Чтение онлайн

— Мне больно даже думать об этой осаде, — тихо произнесла Рози. — Генерал Гордон был настоящий герой.

— Когда я впервые вас увидел, — продолжал Стивен Хардкасл, словно не слыша ее слов, — я был младшим офицером двадцати трех лет. — Он улыбнулся Рози. — Меня, как всех прочих молодых людей, тянуло в «Гейети», потому что только там можно было встретить блеск, смех, веселье и конечно же самых прелестных девушек во всем мире.

Он смотрел на Рози, и ей казалось, что он видит перед собой ту, молодую Рози, какой она была много лет тому назад. Потом он добавил:

— Но самой прекрасной из всех были, разумеется, вы! Мне кажется, — продолжил Стивен Хардкасл, — я влюбился в вас в ту минуту, как увидел на сцене. — Он вздохнул. — Потом я уехал в Индию, и ни одна из женщин, которых я встречал, не могла сравниться с вами красотой и неописуемой прелестью лица.

В его голосе звучала такая искренность, что Рози невольно поддалась его настроению.

— А вы видели меня и потом?

— Каждый раз, как приезжал в отпуск. Я ехал в Англию с одной-единственной мыслью — увидеть вас!

— Почему же вы не представились?

— Все никак не решался, — ответил он. — Я был очень стеснен в средствах и не мог даже послать вам цветы, особенно такие, какие вам посылали, как я прекрасно понимал, другие мужчины. — Хардкасл снова вздохнул. — Я просто сидел в партере и чувствовал, что сердце начинает биться быстрее при каждом вашем появлении. И каждый раз, покидая Лондон, я понимал, что люблю вас еще больше, чем раньше.

— Мне с трудом верится! — сказала Рози. — Но вы, разумеется, женаты?

— Я так и не нашел никого, кто мог бы хоть отдаленно сравниться с вами.

— Мне остается только надеяться, что вы не вините меня в том, что остались холостяком!

— Вы можете мне не верить, но это именно так, — ответил Стивен Хардкасл. — Я люблю вас, Рози, и каждый раз, засыпая, я мечтал о вас, и все, что я делал, имело одну цель — чтобы вы гордились мной.

Рози опять с трудом поверила своим ушам. Тем не менее невозможно было усомниться, что человек, сидящий рядом с ней, говорит правду. Голос его дрожал от чувств, и она видела искренность в его взгляде.

— Все мои поступки, заслужившие одобрение других людей, я совершил ради вас. — Он немного помолчал: — А когда наконец я унаследовал фамильный дом, то, переделывая некоторые комнаты, думал, каким изумительным обрамлением вашей красоты они послужат. — Он не отрываясь смотрел на нее, и его взгляд красноречиво свидетельствовал, что слова идут от самого сердца. — А теперь, когда вы рядом, оказалось, что именно такой я вас и представлял в вашем возрасте! — Улыбка осветила его глаза. — Из невероятно прелестной юной девушки, смотрящей на мир лучезарными глазами, вы превратились в достойную и, разумеется, очень красивую женщину.

— Но почему же вы все-таки не попытались познакомиться со мной?

— Возможно, я боялся разочарования, — ответил Стивен Хардкасл. — Я обожал вас столько лет, что в моем сердце запечатлелся образ той Рози Рилл, которую я видел на сцене в последний раз. — Он усмехнулся. — Я бы не вынес, если бы вы оказались похожей на многих пожилых женщин, которые красят волосы, чересчур густо пудрят лицо, короче говоря, на молодящихся старух. — Он снова рассмеялся, но на этот раз радостно. — Но вы — само совершенство, как я и думал, и я даже не в силах выразить, как много это для меня значит.

— Просто не верится! — пробормотала Рози, сама понимая в ту секунду, что ей очень хочется поверить этому человеку.

Они проговорили не меньше часа, потягивая шампанское. Когда Стивен Хардкасл выяснил, что Рози собиралась отобедать в одиночестве, он позвал своего камердинера. Вместе они проделали небольшой путь до сада отеля «Метрополь».

— Я остановился в этом отеле, — сказал Стивен, — потому что лестница здесь не такая крутая, как в «Отель де Пари», а кроме того, мне нравится обедать на открытом воздухе.

— Мне тоже, — сказала Рози, чувствуя, как в ее душе разливается тепло.

За обедом Стивен рассказал, сколько раз он видел ее в спектаклях театра «Гейети» и как больно ранило его известие о том, что она покинула труппу. Он узнал об этом, когда примчался в театр после долгого пребывания за границей.

— Я не мог себе представить, как идут спектакли без вашего участия. И, хотя мне было нестерпимо больно потерять вас, я надеялся, что вы замужем и счастливы с человеком, который заботится о вас.

— Такого человека… не было, — тихо призналась Рози.

— Если бы я только знал об этом раньше! — Он положил ладонь на ее руку и, с трудом подбирая слова, спросил: — А теперь в вашей жизни… есть такой человек?

Рози не стала лукавить.

— Уже очень давно у меня никого нет. — Она улыбнулась Хардкаслу. — Я приехала сюда лишь потому, что моя племянница, которую я впервые увидела только две недели назад, пришла ко мне после смерти своих родителей, когда осталась одна.

Рози подумала о годах, проведенных в полном одиночестве, когда она ничего не делала, никого не видела, а жила лишь воспоминаниями.

— Никого у меня нет, — повторила она снова, — а сцену я покинула в сорок пять, потому что, если быть честной, я никогда не была актрисой, а всего лишь девушкой «Гейети».

Стивен набрал побольше воздуха и задал свой вопрос, который был очень важен для него:

— И вы… скучаете по театру?

— Я сама часто спрашиваю себя о том же, — ответила Рози. — Думаю, больше всего мне не хватает той жизни, от которой я отказалась, став актрисой.

— Расскажите мне об этом.

Словно подчиняясь его голосу, она, сама того не ожидая, принялась рассказывать о своем детстве, о родителях, о гневе отца, когда тот узнал о ее побеге с Вивианом Воэном. Завершая историю своего замужества, Рози поняла, что Стивен не должен знать о том, что произошло после того, как ее бросил Вивиан. Она не хотела, чтобы он узнал о маркизе, не говоря уже об остальных мужчинах, которые сменяли потом друг друга.

Нельзя портить тот образ, который создал себе единственный мужчина, за которого ей хотелось бы выйти замуж. Она знала, как мало ценят мужчины женщину, если ее можно купить, и потому сознавала, что не должна разрушить святыню, хранившуюся в сердце Хардкасла.

— Значит, вы тоже страдали, Рози, — мягко произнес Хардкасл, когда она закончила свой рассказ, и чуть крепче сжал пальцы ее руки. — Возможно, я сумею умерить вашу боль?

Рози вопросительно взглянула на него и отвела взгляд, и тогда он тихо проговорил: