Чтение онлайн

– Ну как?

– Да... "4".

– И чего расстроился? - заметил Володька Заруцкий - потомок лихого атамана - я думал, он вообще завалил. С таким видом вышел...

На истории он бойко ответил на основные вопросы, но опять поплыл на вопросе дополнительном, по экономике России 1910-14 гг. Пытался компенсировать это рассказом по истории большевистского движения в этот период, но экзаменатор - пожилой капитан 2 ранга, настаивал на экономике. Еще "4". Плюс 5 за аттестат. Проходной балл, похоже, есть!

На истории и географии двойки получали уже совсем немногие - основные слабаки отсеялись на русском и математике. И после этих экзаменов находились троечники, уезжавшие из страха провала. Но экзамены, оказывается, еще не кончились - была еще одна медкомиссия и комиссия мандатная, да и физкультуру надо было сдать.

...Медкомиссия пролетела незаметно, к плоскостопию вообще не прицеплялись - ну есть, и ладно. Запомнилась барокамера, когда группами загоняли в большую бочку и накачивали давление. Все сидели, усердно продувая уши через евстахиевы трубы, затем давление сбрасывали - и вновь, чтобы избавиться от боли в ушах, все усердно глотали или делали жевательные движения. Были такие, у которых боль становилась невыносимой, и они начинали кричать. Давление сбрасывалось, болящих удаляли, а для остальных - все начиналось заново. Один пробовал перетерпеть, но у него лопнули барабанные перепонки и из ушей пошла кровь. Эти ребята не прошли.

Физкультурные нормативы сдали все, только Сашка Усенко - здоровый лось под 190 см, - не умел делать подъем переворотом. Но его оставили - оценки были неплохими, да и сила у него была. Умение ею пользоваться обещали привить в ходе учебы.

Мандатная комиссия - просто собеседование по документам и результатам экзаменов - тоже не доставила трудностей, так как практически все уже отсеялись. На дневном построении зачитали приказ о зачислении с разбивкой по ротам и взводам. Не прошедшим выдали документы и увели из лагеря. Старшины сразу разводили курсантов по новым подразделениям. И уже не абитуриенты, а курсанты бодро побежали по своим казармам - вытаскивать лишние кровати и готовить помещения к курсу молодого бойца. Вечером курсантам выдали тельняшки, робу б/у, береты и гюйсы - синие воротнички с белыми полосками, фурнитуру. Обувь - грубые яловые ботинки - почему-то называли гадами или прогарами. Гражданские вещи упаковывали и отправляли домой. На вечернем построении - новый, необычный вид курсантов. Узнавание знакомых-незнакомых физиономий.

Старшины преобразились. Либеральничавшие с кандидатами, они тут же стали наводить жесткую дисциплину среди курсантов. Обращение только по званию, отход и подход к начальнику и прочие такие вроде бы нелепые, для вчерашнего школьника, которому едва исполнилось семнадцать, но привычные любому военному нормы взаимоотношений. Вечерняя поверка, вечерняя прогулка (та же строевая, но в составе рот и с песней), тренировка - немного, раз пять - отбоя. Бывшие военные и вчерашние школьники были в одинаковом положении. Не было и намека на какие-то привилегии и послабления для служивых. Первый день в новом качестве показался длинным.

... Зато месячный курс молодого матроса пролетел как один день. Подъем, зарядка, пробежка в несколько километров до Днепра - с обязательным преодолением вводной преграды - просто забегали по грудь в воду, брели метров 30-40 - и дальше. Пока прибегали в лагерь - высыхали. Умывание, завтрак, и занятия, занятия, занятия. Строевые, огневые, Уставы, морзянка, флажная сигнализация, спортивные и любимые - шлюпочные. Шлюпки (шестивесельный ял) полюбились сразу и навсегда. Гребля - правый загребной, и самое интересное - хождение под парусом. Послеобеденный "адмиральский час" - зато ночью моряки спят на час меньше - когда можно было передохнуть. Каждый день после ужина проводились какие-то занятия или просмотры фильмов. Наряды, дежурства, причем вчерашние школьники и служившие несли наряды на равных, в том числе по камбузу, как называли лагерную столовую - все старательно оморячивались. Владимир впитывал новые впечатления. Дисциплина его не тяготила, а ведь нашлись парочка курсантов, сдавшихся и ушедших из лагеря. На их место тут же пришли не прошедшие по конкурсу, но желавшие зачисления. Суматошный месяц закончился ночными учениями, с маневрами, беготней, стрельбой, атакой и обороной. КММ остался позади. Наутро началась подготовка к перебазированию в Киев, на территорию училища....

... Переход по Киевскому морю на катерах, шлюзование. После прохода по протокам Днепра, катера вошли в городскую затоку Труханова острова, ошвартовались у причала. Выход на пирс, построение - и строевым двинулись в альма-матер. По мосту шли не в ногу. После - вновь строевым. Роты научились ходить так, что ноги били в асфальт производя не обычное шарканье, а слитные звонкие удары - старшина Зосима - из Кремлевской парадной роты - натренировал... Так и вошли на территорию жилого городка....

