Чтение онлайн

– Интересная мысль, – похвалила Эгг. – Мне это никогда в голову не приходило.

– Всего лишь шутка, – поправил ее Фредди Дейкрс.

– Странно, что при каждой нашей встрече кто-нибудь умирает, – заметила Эгг.

– Действительно странно, – согласился Дейкрс. – Вы имеете в виду старого священника… как бишь его… в доме у этого, актера?

– Да. Странно, что он умер так внезапно.

– Чертовски неприятно, – кивнул Дейкрс. – Когда рядом с тобой люди мрут как мухи, невольно думаешь, что следующая очередь – твоя. От этого мурашки по коже бегают.

– Вы ведь знали сэра мистера Бэббингтона раньше в Джиллинге, не так ли?

– Понятия не имею, что это за место. Нет, до того вечера я и в глаза старика не видел. Забавно, что он окочурился точь-в-точь как Стрейндж. Может, его тоже отравили, а?

– Вы так думаете?

Дейкрс покачал головой:

– Пасторов никто не убивает. Другое дело – докторов.

– Пожалуй, – согласилась Эгг.

– Врачи всюду суют свой нос. – Он наклонился вперед. Язык у него начал слегка заплетаться. – Не оставляют человека в покое. Этого нельзя допускать.

– Я не вполне понимаю, что вы имеете в виду.

– Девочка моя, я же вам объясняю! Они могут запереть человека, отобрать у него то, без чего он никак не может, и не давать, сколько бы он их ни умолял. Им плевать, какие адские муки терпит их клиент. Вот что такое врачи – уж я-то знаю! – Его лицо судорожно подергивалось, а глаза с крошечными зрачками смотрели мимо Эгг. – Это сущий ад, говорю вам! А они называют это лечением – притворяются, будто делают благородное дело! Свиньи!

– Разве сэр Бартоломью Стрейндж… – осторожно начала Эгг.

– Сэр Бартоломью – врун! Хотел бы я знать, что творится в его драгоценном санатории! Если попадешь туда, выйти уже не сможешь, а они говорят, что ты пришел по своей воле! Как бы не так! Только потому, что они тебя схватили в приступе белой горячки… – Теперь Дейкрс дрожал всем телом. – Похоже, я совсем расклеился, – виновато признался он и, подозвав официанта, стал уговаривать Эгг выпить еще, а когда она отказалась, заказал себе очередную порцию. – Так-то лучше, – удовлетворенно вздохнул Дейкрс, осушив стакан. – Скверно, когда расшатываются нервы. Я не должен сердить Синтию. Она велела мне не болтать лишнее. Если в полиции узнают, они могут подумать, что это я прикончил старину Стрейнджа. Кто-то ведь сделал это – должно быть, один из нас. Который – вот в чем вопрос.

– Возможно, вы это знаете? – предположила Эгг.

– Почему я должен это знать? – Дейкрс с подозрением уставился на нее. – Ничего я не знаю. Я не собирался соглашаться на его чертово лечение, что бы там ни говорила Синтия. Они оба что-то замышляли, но меня им не одурачить. – Он выпрямился. – Я сильный человек, мисс Литтон-Гор.

– Не сомневаюсь, – отозвалась Эгг. – Скажите, вам известно что-нибудь о миссис де Рашбриджер, которая лечится в этом санатории?

– Рашбриджер? Старик Стрейндж что-то говорил о ней. Но что именно, не могу вспомнить. – Дейкрс вздохнул и покачал головой. – Память слабеет с каждым днем. И у меня полно врагов. Даже сейчас они, возможно, за мной шпионят. – Он с тревогой огляделся вокруг, потом наклонился над столом к Эгг. – Что эта женщина делала в моей комнате в тот день?

– Какая женщина?

– С физиономией, как у кролика, – которая пишет пьесы. Это было утром после того… после того, как он умер. Я поднимался к себе после завтрака, а она вышла из моей комнаты и прошла через дверь в конце коридора на половину прислуги. Странно, не так ли? Что ей понадобилось у меня в комнате? Что она там искала? Или, думаете, Синтия говорит правду?

