Чтение онлайн

Рут очень старался, чтобы его тон и слова звучали убедительно, но глаза Этан стали холодными, словно лед.

– Ты ошибаешься, - сказала Этан.
– Он был твоим другом только до тех пор, пока ты не стал гроссмейстером. В глубине души Марий считает тебя предателем. Он так и не смог, и никогда не сможет простить тебя, Рут. Неужели ты сам не видишь и не понимаешь этого? А был и есть, согласись, очень разные вещи. Имей смелость признать все это и согласиться со мной.

– И Марий наш единственный союзник, Этан.

– Это более серьезный довод и уже ближе к истине.

– Значит, ты готова примириться с ним?

– Нет.

– Может быть, расскажешь мне, в чем дело?

Этан отрицательно покачала головой.

– Я хорошо знаю Мария и даже не представляю, чем он мог так обидеть тебя. Но, что бы там у вас, ни было, все же позволь мне постараться как-то помочь вам. Если Марий виноват, я заставлю его принести любые извинения. В противном случае, уже не ты, а я сам буду разговаривать с ним.

– Это невозможно, - спокойно сказала Этан.
– Невозможно. Не лезь в это дело. Ты хочешь вновь объединить Сааранд? Я тоже хочу. Но в новом Сааранде нет, и не будет места Марию. Можешь даже предупредить его. Пусть готовится к встрече со мной. Я не буду убивать его скрытно, исподтишка.

– И Кали незримо пойдет вместе с тобой, да, Этан?
– посмотрел на нее Рут.
– Очень легко отнимать жизнь, когда сама Смерть стоит за твоими плечами. Подарить кому-то жизнь гораздо труднее.

– Да, Рут, труднее. Иногда почти невозможно.

– Но всегда можно хотя бы попробовать. Предлагаю тебе не торопиться. Или начать с меня.

“Что я говорю, - обреченно подумал он.
– Я ведь не смогу даже прикоснуться к ней”.

– Ты ставишь меня в сложное положение, - недовольно посмотрела на него Этан.
– Что бы ты ни думал обо мне, я не холодная убийца и совсем не жестока. Просто в данном случае у меня нет выбора. А вот с тобой сражаться и, тем более, убивать, совершенно необязательно. Мне это будет очень неприятно, признаюсь тебе.

И в любом случае ослабит Сааранд. Если ты выбираешь Мария

и сейчас, или когда-нибудь еще, попытаешься напасть на меня, я, конечно, буду вынуждена защищаться. И даже постараюсь убить тебя. Однако все же предпочла бы сотрудничать с тобой. Ты очень полезен, Рут.

– Рад слышать, - улыбнулся он.
– Но, может быть, я когда-нибудь дождусь от тебя менее сомнительного комплимента?

– Вот уж не думала, что мои комплименты могут доставить удовольствие такому человеку, как ты.

– По-моему, ты себя недооцениваешь, - тихо сказал он.

Они замолчали.

“А Рут ведь очень не хочет ссоры со мной, - подумала Этан.
– Более того, ему сейчас страшно: он боится, что я приму его вызов. Но боится не за себя. Почему? Считает меня слабой? Нет, сильной. Это смешно, но я чувствую себя польщенной. Неужели, он мне нравится? Глупости какие”.

– Ладно, Рут, - первой нарушила молчание Этан.
– Я не буду эгоисткой и, если это нужно для дела, подарю тебе некоторое количество жизни Мария. Он будет жить до тех пор, пока будет полезен нам и Сааранду. Но потом кто-нибудь из нас двоих все-таки умрет. Тебя устроит такая сделка?

– Спасибо, Этан. Этого пока достаточно. Я все-таки надеюсь, что ты еще изменишь свое мнение о Марии, и тогда отпадет необходимость кому-нибудь умирать.

– Ничего ты не понял, - покачала головой Этан.

– Да. Но изо всех сил стараюсь понять. Если бы ты, хоть чуть-чуть, помогла мне.

