Чтение онлайн

Возникают естественные и очень важные вопросы. Случаен ли очевидный рост влияния военных на власть? Связан ли он только с непримиримой политической конфронтацией различных сил накануне выборов, объясняясь тревогой генералов за внутреннюю устойчивость в стране, или же идёт некий закономерный процесс превращения военных в новый политический клан с совершенно самостоятельными требованиями к власти?

Убедительного ответа на приведённый вопрос получить нельзя без анализа сути нынешнего режима, режима диктатуры коммерческого космополитизма. Это действительно диктатура, то есть власть, не связанная никакими законами, - что доказывалось и доказывается всей её историей, начиная с государственного переворота 3-4 октября 1993 года. Даже её собственная Конституция, согласно которой клика власти практически неподконтрольна законодательному собранию, - даже эта Конституция насилуется аппаратом Президента, как угодно и когда угодно. То есть, этот режим не в состоянии управлять страной политически! Потому что у него нет собственной социальной опоры, нет значительной поддержки в массах. Эгоистично грабя страну, стоящие за ним асоциальные силы пришли к хроническому противоборству с самыми широкими социальными слоями населения России. А именно с теми, которые так или иначе связанны с промышленным производством, зависят от развития промышленного производства и порождают особые политические требования к роли и стратегическим целям государства, к социальным программам исполнительной власти. Требования этих социальных слоёв к государственной политике выражают главные экономические интересы огромных регионов, которые включают в себя кровные материальные интересы рабочих, служащих промышленного и прямо зависящего от него сельскохозяйственного производства, учёных, инженеров, преподавателей вузов, учителей, а так же и военных.

Кто же выиграл от установившегося в стране режима и материально и морально? Казнокрады и взяточники, ростовщики и спекулянты, воры и бандиты, бездарная и беспринципная политическая сволочь, пропагандисты всяческой безнравственности и оголтелого космополитизма, агрессивные защитники привязывания страны к западной экономике в качестве сырьевого или полусырьевого придатка и тесно связанная с ними продажная высокопоставленная бюрократия. То есть при либеральной диктатуре коммерческого космополитизма выиграла асоциальная по любым меркам гниль, накипь морально и нравственно разложившихся типов. К чему может эта диктатура привести страну? Только к экономическому, политическому кризисам, к взрыву отвращения и гнева большинства населения России, направленного против власть предержащих режима, который чужд подлинному экономическому и социально-политическому развитию.

Бороться с этим режимом, с той огромной поддержкой, какую ему оказывают формальные и неформальные центры управления мировым коммерческим космополитизмом, невозможно, немыслимо без опоры на организованные вооружённые отряды морально здоровых людей, опирающихся на исторические традиции отождествления своих кровных интересов с интересами государства. И именно армия является средоточием таковых вооружённых отрядов. В своей традиционной памяти она прекрасно помнит, что вооружённые дружины, предтечи армии, создали самоё государство и уже тогда без служения цели возрастания его могущества себя не мыслили.

Однако для того, чтобы армия оказалась способной вмешаться в борьбу за укрепление государства против асоциальной пены, из которой выделился правящий класс нынешнего режима, она должна была кровавым опытом осознать непримиримость своих интересов с интересами диктатуры коммерческого космополитизма, она должна была осознать своё особое положение при буржуазно-демократических преобразованиях, свою роль в том городском обществе, которое постепенно возникает в России. То есть она должна была осознать себя особым военно-управленческим сословием, выделяющимся своей собственной этикой, своей собственной культурой, своей собственной моралью, отчуждающих новую армию, как от народного умозрения, так и от либералов, худшая часть которых и осуществляет ныне диктатуру коммерческого космополитизма.

Именно зарождение сословного самосознания и наблюдается в армии в последний год; оно-то и делает из армии всё более влиятельную в политике силу, всё откровеннее прорывающуюся в окружение исполнительной власти, выказывающую недвусмысленные намерения влиять на власть в собственных интересах. В ответ начинает нарастать противодействие давлению самосознания военных со стороны обеспокоенных таким развитием событий главных сил сложившегося правящего класса, как раз и установивших в стране диктатуру коммерческого политического интереса. Когда ожесточение от этого бескомпромиссного противоборства достигнет такого накала страстей, что армия начнёт чувствовать абсолютную непримиримость своих сословно-государственнических инстинктов и интересов с интересами нынешнего режима, защищающего требования к власти выразителей коммерческого космополитизма, вот тогда Россия созреет для становления политического национализма в качестве действительно исторической партии национального спасения. Потому что тогда революционный национализм, политически и идеологически отражая и защищая право второго сословия на особые этику, культуру, мораль, сможет начать политическую работу по созданию национально-городских общественных отношений, как сословных отношений, необходимых для выстраивания военно-политической диктатуры защиты промышленного интереса. Такую военно-политическую диктатуру не удастся установить без опоры на управленческие способности второго сословия, без чего, в свою очередь, объективно невозможен выход страны из болота общегосударственного кризиса, засасывающего Россию всё глубже и глубже.

14 мая 1996г.

В 1854 году американский коммодор Пери привёл военную эскадру к берегам Японии и потребовал подписать договор о мире и дружбе, который взломал «железный занавес» японской самоизоляции. Быстрое развитие торгово-денежных отношений Японии с внешним миром привело к важным преобразованиям и революционным событиям 1868 года, которые повернули страну к развитию капиталистических отношений. Зарождение японского капитализма происходило под огромным влиянием США, которые после гражданской войны 1861-1864 годов переживали ускоренное становление национального общества с демократическим самоуправлением. Америка того времени стала предметом восторженного поклонения новоявленных японских либералов, всё в ней восхвалялось, бралось в качестве примера без маломальского осмысления, а собственный образ жизни осмеивался, отрицался и отвергался, как ущербный, тупиковый. Наивысшего подъёма такие настроения достигли в первой половине 80-х годов 19 века, когда широко обсуждалось решение правительства о созыве парламента, снимались всякие ограничения на свободы слова и собраний. Иначе говоря, положение дел во многом напоминало то, что сейчас творится в России.