– А что говорит миссис Дейкрс?

– Что мне это показалось. Что я все воображаю. – Фредди Дейкрс с горечью усмехнулся. – Конечно, мне иногда мерещатся змеи или розовые мыши, но женщина – другое дело. Ее я видел по-настоящему. Странная бабенка. У нее дурной глаз – видит тебя как будто насквозь. – Он откинулся на спинку стула и, казалось, задремал.

Эгг встала.

– Я должна идти. Спасибо, капитан Дейкрс.

– Не за что. Для меня было удовольствием… – Он не договорил.

«Лучше уйти, пока он не отключился совсем», – подумала Эгг.

Она вышла из прокуренного помещения в вечернюю прохладу.

Служанка Битрис говорила, что мисс Уиллс все время что-то вынюхивала. А теперь это подтвердил Фредди Дейкрс. Что она искала и что нашла? Возможно ли, что мисс Уиллс что-то знает?

А эта невнятная история о сэре Бартоломью Стрейндже? Быть может, Фредди Дейкрс тайком боялся и ненавидел его?

Это казалось вероятным.

Но в его болтовне не было и намека на причастность к смерти Стивена Бэббингтона.

«Неужели он умер своей смертью?» – подумала Эгг.

Внезапно она затаила дыхание при виде заголовка в газете, которую держал мальчишка-продавец в нескольких футах от нее: «РЕЗУЛЬТАТ ЭКСГУМАЦИИ В КОРНУОЛЛЕ».

Эгг протянула пенни и схватила газету. При этом она едва не столкнулась с женщиной, делающей то же самое. Извинившись, она узнала мисс Милрей – компетентную секретаршу сэра Чарлза.

Стоя рядом, они читали заметку.

Слова плясали перед глазами Эгг. Анализ внутренних органов… Никотин…

– Значит, его тоже убили, – констатировала Эгг.

– О боже! – воскликнула мисс Милрей. – Это ужасно!

Ее грубые черты были искажены волнением. Эгг с удивлением смотрела на нее. Она всегда воспринимала мисс Милрей как бездушный автомат.

– Меня это расстроило, – объяснила мисс Милрей. – Ведь я знала его всю жизнь.

– Мистера Бэббингтона?

– Да. Моя мать живет в Джиллинге, где он раньше был викарием. Естественно, я огорчилась.

– Да, конечно.

– Не знаю, что делать. – Женщина слегка покраснела под недоуменным взглядом Эгг. – Я хотела бы написать миссис Бэббингтон, но это кажется не вполне… Не знаю, как мне поступить.

Объяснение не показалось Эгг достаточно удовлетворительным.

– Вы друг или сыщик? Я должна это знать.

Мисс Сатклифф насмешливо блеснула глазами. Она сидела на стуле, закинув ногу на ногу. Ее седеющие волосы были аккуратно причесаны. Мистер Саттерсвейт невольно залюбовался ее изящными лодыжками. Очарование мисс Сатклифф во многом было обязано тому факту, что она редко принимала что-либо всерьез.

– По-вашему, это вежливо? – запротестовал мистер Саттерсвейт.

– Разумеется. Должна же я знать, пришли вы сюда ради моих прекрасных глаз, как выражаются французы, или расспрашивать об убийствах.

– Неужели вы можете сомневаться в правильности первой альтернативы? – с поклоном отозвался мистер Саттерсвейт.

– Могу и сомневаюсь, – энергично ответила актриса. – Вы один из тех людей, которые выглядят безобидными, а на деле жаждут крови.

– Нет-нет!

– Да-да. Правда, я еще не решила, считать ли то, что тебя подозревают в убийстве, оскорблением или комплиментом. Пожалуй, это скорее комплимент. – Она склонила голову набок и ослепительно улыбнулась.