Чтение онлайн

Отец следил за ней не только глазами Лилии, но и глазами Артура. Ему требовалось держать в крепком кулаке ее жизнь, сдавливать ее сердце и не давать намека на свободу. Даже здесь, в далекой позабытой деревушке, он следил за ней, испытывал ее. Придумал такой изощренный план…

И Ева поверила во все эти предположения и тоскливые догадки.

Ухарь прилетел перед рассветом и постучал в окно крючковатым клювом. Ева с трудом открыла глаза, слипшиеся от непрошенных слез. Этой ночью в тяжелых горячечных снах она видела, как Артур, выброшенный магией, голыми руками отбивался от лесных хищников, а потом погибал, переломленный пополам медведем. Жизнь, с таким трудом спасенная ею, обрывалась нелепо и быстро. Больно кололо сердце, отбирало дыхание, и Ева боролась сама с собой. Боролась с желанием помочь или оставить как есть.

Ева вышла на крыльцо, укрывшись от прохлады шалью. Большой лесной филин Ухарь поджидал на перилах. Становилось светлее, и филин всматривался в утренний лес настороженными слепнувшими глазами. С его шеи Ева сняла маленький мешочек. Внутри лежало тринадцать маленьких энергетических кристаллов и два средних. Этого должно хватить на дорогу.

– Ты долго добирался, мой друг. Спасибо, что всегда поддерживаешь в беде, – проворковала Ева, поглаживая филина по мягким перьям. – Лети. Крестьяне не будут против, если ты поможешь им с грызунами.

Филин гулко ухнул, сорвался с перил и пропал в лесной чаще. Ева ушла в дом заниматься сборами. В общем-то, у нее было немного вещей, зато тяготило одно дело. Дело, которое нужно сделать, чтобы снять все подозрения тюремщицы.

Лохань наполнилась красноватой колышущейся дымкой, то ли воздушной и невесомой, то ли туманной и влажной. Дурная энергия уже переливалась по капле через край и стекала обратно в землю. Ева сняла с себя шаль и накрыла ею корытце. Энергия с тихим шипением завозмущалась, задвигалась, стремясь поскорее сбежать из заточения. Знахарка покинула двор, неся таз перед собой, со всем достоинством, не пролив ни толики энергии, пришептывая заклятия.

Несколько поворотов лесной тропинки и Ева оказалась у муравьиных поселений. Каждый такой муравейник вмещал многие тысячи жителей и доходил до плеча взрослому мужчине. Чтобы избавить человеческий дом от дурных энергий, мыслей и крови, требовалось чем-то пожертвовать. В этот раз хладнокровный выбор знахарки пал на муравьиный дом. Ева сняла занавес с шипящей энергии и, размахнувшись, с громким плеском вылила воздушную воду на кучу из земли и хвои.

– Духи леса, примите эту жертву, светлому дому помогите с очищением. Хозяйки леса, примите эту жертву, своей слуге и подруге помогите с очищением, – быстро зашептала знахарка, покидая погибающий муравейник.

[ image13 ]

Избушка встретила хозяйку свежестью, вся утварь заблестела, как новая. Еве некогда было любоваться. Девушка скинула и убрала ночную рубаху, принялась за сборы. В котомку полетели черные платья и сменная одежда, полотенца и принадлежности для умывания, расческа и ленты, амулеты, браслеты и кольца. В другую котомку Ева положила немного хлеба и самые необходимые ингредиенты для составления лечащих эликсиров. В глубокий карман платья распределились кристаллы, принесенные филином. Напоследок Ева распахнула большой сундук и достала из него две оставшиеся стрелы. Щелчком они уменьшились до размера иголок, и девушка смогла подвязать стрелы на шнурок и подвесить себе на шею, в качестве необычного украшения.

Над лесом поднималось утро, грозящее жарким, удушливым дневным зноем. Ева стояла на дворе, раскинув руки, и смотрела на обжигающее солнце. Только ослепив себя, можно приступить к исполнению этого заклинания. Только темный взор способен выдержать его мерзость. Клубящаяся тьма заполняла глаза знахарки, выедая белки, выжигая зелень радужки. Черты лица обострились и напоминали птичьи. Пальцы скрючились, когти удлинились, на запястьях нестерпимым червонным золотом зажглись браслеты. Из распечатанных кристаллов лилась и тут же темнела магическая энергия.

– Dadara, ikara, imana, sahik! – выкрикивала знахарка, обнажая кривые клыки. – Zarur ibadara, zakenhik, zahik!

Черное заклятие пошло волной затапливать дом, двор и ближний лес. Пожухла трава, зацвела вода в колодце, обломились и попадали толстые ветки, раскололись вековые дубы. Где-то на самой границе Заповедного леса, подняла голову дзирга и принюхалась к испорченному воздуху. Волна дошла и до Хозяйки леса, заставив ее вздрогнуть от страха, кажется, впервые за долгую жизнь. Хищная белка громко пискнула и побежала навстречу источнику тьмы.

На дворе стояло две Евы, две одинаковых женщины. Тот же гибкий стан, те же черные волосы и зеленые глаза. Одна кружила вокруг другой, присматривалась, касалась косы и длинного черного платья, потом удовлетворенно кивнула. Вторая стояла смирно, словно деревянная кукла, не моргала и, вроде бы, не дышала.

– Оживи, – приказала Ева.

И вторая женщина вздохнула, оглянулась мутным взглядом вокруг себя.

В сердце Евы натянулась скрипичной струной тонкая жилка – связь между заклинателем и подделкой. Казалось, чуть тронь, и она задрожит с тихой, печальной мелодией.

– Я ухожу. Всем скажу, чтобы не смели сюда ходить. Твоя главная задача – общение с моей старшей сестрой Лилией. И еще, приберись здесь, чтобы к моему возвращению не осталось и тени темного заклятия.

– Хорошо, – ответила подделка и с поклоном ушла в дом.

Дзирга добралась до дома знахарки тайными лесными тропами, ведомыми одной лишь ей, и увидела странную картину. В избе спокойно занималась домашними делами хозяйка, а значит темное заклятие было направлено не на нее. Почему тогда пожухла трава, а от колодезной воды так дурно пахнет недоброй магией?..

Еве было немного стыдно за все утренние поступки. За муравейник, за заклятие, за вновь загрязненный дом, за оставленную у всех на виду подделку. В этот момент ее тошнило от самой себя. Сил предавала только уверенность в правильности поступков на дальней перспективе. Ева планировала спасти себя и Камлу, а ради двух человеческих душ можно кое-чем пожертвовать. И знахарка ускорила шаг.

Ева наведалась к старосте Выгошу с суровым наказом не приближаться к избушке, пока ее самой не будет на месте. Мудрый старик заверил, что лично проследит за покоем чужого дома. Теперь все дела закончены.

– Мы можем ехать! – воскликнул Иво.

Мужчина заметно повеселел со вчерашнего дня и выглядел уже не так плохо. Иво где-то раздобыл крепкую телегу и натянул над ней кусок ткани на подобии навеса. На телеге среди одеял лежала бледная, но спокойная Камла. Ева вытащила из кармана один из кристаллов и направила высвободившуюся энергию на смягчение рессор телеги.

– Иво, ехать придется медленно и очень аккуратно, – предупредила Ева.

– Конечно, я понимаю, госпожа, – кивнул Иво и запрыгнул на козлы.