Но с появлением своих слоёв капиталистических собственников, рынка труда и прослоек наёмных рабочих и служащих возникают представления о собственных экономических капиталистических интересах Японии. Успехи Японии в экономическом развитии и усвоении опыта торгового капитализма вызывали рост противоречий их интересов с американскими интересами. Способы решения данных противоречий наглядно показывали, что американцы защищают свои интересы с позиции предельного национального общественного эгоизма, проявляя открытое высокомерие, лицемерие и стремление не считаться с конкурентами. Масло в тлеющие искры вызревающего противоборства двух самых крупных держав на Тихом океане добавляло отношение к японским иммигрантам в Калифорнии. Ярый поклонник США А.Домеи в 1992 году обличал американцев с такой же страстью, с какой прежде восторгался ими. «Мы подвергаемся дурному обращению, злоупотреблениям, нас прогоняют, как если бы мы были бездомными свиньями или бешеными собаками. Как может японский народ терпеть это? Это американцы нарушили дружбу, и это мы, кто терпит позор. Может ли наше правительство терпеть всё это молча?»

Поворот в представлениях об Америке завершился в 90-х годах, когда в Японии стала складываться городская буржуазия с националистическими настроениями, без которых нельзя было бороться за капиталистическую прибыльность хозяйственной и торговой деятельности, удерживать внутреннюю политическую устойчивость и властное положение крупных капиталистов и тесно связанных с ними правительственных бюрократов. Прежний рассадник настроений либерального поклонения Америке – Токийский императорский университет становится крайне критическим к ней. Буддисты и синтоисты в условиях роста антиамериканских настроений умножили усилия в борьбе против христианских миссионеров. Всё вместе это подготовило поражение либеральных сторонников романтического очарования Америкой, которое произошло в Японии в самом начале 20-го века. С того времени крупный японский капитал подталкивал императорскую власть, правительство к проведению имперской политики в окружающем страну геополитическом пространстве, к выдавливанию из данного пространства всех конкурентов, и самого главного конкурента – США.

Схожий ход событий ожидает и Россию. Нынешнее восхваление Америки, которое безмерно и подобострастно расточают пришедшие к власти либералы, кажется, не имеет пределов. Россия «благодаря им» вдруг из носительницы византийской цивилизационной традиции и первопроходца в осуществлении коммунистического идеала предстала внутри самой себя средоточием зла, неполноценности, убогости и тупости. И больше всех достаётся русским, их травят повсюду, объявляют чуть ли ни главным проклятием современного мира, мешающим процветанию всего «человечества» как раз из-за того, что они единственные противостояли Америке в достижении ею полного мирового господства.

Как долго это продлится? Столько, сколько потребуется для появления в стране крупного капитала, связанного с торговлей на внешних рынках ценным сырьём и оружием, - а для появления такого капитала может быть достаточным нескольких лет. Накопление капитала у сырьевых олигархов и тесно связанных с ними правительственных бюрократов постепенно приведёт к столкновению их интересов с интересами финансовых спекулянтов, которых в нынешних условиях обслуживают гуманитарные либералы. Чтобы увеличивать прибыль, сырьевые олигархи начнут поворачивать бюрократическую власть к противоборству с американскими сырьевыми корпорациями, в том числе в окружающем Россию пространстве. А разочарование в либерализме, который привёл к господству выразителей спекулятивных коммерческих интересов, к развалу промышленного производства, к упадку уровня жизни большинства населения, создаст предпосылки для подъёма настроений разочарования в либеральных восхвалениях Америки. Этими настроениями, в конечном итоге, воспользуются выразители крупных капиталистических интересов, богатеющие на торговле экспортным сырьём. Сырьевые олигархи и связанные с ними бюрократы первыми созреют для лозунгов либерального патриотизма и либерального национализма ради вытеснения американских конкурентов из внутреннего рынка, из рынков окружающих стран. Их поддержат все, кто так или иначе будет зависеть от соответствующих доходов: чиновники, бюджетники, спецслужбы, прокуратура и т.д. А нарастание противоборства выразителей крупных посреднических капиталистических интересов в России с американскими выразителями таких же капиталистических интересов способно дойти до нового предельного военно-политического противостояния России и США. Такое противостояние сначала будет обосновываться призывами к возрождению имперского патриотизма Российской и советской империи. Но затем оно вызовет потребность в поддержке антиамериканской политики режима молодыми русскими горожанами, потребность в политическом национализме, в обосновании укрепления власти идеями национальной демократии. А тогда русский политический национализм вырвется из «объятий» крупных спекулятивно-посреднических интересов и превратится в самостоятельную политическую силу, которая революционно повернёт страну к промышленному капиталистическому развитию.

Сейчас это кажется невозможным, многие вообще говорят о конце русской истории. Но это будет, и исторический опыт Японии яркий тому пример.

20 мая 1996г.

14 мая прошёл очередной, 7-й съезд Союза промышленников и предпринимателей России. То ли почётными гостями, то ли полномочными участниками на сцене среди прочих руководителей Союза мрачно отсиживали срок председатель правительства В.Черномырдин и его заместитель В.Каданников.