Чтение онлайн

Внесли первую подачу блюд. Ева ожидала всякого, в том числе, что в замке Темного будут потчевать салатами из червей и тараканов. Но нежные паштеты на слегка поджаренном белом хлебе и суфле из тыквы приятно удивили. Со второй перемены блюд потекла медленная светская беседа. Беседовали, в основном, мужчины, иногда пару слов о качестве кушаний невпопад вставляла старушка. Девица молчала, низко склонившись над тарелкой. Весь вечер Ева не слышала от нее ни звука. Она, кажется, даже не прикоснулась к еде. И решительно никто не обращал на нее внимание, будто девушки и не существовало. Когда внесли чай и масляные пирожные, старушка собралась откланяться, но Темный не позволил:

– Госпожа, полно вам! Вечер только начался, а вы уже на боковую!

– Я очень стара, Господин, – прокурлыкала старушка, подняв на Темного водянистые глаза. – Мой желудок полон, а разум требует отдыха.

– Тогда, заберите с собой остальных девиц, – хохотнул Темный, махнув рукой в сторону Евы и молчаливой девушки. – Они еще слишком юны и слишком женщины, не престало им при мужских разговорах присутствовать.

Молчунья тут же с резким скрежетом отодвинула стул и поднялась. Она бросила на Темного взгляд, полный уставшей, застарелой ненависти и почти прошипела:

– Я вольна идти, отец?

Ева перевела удивленный взгляд на девушку. Отец? Стало быть, у Темного есть не только обожаемый сын, но и практически незаметная дочь.

– Иди, – беззаботно махнул рукой Темный. Когда со своего места встала и Ева, он вдруг засуетился. – Иванка, дорогая сударыня, видите ли, время и место не благоволят нам сегодня для обсуждения нашего деликатного дела. Давайте перенесем беседу на завтра, на полдень. Обещаю, время промедления не будет вам стоить никаких дел и хлопот.

– Как пожелаете, Господин, – ответила Ева с уважительным поклоном и покинула обеденную комнату вместе с остальными женщинами. Прямой спиной она чувствовала обжигающий, ласковый взгляд Артура.

Возле дверей Еву ждали Геба и трое бессменных служанок. Они обступили девушку и повели к покоям. Старушка и безымянная дочь Темного молча отправились в другую сторону. Ева отстраненно отметила, что спустя полгода жизни в лесу и восемь в пансионате, она отвыкла от подобного повышенного внимания к своей персоне и такого количества людей вокруг.

Остаться одна Ева смогла только ближе к ночи. Ради этого пришлось постараться – десяток раз отказаться от помощи с укладыванием в постель, сотню раз попросить не задувать свечи и еще тысячу раз настоять на том, что привыкла спать одна. Когда Геба и служанки сдались и покинули комнаты, Ева выдохнула и рухнула на диван в парадной гостиной. Душащая забота этой четверки уже начала утомлять. Еве нужно было отдохнуть, собраться с мыслями, прикинуть, как она умудрилась попасть в то место, куда она попала, и как из него выбраться.

Неплохо было бы разобраться и с ролью Артура во всей этой истории. Он появился здесь слишком резко и неожиданно. На счастье, он не был шпионом отца, не пытался вынюхать что-то или унизить ее, как Еве показалась в припадке гнева и отчаяния. На беду, Артур оказался сыном Темного. Того Темного, что с раннего детства преследовал ее. Теперь она в его доме. Добровольно пришла в эту ловушку.

За дверью заскреблись мыши. Ева подскочила и подобрала ноги на диван. Мышиный скрежет среди лунной ночи был дурным знаком, сулящим бедность. Спасались от него быстрым троекратным выдыханием, что девушка и проделала. Скрежет повторился и дышать пришлось еще раз. На третий раз Ева заподозрила неладное и выглянула из-за дивана.

Мышей действительно не было. Кто-то поспешно просовывал под дверь маленькую свернутую записочку. Ева вскочила, босыми ногами побежала к дверям. Магический вихрь подхватил записку и поместил прямо в ладонь. Девушка распахнула двери, но увидела только тень, стремительно исчезнувшую за поворотом коридора. Ева крепко заперлась, для верности подперла дверь спиной и прочитала:

«Надо поговорить. Завтра после ужина у Полнолунного фонтана. Будь одна. А.»

Мысли закружились ледяным вихрем. Ева подскочила к свече и подожгла бумагу с одного уголка. С другого подпалила магией для надежности. Когда два огонька встретились на середине записки, та вспыхнула в последний раз и опала на пол белесым пеплом. Пепел Ева затоптала с заговором на губах, чтобы никто не смог задать ему вопросов. В этом холодном замке что-то не так, несмотря на показное гостеприимство…

С мыслями об Артуре она задула все свечи и легла в постель. Глупое сердце весь вечер сбивалось с ритма и ликовало, вспоминая теплый взгляд юноши. Он не держал на нее зла, он здесь, он рядом! Холодный разум, отравленный темной магией и заветами отца, требовал поостеречься, ведь Артур оказался сыном извечного злейшего врага семьи Евы.

Но может ли Ева еще считать себя членом своей семьи?

Она сбежала из-под стражи сестры. Из леса.

Она использовала темную магию.

Она будет помогать Темному.

Она слишком много раз оступалась и отступала от правил.

О духи! Отец изгонит ее и назовет отступницей, если не убьет!

С этими мыслями Ева села на постели и, кажется, впервые серьезно задумалась, куда ее приведут все принятые решения и совершенные поступки. Больное, одуревшее от происходящего сердце, в страхе забилось в пятках и больше не пыталось обращать на себя внимание. Разум одержал верх. Разум требовал сбежать из замка Темного, как только он снимет оковы отца. В тот же день.

Ну, разве что, после встречи с Артуром, робко попросило сердце…

На новом месте приметы не сработали, и Еве так и не приснилось ничего интересного.

Утром Еву разбудила Геба и ее верные помощницы. Служанка с совершенно непроницаемым лицом помогла гостье собраться к завтраку. На перчатки и черные узоры их вновь не заинтересовали. Ева ожидала встретить всю вчерашнюю компанию, однако за столом в малой утренней столовой находились лишь дочь Темного и полусонная старушка.

– Доброго утра, сударыня Иванка! – прошелестела старушка, подняв на Еву водянистые глаза. – Надеюсь, вы сумели отдохнуть.

– Доброго утра, госпожа, – ответила почтительно Ева. – Благодарю за ваше беспокойство, я отлично выспалась… Нас вчера так и не представили…

– Меня зовут Ингрид, – спохватилась старушка. – Я – воспитательница госпожи Лары. Приятно с вами познакомиться.

Ева искоса посмотрела на юную девицу, но та по-прежнему упорно прятала взгляд, уткнувшись в тарелку. Есть она не собиралась, только ковырялась в утренней каше со свежими ягодами. Говорить, в прочем, ей тоже не хотелось.

Завтрак прошел в полной тишине, если не считать тиканья больших напольных часов и чавканья госпожи Ингрид. Молчаливые слуги изредка подходили и подливали еще какао или чай, вносили свежие булочки из слоеного теста с сахарной посыпкой. Ева погрузилась в собственные невеселые мысли и рассуждения, как он вообще докатилась до жизни такой. Решения, кроме найденного ночью, не просматривалось.