Размещение в казарме - двухъярусные койки, получение всего комплекта формы, подгонка. На прием пищи - уже не 3-х, а четырехразовый: добавился вечерний чай - ходили на территорию другого городка, там еда показалась Владимиру еще вкуснее и сытнее, чем в лагере, и он искренне не понимал недовольства некоторых курсантов, избалованных домашними вкусняшками, едой в курсантской столовой. Легендой у курсантов был повар - одноглазый Андреич, про которого рассказывали, что когда один из питающихся обнаружил в борще таракана, и пригласил дежурного по училищу, то Андреич, не моргнув единственным глазом, сунул таракана в рот и почмокав, проглотил его, заявив: "та ни-и-и, це ж цыбулька"...

...Присяга - все училище, при оружии, строем с оркестром перешло к вечному огню в центре Киева. Движение по Крещатику во время прохождения училища перекрывалось. Первокурсники в новенькой, не ушитой еще форме, с автоматами наперевес, приняли Присягу. Все курсанты из числа военнослужащих в это время несли наряды. После присяги - первое увольнение. Прогулялся по Крещатику. Прошел в парк на Днепровских кручах и долго просто любовался открывшейся красотой. Простор реки, леса, жилой массив Дарница - были великолепны в предосенней зелени. Как сказал командир взвода ст. л-т Мартынов: - Жизнь дана один раз, и прожить ее надо в Киеве.... (Некоторые стали прилагать к этому не вполне приличные усилия. Может и он, Владимир, поддался этому настроению, связавшись с нелюбимой, но оквартиренной киевлянкой?...) Он посидел в парке, представил, сколько ему будет через 25 лет - в 2000 году. Это показалось невообразимо далеко. Но ведь и этот срок придет. Каким он будет к тому времени? В парке показались еще курсанты, принимавшие присягу. Прогулявшись, посетив стереокино, задолго до истечения срока увольнения - всей компанией вернулись в училище...

...Учеба, наряды, работы - разваливали предназначенный под снос квартал, в котором уже строился новый жилой городок для училища. Математика, навигация, мореходная астрономия, физика, кораблевождение, боевые средства флота, тактика, электротехника и прочие технические предметы - давались легко. Гуманитарные предметы - военная история было откровенно интересна, а вот историю КПСС, М-Л философию, да и прочие гуманитарные предметы, Владимир часто не понимал - появлялось множество вопросов, на которые преподаватели не всегда могли ответить. Однажды преподаватель истории даже высказался в том смысле, что будущий политработник должен не задавать скользкие вопросики, а разоблачать и клеймить позором тех, у кого такие вопросы - например, о судьбе раскулаченных, о генетике-кибернетике и проч.
– возникают ... Он, преподаватель, возможно, не понимал, что в ходе учебы нужно вооружить курсантов способностью аргументировано разъяснить необходимость принятых в свое время, в тех конкретных условиях решений, а не отталкивающими людей методами идейного подавления. Такой же предмет как партполитработа, так и остался непонятым. Учебу закончил с пятерками по предметам техническими и военным и четверками - почти по всем гуманитарным - как ни странно, философию (общую, не МЛФ), как и психологию с педагогикой, он все же сдал на "5". ....

Много времени отнимала подготовка к парадам 7 ноября и 1 мая. Курсантские коробки часами ходили по набережной Днепра, проходя то побатальонно, то по шеренгам. Не менее двух раз вывозились на общегарнизонную тренировку на летное поле аэродрома Жуляны, где весь гарнизон несколько раз проходил по расчерченному, в соответствии с размерами Крещатика, бетону.

...На первом курсе старшина 2 статьи Страшенко из 1 взвода - решил срочно жениться. Выбил разрешение у командования, стал ночевать вне казармы. Но к концу 1 курса - "не сошлись характерами"... Развод. К тому времени Страшенко познакомился с дочкой заместителя министра морского флота Украины и стал обхаживать ее. О своей женитьбе он, естественно, скромно умолчал. Интересна была сцена прощания Страшенко с дочкой замминистра на вокзале, при отъезде на практику в Севастополь - он увивался вокруг девицы, целомудренно прикасаясь к ее щечке, в трех шагах стояла величественная мамаша, зорко наблюдавшая за "детишками".

На шлюпочной практике порывом ветра была перевернута одна из шлюпок. Курсанты оказались в воде, некоторые - накрыты парусом. Все выныривали, держа в зубах документы - никто из аварийной шлюпки документов не потерял. Страшенко в шлюпке, находившейся довольно далеко от места аварии - потерял паспорт, якобы во время спасательных работ, получил выговор и чистый паспорт...

... На практике после 1 курса - она проходила частично в Севастопольском полку морской пехоты, частично - на кораблях ЧФ - Владимир впервые увидел море. На подъезде к Севастополю оно видно из окна поезда и Владимиру показалось, что вода стоит какой-то вертикальной стеной. Потом, по прибытию - после соотнесения водного простора с береговой перспективой - такого ощущения больше не возникало. У морпехов разместились в палатках, оборудовав небольшой лагерь с дорожками, водоотводами, двухъярусными койками в палатках. Но первый же дождь - и водоотводы пришлось переделывать - некоторые палатки стало затапливать. Первое купание в морской воде Казачьей бухты. Показалось, что нырнул в огуречный рассол - настолько непривычным был вкус попавшей в рот воды...