Этан вздохнула и исподлобья посмотрела на него.

– Назову только одно имя - Белернин. Ты знал его?

– Да. Не могу сказать, что очень хорошо, но мы встречались, разговаривали. Он был самым молодым из великих магов Сааранда. Некоторые даже считали, что он станет самым сильным из нас. После Вериэна, разумеется.

– И знаешь, кто убил его? И почему?

– Это была ошибка. Страшная ошибка, - лицо Рута болезненно искривилось.
– Поверь мне, Этан.

– Верю. Но это ничего не меняет. Белернин мертв и Марий виновен в его смерти. Прощения не будет.

– Почему ты решила отомстить за него?
– тихо спросил ее Рут.

Этан промолчала.

– Если ты, действительно, имеешь право мстить за него…

– Да, я имею право.

– В таком случае, я не могу, не смею мешать тебе. Но все же очень прошу примириться с Марием. Ведь прошло уже десять лет, Этан.

– Вот именно. Целых десять лет. Он живет слишком долго.

Они снова замолчали.

– Значит, опять не попаду я в Верлэрис, - сказала Этан.
– А ведь так хотелось на него посмотреть.

– Калгрейн - тоже интересный город, - ободряюще улыбнулся Рут.
– А Верлэрис еще будет встречать тебя цветами, Этан. И мой букет будет самым большим, я обещаю.

Они расстались и встретились вновь уже в Калгрейне, через восемь дней. А потом что-то случилось с ними, и каждая новая встреча была короче и гораздо мучительней предыдущей.

ОНЕЛЬ, ГРАФИНЯ ЭНХЕЙМ, ЛЕДИ ЛЕРЭЙНА

Парикмахер в последний раз коснулся ее волос расческой и отошел в сторону. Легким движением руки Онель отослала всех из комнаты и теперь, сидя в высоком кресле, смотрела на стоявших перед ней дочерей - старшую, Линис, которой совсем скоро исполнится семь лет, и младшую, четырехлетнюю Тиннив. Платья были в порядке, волосы аккуратно заплетены, а вот с осанкой, особенно у младшей, еще надо поработать. Линис этой осенью на несколько лет отправится в закрытую школу для девочек, и домой будет приезжать всего два раза в год. Опытные учителя завершат ее образование, доведут до совершенства манеры и исправят все ошибки, которые допустила она при воспитании дочери. Онель считала себя хорошей матерью, но понимала, что настоящей леди дома Линис не стать - как ни старайся, все равно избалуешь. Если не сама, то домашние подхалимы или родственники постараются.

– Я недовольна твоим поведением, Тиннив, - негромко сказала она.
– Зачем ты вчера вечером швырнула в этого мальчишку с конюшни яблоком? Он начал первым? Не имеет значения. Ты леди,

а не торговка фруктами. Да, ты не попала, и это уже совсем печально. Что он о тебе теперь подумает? И обо мне тоже. Если уж решила наплевать на все и кидаться яблоками, то изволь попадать. Понятно?

Девочка опустила голову.

– В следующий раз не позорься, Тиннив. Научись контролировать себя. Сдержись, если не уверена, что все получится. Лучше завтра, или через год, но - наверняка, без промаха и осечки. Надеюсь, что, если не сейчас, то хоть когда-нибудь, ты поймешь это.

Онель перевела взгляд на старшую дочь.

– Почему ты не остановила ее, Линис?
– строго спросила она.
– Наверное, потому, что я плохая мать, и недостаточно времени уделяла твоему воспитанию? Вы обе до воскресенья остаетесь без сладкого. А я откажусь от мяса, и не буду обедать все эти дни.

– Мама, не надо, - взяв младшую сестру за руку, прошептала Линис.
– Прости нас.

На ее глазах показались слезы.

– Не реветь, - приказала Онель.
– Я вас прощаю, но наши наказания остаются в силе.