Три опалённых грозою года
Шрифт:
– Можно с вами в дозор? – спросил Арахель у ребят.
Вилы – неплохое оружие, но голодный оборотень быстрее и сильнее этих детишек. Скорее всего они даже не услышат его приближение, пока не станет слишком поздно. А вот у эльфийского лучника есть шанс.
Парни с сомнением посмотрели на обманчиво хрупкого златовласого эльфа, но потом согласились:
– Ладно уж, давай… только не лезь под руку-то, когда всё начнётся, не то огребешь…
Посмеиваясь, Арахель кивнул.
Ждать пришлось недолго – видать, оборотень был очень голоден. Эльф заметил тень у чащи леса и скользнул туда. Он хотел избежать кровопролития, поэтому пошёл один. Мальчишки курили и не обращали на него внимания.
Оборотень заметил Арахеля лишь тогда, когда тот уже стоял с луком на изготовку, стрела направлена на монстра.
– Тихо, – сказал эльф, – не делай глупостей. Ты меня понимаешь?
И тут случилось неожиданное. Оборотень упал на колени и зашептал испуганно:
– Не убивай меня, пожалуйста! Не убивай, умоляю! Пожалуйста!
– Да тихо ты! Я не убью тебя.
– Меня заколдовали… я не виноват…
Арахель поднял брови:
– Заколдовали? Кто?
– Не знаю… Просто однажды проснулся, и все от меня разбегаться стали. Я посмотрел в воду и увидел, что похож на чудище заморское… что делать – не знаю.
– А зачем нападал, воровал?
– Так я поговорить хотел, а они пужались. А воровал… так мне кушать хотелось.
Арахель опустил лук, присел на камень. Чудище – человек с медвежьей головой и покрытыми шерстью руками и ногами – смотрел на него жалобно, напуганно. Эльф спросил:
– За что тебя заколдовали?
– Гордый я был, – смущенно ответило чудище, – сердился много, дрался… Стыдно мне уже. Теперь меня даже невеста не примет…
«Невеста, – подумал Арахель, – а ведь это выход.»
– Как зовут твою невесту?
– Алёнушка, а что?
– Поцелуй истинной любви, – сказал эльф, – старая магия, снимает почти любые проклятия. Кто бы не заколдовал тебя, поцелуй истинной любви спасёт. Где живёт Алёнушка, как её найти?
Когда Арахель вернулся к дозорным, те заметно нервничали.
– Где ты был?! – накинулся на эльфа один из мальчишек. – Мы уже хотели идти тебя искать!
– Поссать нельзя? – грубовато спросил певец.
– Потерпел бы! А если бы тебя оборотень задрал?
Арахель небрежно пожал плечами.
Алёнушку он встретил утром, у колодца. Одетая в старенькую шубку девушка несла на плечах коромысла с вёдрами, в которых плескалась вода. Шла она величаво, как королева, и тяжёлые вёдра тихонько звенели. Из-под платка выбивались тёмно-русые пряди, и текла по спине длинная, толстая коса.
– Помочь тебе, девица? – спросил Арахель.
– Сама справлюсь, – девушка широко улыбнулась. – Сам-то кто будешь?
– Меня зовут Арахель, я по поручению твою суженного.
Алёнушка вздрогнула, вода пролилась на снег и мигом замёрзла. Тихим, потрясённым голосом девица сказала:
– Васёк, мой суженный, погиб… зверь его утащил…
– Оборотень?
– Да…
– Нет, Алёнушка. Жив-здоров он, только обратился в чудовище. Но поцелуй истинной любви может его спасти.
Девушка осторожно поставила вёдра на снег и спросила тихо:
– Это правда?
– Конечно! Верь мне. Я спасу твоего любимого. Пойдём со мной прямо сейчас, и уже завтра утром свадьбу сыграете.
Почему-то Алёнушка выглядела не радостной, а какой-то потерянной, даже напуганной. Впрочем, любая бы испугалась, если бы рано утром потрёпанный эльф предложил ей пойти туда не знаю куда, сделать то не знаю что.
– Если страшно одной со мной идти – так возьми отца или брата, – нетерпеливо сказал Арахель.
Девушка тряхнула головой и сказала:
– Отведи меня к нему, певец.
Васёк ждал их на опушке заснеженного леса. Увидев Алёнушку, он радостно сжал её в объятиях:
– Милая моя, любимая… не бойся… я это, я…
Потрясённая девушка молчала в его руках. Наконец Арахель не выдержал:
– Поцелуйтесь уже!
Губы красавицы и чудовища соединились в долгом поцелуе. Но… ничего не произошло. Разъярённый оборотень повернулся к эльфу и зарычал:
– Почему не работает?!
– Поцелуй работает почти всегда. Видимо, это редкое исключение… Но проклятие ещё можно снять, если найти того, кто его наложил. Убедить его снять чары, или… убить колдуна.
– Найди его, – попросил Васёк.
Проводив Алёнушку домой, Арахель начал опрашивать местных жителей. Сперва он думал, что найти колдуна или хотя бы заказчика проклятия будет трудно. Но потом он понял, что это почти невозможно: каждый в этой деревне желал Ваську если не смерти, то хотя бы переломанных рук-ног точно:
– Негодник он, поделом, что сдох! Если бы зверь не справился раньше, уж я бы этого пьянчугу на вилы-то поднял!
– Придурок! Обещал жениться, но попользовал и бросил! Кто меня теперь замуж возьмёт? Позор-то какой…
– Пропойца, все деньги у матери забрал да пропил, потом начал вещи продавать…
– Невесту свою поколачивал, понять не могу, как она его терпела… Я бы его давно утюгом – да по башке!
– Сдох, да и хорошо!
– Давно пора.
Мучимый смутным предчувствием, он поспешил к Алёнушке. Предчувствие его не обмануло: дома было незаперто, и, влетев в горницу, он увидел монстра, нависшего над девушкой:
– Ты меня не любишь, глупая девка!
Алёнушка сидела на полу, сжавшись в комочек и пытаясь прикрыться руками. Дрожа и плача, она пыталась усовестить «любимого»:
– Я люблю тебя, мой милый, честное слово! Клянусь, я не знаю, почему поцелуй не помог… Я так люблю тебя!
– Ты врёшь! – прорычал Васёк и с размаху пнул девушку.
– Отойди от неё, – приказал Арахель, прицеливаясь. Оборотень не обратил на него внимания.
Эльф без предупреждения выпустил несколько стрел в заколдованного юношу. Одна попала между лопаток, вторая угодила в шею, третья пробила позвоночник, четвёртая вонзилась в голову… Монстр взревел, оборачиваясь, но последний выстрел – в глаз – остановил его навсегда. Он рухнул на деревянный пол.
Алёнушка сидела, закрыв лицо руками. Арахель подошёл к ней и осторожно обнял её:
– Всё кончено, милая, всё кончено. Больше он не причинит тебе вреда.
– Это я… я… я виновата… – захлёбываясь слезами, причитала девушка.
– О чём ты?
– Это я попросила ведьму наложить проклятие… Я не могла это больше терпеть, не могла! – Алёнка подняла голову и посмотрела прямо в глаза эльфу. – Когда я пыталась порвать с ним, он всякий раз находил меня и возвращал. И… бил… и брал меня без моего согласия… я надеялась, что магия его изменит. Сделает более человечным… ну или кто-нибудь пристрелит его.