную огненную цепь и хлестнул Шэн Линъюаня прямо по голове. Раздался громовой раскат, от которого задрожали пластиковые окна гостиницы – высотки в тридцать с лишним этажей.

Оба мигом опомнились: это же здание в самом центре города! И оба отпрянули: Сюань Цзи – спиной к окну, Шэн Линъюань – к двери номера. Не сговариваясь, они одновременно налепили позади себя защитные амулеты – почти полные копии друг друга. Только один был черным, другой – белым. Выстроились барьеры, заключив номер в некое подобие сферы, разделенной пополам по принципу Великого предела. Теперь комната была полностью изолирована от внешнего мира.

Но тут раздался оглушительный грохот – пол под ногами заходил ходуном. Шэн Линъюань побелел как полотно. Сюань Цзи уронил голову на бок. Из его уха вытекла тоненькая струйка крови.

Барьер, который они установили в едином порыве, пал, и было слышно, как за стеной кто-то катит по коридору чемодан – видимо, какой-то гость спешил на ночной рейс, не подозревая, что за страсти творятся за хлипенькой деревянной дверью одного из номеров, которые он проходил. Шаги гостя постепенно стихли – он направлялся к лифтовому холлу.

В этот же час в Чиюань все духи оружия под предводительством Дао И собрались у алтаря при храме. С трудом соображая проржавевшими, как и их тела, мозгами, они с горем пополам вникли в указания своего военачальника и выстроились в боевой порядок у памятных стел, две из которых разбились при загадочных обстоятельствах. Из-за горных вершин показалась кровавая луна и залила алыми лучами алтарь, скрытый в реликтовых лесах ущелья Чиюань.

Едва они построились, как снова раздался звучный треск. Дао И испуганно обернулся. Все повторилось вновь: рухнула и рассыпалась осколками третья стела, но на этот раз никаких трещин, никакого раскола, предупреждающего о крахе, не было…

С разрушением барьера связь между сознаниями Сюань Цзи и Шэн Линъюаня оборвалась. Короткая борьба развела их по разные стороны комнаты: один прислонился к двери, другой – к окну, и между ними оставалось меньше десяти метров. Вся мебель разгромлена. Все вещи – разбросаны. И все залито вспышкой белого света.

Сюань Цзи первым нарушил долгое молчание. Он заговорил медленно, подчеркивая каждое слово.

– Ваше величество, я глубоко уважаю вас. И убежден, что тот, кто способен покончить с Великой междоусобицей Девяти провинций, действительно выдающийся человек… хотя и ведет себя как последняя мразь.

На этих словах вспышка белого света погасла. Сузившиеся зрачки Шэн Линъюаня снова расширились. Чуть заметное удивление, написанное на его лице, стерлось, словно не бывало. Губы растянулись в едва различимую улыбку.

– Приношу мои искренние извинения, – негромко проронил он.

Похоже, бесцеремонное вторжение древнего демона спровоцировало у Сюань Цзи сотрясение мозга: голова страшно кружилась, в ушах гудело, с мочек капала кровь. Бороться дальше они не могли: стояла глубокая ночь, и почти все номера в гостинице были заняты. Значит, суммарно набиралось примерно под тысячу потенциальных жертв – самых обычных людей без «особых» способностей. В такой ситуации говорят: «бросишь в крысу камень – и всю посуду перебьешь». Шэн Линъюань тоже понимал, что от их действий могут пострадать невинные люди, поэтому биться насмерть сейчас нельзя.

Поколебавшись с минуту, Сюань Цзи подхватил с пола уцелевший пакет с едой, после чего, не сказав ни слова, открыл дверь и вышел в коридор. Шэн Линъюань поспешил посторониться, причем сделал это с большим почтением и легким поклоном. Его задумчивый взгляд скользнул по Сюань Цзи, когда тот закрывал за собой дверь.

Только после того, как запах маленького демона затерялся в лифтовом холле, Шэн Линъюань перестал растягивать губы в чуть заметной улыбке. Вскинув руку, он снова призвал черную дымку, и она, расползаясь по комнате, принялась проникать в каждую вещь, в каждую щепку разгромленной мебели, в каждый осколок стекла. Заполонив все вокруг, дымка стала притягивать друг к другу разрозненные части, а те как будто только того и ждали. Словно живые, они сцеплялись, склеивались и спаивались. Спустя мгновение каждый предмет обстановки принял свой прежний вид, да так искусно, что не найдешь ни малейшего изъяна. И никто не придерется, когда придется съезжать.

Покончив с кропотливой работой, черная дымка развеялась, будто и не бывало. Только вот половина комнатных растений на всех этажах гостиницы мгновенно увяла и засохла, а притаившийся в цветочном горшке сверчок застыл навсегда. Малейшее колыхание воздуха – и он рассыпался в пыль.

Поглядывая на гудящий кондиционер (из него постоянно поступал воздух, поэтому щель отчаянно хотелось заткнуть), Шэн Линъюань расслабил плечи, прислонился к двери и запрокинул голову. Наконец-то он узнал о происхождении маленького демона. Что ж, история длинная и очень запутанная, в двух словах не объяснишь…

Обычно в летописях указывают, что Великая междоусобица Девяти провинций началась с военных походов императора Пина (другое имя – Шэн Цзюнь). Современники нередко описывали его либо как свирепого честолюбца, либо как тщеславного дурня. Но все неизменно сходились во мнении, что именно он развязал бесконечную войну и вверг народ в пучину бедствий. Иных виновников не называли, хотя в таких случаях не перекладывают всю ответственность на одного человека. Но кроме этих исторических фактов было еще кое-что, недошедшее до потомков, – некие мрачные тайны, погребенные во тьме веков.

Три тысячи лет назад ущелье Чиюань называлось совсем иначе – ущелье Наньмин, и здесь обитало племя огненной птицы Чжу-Цюэ. Этот клан занимал особое положение в иерархии демонов-яо: их почитали как божеств и считали защитниками Юга. Разумеется, они были такими же демонами и ничего божественного в них не было, однако другие народы из поколения в поколение приносили в храмах, посвященных птице Чжу-Цюэ, жертвы, возносили молитвы, а после причислили ее к четырем священным зверям.

В те времена поговаривали, что из самого дна ущелья Наньмин вырывается подземный огонь и растекается лава; что здешний воздух так горяч, что никто, кроме огненной птицы, не посмеет туда заглянуть. Видимо, поэтому ущелье стало естественной границей между людьми и демонами. И оно же даровало им жизнь в мире и благоденствии – оба народа существовали порознь и не стремились перемешаться.