Чтение онлайн

— Могу, отчего ж нет, – легко согласился офицер. – Гнездо находится практически в центре Горелоземья, и называется так из-за необычных стен. Понимаете ли, нам, по большому счету, стены как оборонительное сооружение не нужны. Нас никто не трогает, а от безумных орд защититься легко. Но вот необычность расположения города заключается в том, что до Язвы там день лёту, потому с уверенностью можно заявлять, что Гнездо – самый необычный город на планете. Он находится в эпицентре приливной зоны, и наши волшебники, просто находясь в городе, являются самыми сильными. Но, впрочем, сейчас не об этом. Язва часто синхронизируется с разными доменами и даже совершенно другими мирами, что приводит к так называемым прорывам. Если прорыв, скажем, Червивого Дна выглядит как ещё одна ночь, просто непроглядная, а прорыв Инферно подарит летний день даже в середине зимы, то прорывы Последнего океана попросту затопляют огромный участок земли. Потому что стены, что город устроены весьма специфически. Пешеходов там немного, в основном люди пользуются воздушными каретами или лодками, в период прорывов Океана. Также, в такой близости от Язвы определенный участок земли тоже может синхронизироваться с доменом, что приводит к любопытным последствиям. Впрочем, вы все увидите самостоятельно. Через полчаса вы в иллюминатор сможете увидеть область, окружающую Гнездо. Мы называем ее Сушь.

— А что насчёт людей?

— О, люди там разные, и не всегда приятные. Очень много вермиалистов, и немалую часть вытащили из Драконьих королевств как раз агенты Червивого Яблока. Там живут остатки гурров, редкие полубезумные исследователи, просто те, кто не ужился в прочем цивилизованном мире, и самые различные беглецы.

— Беглецы? Например?

— Невинно осуждённые. Преданные. Конкретно эти безобидные, составляют небольшой процент жителей. Но вот есть район, в котором селятся бывшие главы, скажем, картелей, банд, наемничьих отрядов. Они платят властям за свое пребывание там, где их никто не достанет, и в целом редко высовываются за пределы своих башен. Но, образно говоря, народ у нас горячий, право сильного и все в подобном духе, так что редко-редко, но потасовки случаются. В вашем случае все просто, надо лишь знать, где ходить не стоит.

— А чем живёт город?

— Все просто, господин…

— Джаспер.

— Хорошо. Все просто, господин Джаспер. У нас механизация труда, так что мы смогли побороть очевидные минусы текущей ситуации в индустрии. Вы слышали про последние стачки и забастовки в Бравии и Нио? Там профсоюзы уже совершенно буквально на ножах с полицией. У нас же, по большому счету, профсоюзы не нужны. Мы сумели, с переменным успехом, одомашнить Лайун, так что у нас нет недостатка в чрезвычайно дорогостоящей древесине, а потому производство автоматонов у нас распространено. Гнездо, понимаете ли, господин, больше государство, просто маленькое. У нас насчитывается порядка миллиона жителей!

Тут я немного охренел, и выпустил из внимания часть тирады. Город-миллионник червивых и бандитов в пустоши! Где ничего нет, и под боком Язва! Ну охренеть же!

— …заводов и фабрик, которые контролируюся гильдиями. Таким образом, город целиком и полностью обеспечивает себя самостоятельно, от сельскохозяйственной продукции до предметов роскоши, которые, стоит признать, являются все же больше редкостью, чем обычным предметом обихода. Дополним сюда тайную торговлю последними разработками, обязательно упомянем про то, что мы, по факту, являемся мировым центром автоматоники и одними из лидеров маготронной отрасли, и получим весьма привлекательную картину. К сожалению, ее разбавляет наш уклад жизни, от прорыва к прорыву, и, понимаете, внешние угрозы и определенный внутренний контингент, с которым положительно бессмысленно бороться. У каждого города есть тень, даже у такого, как наш.

— Спасибо за разъяснения, господин Эрик.

— Всегда к вашим услугам.

