Товарищи женщины!
Шрифт:
Эффект превзошёл мои ожидания. Собака утробно зарычала, замерла, и я вдруг увидел, что из пробитых в шкуре дыр вылезают пули и падают на землю одна за другой. А сами раны стремительно затягиваются, не оставляя никаких следов.
Собака несколько раз сильно вздрогнула, потом неуверенно поднялась на ноги, встряхнулась и зло зарычала.
— Недурно! Очень недурно! — хищно улыбнулся я и направился в пролом.
Семь человек находились в одном месте и, судя по слабым сигналам, были пленниками. Ещё шесть были в разных частях здания, и мы их довольно быстро нашли и уничтожили. Благо мой «радар» работал исправно.
В одной из комнат были заперты дети разного возраста. Все семеро находящихся внутри здания пленников оказались не старше пятнадцати лет. На улице держали только взрослых.
Многие были в очень плохом состоянии, и я не стал их пока что трогать. Нужно было закончить с хозяевами базы. Сейчас в живых оставалась только крыса, но ведь могут быть группы, находящиеся на вылазках, а оставлять их дальше творить то, чем они здесь занимались, я не собирался. Эту заразу нужно было вырубить под корень!
На улице я увидел, что Валера держит девочку на руках, а она обхватила его за шею и, уткнув лицо в плечо, тихонечко всхлипывает.
— Мне казалось, что у неё руки сломаны, — задумчиво сказал я.
— Так и было, — сказал Валера.
— Что у тебя за дар? — нахмурился я.
— Я могу лечить, — сказал Валера.
— Ты совсем охренел, что ли? — возмущённо воскликнул я.
— А что? — растерялся Валера.
— Что? У тебя такой удивительный, мирный, человеколюбивый дар, а ты считаешь его проклятием и не используешь, вот что! Воистину, если Бог хочет наказать человека, он лишает его разума, — резко сказал я.
— Но это не правильно! Это вмешательство в Божий промысел! — растерянно сказал Валера.
— А что если Бог отвлёкся на какие-то более важные дела, надеясь, что у нас самих хватит сил разобраться с проблемами, а такие как ты, тут же опустили ручки и сидят, ждут, когда кто-то за них всё наладит и порешает! — сказал я.
— Ты неправильно представляешь себе Бога… — попытался возразить Валера.
— А ты правильно? — чуть ли не крикнул я, — насколько я знаю, Бог непостижим! А ты считаешь, что ты его постиг? Постиг и представляешь правильно? А что, если ты ошибаешься? Что, если ты не прав? Что, если все эти способности у нас не просто так?
— Я… — начал было Валера.
— Там, в здании, семь человек детей, — сказал я, — они в очень тяжёлом состоянии, возможно, что многие при смерти. Иди и помоги им!
— Но… — хотел что-то возразить Валера.
— Ей же ты помог! — взорвался я, — почему же им не хочешь?
— Я не не хочу! — крикнул Валера, — я потратил всю ману! Лечение, очень затратный процесс, мана расходуется очень быстро! А девочка была в тяжёлом состоянии, пришлось многое сделать, чтобы ей помочь. Я совершенно пустой! Даже её не до конца долечил, только основное поправил!
— Тю, тоже мне проблема! — едва не рассмеялся я, — об этом не думай. Расходуй столько, сколько нужно. Не экономь! — с этими словами я резко вкачал Валере маны до предела.
— Уоу! — ошарашенно воскликнул он, — как это так?
— Так это так! — сказал я, — лечи. Я буду тебе подливать по мере надобности.
Продолжая таращить на меня глаза, Валера запустил пятерню девочке в волосы и снова принялся что-то бормотать.
— В здании безопасно, — сказал я, — комната с пленниками, как войдёшь, иди прямо, там, в конце коридора слева.
Валера кивнул и, не прекращая своего занятия, направился к пролому в стене. Сделав несколько шагов, он наткнулся взглядом на сидящих возле пролома двух адских гончих, вздрогнул и остановился.
— Не бойся, они вас не тронут, я им сказал, что вы свои! — крикнул я Валере.
Он кивнул и двинулся дальше, но не очень уверенно. Это можно было понять, гончие внушали страх одним своим видом. Но возвращать их в прежнее состояние, я пока что не собирался. Тем более теперь, когда понял, что имею над ними полный контроль!
Поскольку я был сейчас подключён к священнику, то чувствовал, как стремительно утекает из него мана. Да, похоже, что лечение — это процесс, в самом деле, «дорогой». Так что, чтобы использовать этот дар, хорошо рядом иметь шамана. А ещё лучше меня!
У меня и так был уже трудновообразимый океан маны, а сейчас я его только что хорошо пополнил, забрав у бандитов всё подчистую. Не думаю, что мы потратим на лечение всех пленников хотя бы это. Наверняка я ещё и в плюсе останусь!
Прихватив по пути валяющийся на земле металлический стул, я поставил его возле крысы и не спеша уселся. Во время драки выплеск гормонов притупил головную боль и боль от других ран, но сейчас она стала постепенно возвращаться.
Моя ускорившаяся в последнее время регенерация должна помочь, я надеялся, что мучиться буду не очень долго, однако исцеление всё равно происходит не мгновенно. На это нужно время.
Когда я усаживался на стул рядом с крысой, то знал, что тот уже пришёл в себя и только притворяется, будто до сих пор без сознания. И его руки по-прежнему сжимали копьё из арматуры. Наверняка попытается меня им ткнуть! Хотя… если понимает, что уже проиграл, может выбрать и другую тактику. Постарается как-нибудь откупиться.
— Если дёрнешься, сожгу, — спокойно сказал я.
Крыса тут же открыл глаза и уставился на меня. Глазки были маленькие, чёрные и таили в себе угрозу. Доверять ему точно не следовало. К такому повернёшься спиной, и он тебе в неё обязательно что-нибудь воткнёт, даже если вы перед этим договорились о сделке.
— Интересно, почему снайпер не выстрелил? — не менее спокойно сказал своим сиплым голосом крыса, и ему, в самом деле, было это интересно.
— Потому что умер, — ответил я, — они оба там умерли!
Крыса дёрнулся, и я понял, что второй человек был на позиции не случайно, просто они о нём не упоминали. Это было логично, ведь один может отвлечься, отойти в туалет или поесть. Нужен кто-то на подмену, особенно, если работа такая важная. А в наше время от пленников, в самом деле, неизвестно чего можно ожидать. Не удивлюсь, если снайпера не раз спасали жизнь членам банды.
— И как же ты это сделал? — спросил крыса.
— Неважно, — сказал я, — тебя это не касается. Ты мне лучше скажи, сколько групп и какой численности сейчас на вылазках.