Чтение онлайн

к архипелагу, что находится южнее Лерии, - сказала она себе.
– И увижу лагуны с прозрачной голубой водой и кораллами, белые пляжи и высокие, вечно зеленые деревья, растущие на песке.

Постепенно местность становилась все более пологой, невысокие горы сменились холмами, и море, которое порой показывалось слева от дороги на Калгрейн, выглядело уже гораздо более приветливо. В прибрежных деревнях остро пахло йодом, соленой и жареной рыбой, большие просмоленные лодки с серыми парусами

и даже настоящие маленькие корабли качались у причалов. Этан

с трудом удержалась от того, чтобы арендовать какой-нибудь из них для плавания в Калгрейн.

“Нет, мой корабль будет очень большим, с тремя мачтами и огромными белыми парусами, - подумала она.
– А пока не стоит привлекать к себе внимание. Одинокие молодые девушки вряд ли путешествуют на старых, лишенных всех удобств и пропахших рыбой, шхунах”.

На четвертый день пути дорога вышла к небольшой мелководной бухте. Огромные скалы преграждали путь волнам и море, в первый раз за все время пути, не шумело, а ласково плескалось прямо у ног Этан. Она сделала несколько шагов и легкие волны, словно играя, вспенивались теперь вокруг ее коленей. Этан удивленно посмотрела на своих спутников, которые деловито устраивались на обед, не обращая на это чудо никакого внимания. Решившись, Этан ушла далеко в сторону, разделась за скалами, и, в первый раз в жизни, искупалась в море. Оно радостно приняло ее в себя, в качестве приветствия качнув на неведомо как дошедшей сюда высокой волне, и Этан засмеялась от счастья. Вода была прохладной и очень соленой, плыть было легко и не хотелось выходить на берег. Но выйти все же пришлось. Попутчики уже пообедали и собирались в дорогу. На мокрые волосы Этан они смотрели с некоторым подозрением, но о том, что случилось, тактично не спрашивали. Счастливо улыбаясь и не обращая на внимания на их взгляды, проголодавшаяся Этан взяла кусок хлеба с мясом и съела его уже на ходу. А на следующий день с вершины одного из холмов они увидели предместья Калгрейна. Рут очень просил ее сразу же связаться с его людьми, но Этан решила не торопиться, походить по городу, присмотреться к нему, составить собственный план действий. Она никогда не любила быть членом какой-то, пусть даже самой лучшей, команды и свою самостоятельность ценила превыше всего.

“Посмотрю, что тут можно сделать, и тогда уже привлеку людей Ордена, - решила она.
– А не будут слушаться, и вовсе без них обойдусь”.

Огромный город сразу же окружил их несмолкаемым шумом, закружил в лабиринте белокаменных улиц и, наконец, вынес к нарядной и длинной набережной, ведущей к большой, заставленной, пожалуй, целой сотней разнокалиберных судов, гавани.

“Вот этот корабль мне, пожалуй, подходит, - сказала она себе, выбрав самое большое и красивое судно.
– Но не капитан”.

Высокий самоуверенный темноволосый мужчина лет сорока в богатом, отделанном кружевами, темном камзоле спускался

с корабля в шлюпку. Шляпу с большими полями он держал под мышкой левой руки. Лодка быстро приближалась к берегу, и вот уже капитан ловко поднялся на пирс, увидел смотревшую на него девушку, и, широко улыбнувшись, с преувеличенным почтением поклонился ей. Этан отвернулась, и мужчина прошел мимо.

“Готовый на все беспринципный и бесчестный авантюрист, - подумала она.
– Считает, что весь мир принадлежит ему, но, на самом деле, не может сделать и шага в сторону от выбранного когда-то раз и навсегда пути”.

Капитана явно ждали, быстрым шагом он подошел к стоящим неподалеку мужчинам, не здороваясь, тихо заговорил с ними.

“Ого, какие здесь персонажи, - незаметно наблюдая за незнакомцами, усмехнулась Этан.
– Вон тот, короткий и толстый - местный деляга из главных. Бизнесмен, мать его. Эффективный менеджер. Считает, что все продается и покупается. И ему абсолютно не важно, что продавать, и кому. Главное, чтобы было выгодно. Сейчас они продают независимость Калгрейна. Но в цене пока не сошлись. Деляга желает устроить что-то типа аукциона. Вовремя я сюда пришла. Так, а капитан у нас, оказывается, жульничает, работает на кого-то еще. Надо же, какой отчаянный, ведь шею сломают, если узнают. Совершенно не жалко. А что третий? Ему все равно, лишь бы свою долю получить. Он самый противный из них. Гораздо хуже других, хотя, казалось бы, куда уж. Отвратительная аура, просто исключительный уровень подлости. Его очень боятся. Людей он загубил кучу, но сам даже голову курице отрубить не способен. Чистоплюй. Ничего своими руками не делает, только через подручных. А вот и они, стоят неподалеку. Охранники деляги и босса. Все, расходятся, кажется, договорились. Или, еще нет?”.

Навстречу коротышке, на свою беду, шел скромно одетый пожилой мужчина в желтом плаще. Охранники бесцеремонно столкнули его с дороги, прямо на большие острые камни. Бедняга со стоном поднялся, растирая ушибленный бок. Этан сжала зубы. С каким удовольствием она бы сейчас отправила всю эту компанию искупаться в море.