Дальше разговор погас сам собой, и карета погрузилась в тишину. Кто-то полнился мрачной безысходностью, как Ранф, кто-то, как Базиль и Эдвин, просто расслабились и плыли по течению. А кого-то бросало между бессильной яростью и жгучим стыдом за провал. Не будем показывать пальцем, кого именно бросало. В себя тыкать неудобно.

***

Через полчаса мы действительно влетели в новую область. Она началась совершенно неожиданно, резко. Густые леса в сверхъестественно плодородной приливной зоне в один момент сменились на пустошь, покрытую крупными белыми и бирюзовыми валунами. Где-то они шли сплошняком, но где-то между ними проглядывал такой же белый песок.

— Господин Эрик, это и есть Сушь?

— Верно, господин Джаспер, – всемогущие духи, я ещё не приехал, а уже устал от этого "господина". Мне больше нравились вежливые обращения Красных Княжеств, – Это она и есть. Именно до этого места доходят прорывы Последнего океана. Титанические волны затапливают город и несутся дальше по Горелым землям, пока прорыв не прекратится.

— Так, секунду. Сейчас утро, часов девять. А прибудем мы?

— Ориентировочно в девять вечера, господин. Путь неблизкий.

— И мы летим со скоростью…

— Сотня Ангердов в час.

Так. Ангерд – это примерно полкилометра, плюс-минус метр, точно не помню. Это расстояние, на которое пролетит карета с духом на кусочке холщовой ткани два на два сантиметра. Значит, мы летим примерно пятьдесят в час. А в пути нам быть двенадцать часов. Шестьсот километров.

Да это же гребаное цунами.

— Господин Эрик, а, собственно, сколько раз в месяц бывают прорывы?

— По разному, господин Джаспер. Конкретно прорывы Океана пару раз в месяц.

О. Хре. Неть.

— Но вы можете не переживать. У нас самая невероятная система канализации, – с улыбкой сказал Эрик. – Совершенно точно вам говорю.

— И как она действует? – тут уже подал голос Эдвин. – Если она такая удивительная?

— О, все просто. У нас большие тоннели под городом, буквально выплавлены в толще земли. И там, в специальных залах, во время приливов Гильдия порядка открывает огромные Проломы прямиком в небо над Океаном.

Ну-у-у… Да, эффективно, но чрезвычайно странно.

***

Мы не смогли добраться до Города Беглецов в тот день.

В один момент из рубки донеслась странная трель, похожая на звон древних будильников, но более мелодичная. Тут же донёсся металлический звон, и послышался голос:

— Бэ-пятнадцать, слушаю, – тридцать секунд тишины. – Понял. Расположиться? Понял. Время? Центр полетов, повторите. Восемь часов? Бэ-пятнадцать принял, исполняю распоряжение. Конец сеанса связи, – снова послышался металлический звон, и тот же голос, уже громче, обратился к нам: – Эрик! Срочно сюда!

Офицер вздохнул, отстегнулся и прошел в кабину, плотно прикрыв дверь. Ближайшие пять минут оттуда слышались лишь неразборчивые разговоры. Конец переговоров ознаменовался тем, что под потолком ожили совершенно невидимые динамики:

— Господа переселенцы, минуту внимания. Рейс будет прерван на восемь часов из-за погодных условий в Гнезде. В данный момент там прорыв Вьюги, над городом стоит осколок Ясного неба. Мы расположится на ночлег в нескольких часах лёта от города. Как только прорыв десинхронизируется с доменом Вьюги, мы продолжим полет. Спасибо за внимание.

Описывать привал подробно толку мало. Мы плавно спустились на землю через час после объявления. Все, и беженцы, и солдаты, вышли из тесноватых кабин, получили тонкие тканевые палатки и принялись собирать хоть что-то, что будет похоже на растопку. Толку в этом было исчезающе мало – посреди белого песка и камней строго двух цветов – белого и нежно-бирюзового, росли лишь бессмертные сорняки, негодные ни на растопку, ни в суп, ни в зелья. Потому мне пришлось стать спасителем вечера и разводить костер исключительно на собственной Мощи. Казалось бы, достижение, несколько часов держать устойчивый и ровный поток огня на поверхности, которой ты не касаешься, но для меня это уже было несложно. Я просто воспринял это как тренировку.