“Ничего, успею еще, - подумала она.
– Дело прежде всего, развлечения после”.

– Осторожнее, кажется у Вас сломано ребро, - сказала она, помогая старику вылезти из кювета.
– Хорошо, что легкое цело. Сейчас я попробую что-нибудь сделать. Так, уже лучше? К сожалению, перелом, все-таки, есть, но срастется он теперь гораздо быстрее. Желательно хоть на пару дней перетянуть грудную клетку каким-нибудь полотенцем. Найдется оно у Вас?

– Да, конечно, спасибо, - слегка морщась от боли, ответил мужчина. Вблизи он уже не казался таким старым.

– Ну, надо же, - отряхивая плащ, сказал он.
– Столько миль прошел, и в горах, и по лесу, ни звери не тронули, ни разбойники. И в двух шагах от дома…

– Бывает, - вздохнула Этан.
– Главное, что живы, и калекой не остались. Скажите, Вы долго отсутствовали в городе?

– Около трех месяцев. Решил совершить паломничество на гору Нами, к живому Богу.

– Видели его?
– с любопытством спросила Этан.
– А поговорить удалось?

– Да, конечно, видел. Увидеть его нетрудно. Но беседует Кэллоин только с теми, кто, по его мнению, действительно нуждается в его помощи или совете. Или своей жизнью заслужил общение с ним. С нами, простыми паломниками, разговаривают ученики. Но я, в общем-то, и не претендовал на его внимание. Нас слишком много сейчас.

– А этих людей Вы знаете?

– Да кто же их не знает! Они да еще Ульвнин здесь все и решают. Есть и другие, конечно, сильные, богатые, но ходят уже непременно под кем-нибудь из этих четырех. Ну, а посол Сааранда, консулы Кинарии и Лерии - на особом положении. Пытаются держать яйца в разных корзинах и, на всякий случай, покупают всех, кто готов брать у них деньги.

– Любопытно, - сказала сама себе Этан.
– Значит, мне повезло, раз я с ними встретилась в первый же день. Ульвнин от меня никуда не уйдет. С кинарийцами и лерийцами не вижу смысла разговаривать, а вот с посланником Мария, пожалуй, можно и познакомиться. Вот только устроюсь где-нибудь, и осмотрюсь еще немного.

Она пришла в посольство через два дня. И увидела любопытную сцену. Чрезвычайный и полномочный посол государства Сааранд в вольном городе Калгрейн с нескрываемым раздражением смотрел на стоявших перед ним людей. Бранмин был очень недоволен своими подчиненными. Эти болваны не понимали, что шаткое равновесие, которое установилось сейчас, ни в коем случае нельзя нарушать. Зачем рубить сук, на котором сидишь? С какой стати отдавать финансовые потоки и властные полномочия другим людям из Верлэриса? Они же обязательно придут сюда, как только Калгрейн снова признает себя частью Сааранда. И, быть может, даже потребуют отчитаться перед ними. Ну, уж за бухгалтерию, положим, Бранмин нисколько не беспокоился. Даже магистр Цениас в свое время не мог придраться ни к одной бумаге за его подписью. А Цениас был очень серьезным и опасным человеком, не чета сегодняшним. Но даже и отчитываться в ближайшее время Бранмин ни перед кем не собирался - как минимум еще несколько лет. Этот город невероятно богат, и его ресурсов хватит надолго, хоть и приходится делиться с деловыми людьми Лерии и кинарийцами. Бранмин в этой атмосфере заботливо поддерживаемого управляемого хаоса и тщательно дозируемого безвластия чувствовал себя как рыба в воде. И главными его противниками, на самом деле, были вовсе не чужеземцы, а подчиненные Ульвнина. Бывшие соратники по Ордену, которых он глубоко и искренне презирал.

И которые так же глубоко и искренне его ненавидели. Что касается сотрудников Бранмина, то они сегодня превзошли самих себя. Установив без его ведома контакт с магами Ордена, они провели совместную операцию, которая неминуемо должна была привести к серьезным трениям с кинарийскими партнерами по бизнесу.

И теперь, очень довольные, явились к нему, явно ожидая похвал

и, возможно, даже, награды. Еще раз убедившись в их безнадежной глупости и высказав почти все, что он думает, Бранмин уже собирался приступить к объявлению дисциплинарных взысканий, когда вдруг почувствовал неладное. Проследив за взглядами стоявших перед ним людей, он, прервавшись на полуслове, обернулся назад. И увидел за своей спиной совсем молодую темноволосую девушку. Среднего роста, худенькая, коротко подстриженная,

с тонкими руками и большими серыми глазами. Этан. Он никогда не видел ее, но сразу узнал. Как легко было избавиться от нее десять лет назад. И как трудно будет сделать это теперь.

– Пошли все вон отсюда, - внезапно севшим голосом приказал он, и, опустившись на колени, поцеловал грязный пол у ее ног.

– Я давно ожидаю, Вас, великая Госпожа.
– тихо произнес он.
– Я знаю все о Вас - еще с тех пор, когда Вы, не сознавая того, неразрывно связали свою жизнь с нашим Орденом, ступив под своды резиденции в Гиниазе. Я знаю о Вашем пребывании в Ленааре