Три стрелы в его сердце
Шрифт:
Мысли, принятые решения, все забылось. Это был Артур, тот самый Артур, которого она спасла, которого выходила, который видел в ней человека, а не игрушку. Каша в голове. Он друг? Он союзник? Он что-то большее? Он поможет?
Не говоря ни слова, Ева бросилась юноше на шею. Артур крепко прижал девушку к груди, уткнулся носом в шею. Два сердца бешено стучали и даже грохот падающих струй не мог их заглушить. Еве хотелось то ли плакать, то ли смеяться, на ум не кстати пришел недочитанный роман. Вот она, вся жизнь, как дурацкий роман.
– Мне страшно, – прошептала Ева, сдерживая слезы. – Я в ловушке. Я сделала очень много ошибок.
– Я знаю, – тихо ответил Артур, поглаживая девушку по спине.
– Мне некому здесь доверять. Я не могу доверять даже тебе.
– Ты спасла мне жизнь, помнишь. И я – твой должник.
– Ты не пойдешь против отца, – всхлипнула Ева.
Артур вздохнул. Трудно спорить с очевидным. Как ему извернуться, чтобы все стало, как прежде?
– Я должен тебе кое-что показать, – тихо произнес Артур. Ева подняла голову и с подозрением заглянула ему в глаза. – Тебе это не понравится. Но ты должна знать, что тебя ждет.
Немного подумав, Артур добавил:
– Отец не отпустит тебя. Ни за что.
Тучи бродили по небу, обещая скорый дождь. Белоснежная звезда счастья Амиле и розовая звезда судьбы Нестаны, наконец, соединилась.
_________________________________
Не забудьте оставить комментарий к этой главе! <3
Глава 19
Артур крепко сжимал ледяную ладонь Евы и вел ее за собой по мрачным черным коридорам замка. Они просидели в Саду Трав до самой ночи, никем не замеченные, укрытые пологом буйной летней зелени. В дальней беседке Ева тихо поведала о своих оковах и договоре с Темным. Артур не перебивал, слушал молча и очень внимательно. В конце рассказа он тяжело вздохнул и задумался. Дело принимало самый неприятный оборот. Тот, которого он боялся больше прочего, тот, на который их вытолкнул его отец. Тогда, пусть Ева знает все.
Они шли и тихий гул шагов отражался о каменные стены, украшенные старинными воинственными гобеленами. Холодная луна выхватывала искаженные предсмертные лица и кровавые реки. По началу Ева с интересом рассматривала изображения, но чем дальше, тем чаще отводила взгляд – слишком жестоко, почти изуверски, слишком темные дела, почти демонические.
Артур очень хорошо знал родной замок, он показывал такой путь, о котором не подозревала сама Ева. Коридоры, потайные лазы и лестницы ветвились и струились изворотливыми черными змеями. Ева совсем запуталась и потеряла ориентацию, оставалось полагаться лишь на теплую мягкую руку спутника. В этот момент, больше всего в жизни, Ева чувствовала себя беззащитной. Против Лилии были оскорбления, против смотрительниц пансиона – заносчивость, против простолюдин – высокомерие, даже против самого Темного можно было выставить ложь и неверные заклинания. А что противопоставить тому, кто без остатка занял сердце добротой, уверенностью и трогательной заботой? Как защититься от того, к кому тянешься всей душой?
– Пришли, – сказал Артур и отпустил руку Евы. Лишившись главного источника тепла, девушка почувствовала охвативший ее озноб. Холодный воздух замка лизал оголенную кожу и леденил сердце.
Они стояли перед массивными, в три человеческих роста, дверями черного дерева. Двери были изукрашены узорами белого металла. Узоры складывались в буйно цветущую ветку яблони. Ева охнула и стянула перчатку. Лунный свет упал на ладонь и засеребрил черное цветение на коже. Артур нахмурился, легко, обжигающе, коснулся девичьей руки.
– Опоздал, – глухим эхом пронеслось по пустому коридору.
Артур отвернулся и занялся огромными дверями. Хотя Ева не чувствовала в Артуре ни капли настоящей магии – его ладони засветились от прикосновения к двери. Минута нестерпимо яркого света, гулкий щелчок и дверь со скрипом поддалась.
– Не всякий может войти сюда, – с кислой улыбкой проговорил Артур и пропустил Еву вперед.
Сперва в нос ударил тяжелый запах курений. Ева шагнула в новое помещение с правой ноги и закашлялась, прикрыла нос рукавом. Залу окутывала абсолютная темнота. Лишь в единственное окно высоко в потолке заглядывало несколько лунных лучей. Девушка сделала несколько шагов и наткнулась на высокий постамент. Слепо пошарив руками перед собой, она почувствовала холод камня.
– Можешь зажечь свет? – шепнул Артур совсем рядом.
Ева машинально кивнула и щелкнула пальцами. С ладони сорвался маленький огонек, взвился на уровень глаз и осветил часть комнаты. Ева вскрикнула от неожиданности и охватившего ее ужаса. На губы тут же легла ладонь Артура.
[ image21 ]
– Пожалуйста, не поднимай шум. Мы не должны здесь находиться.
– Что это?! Что это такое?! – зашептала Ева, ухватившись за чужую ладонь.
– Это знахарки, – посеревшим, дрогнувшим голосом ответил Артур. – И лекари. И целительницы. Они все заключили договор с отцом. И остались здесь даже после смерти.
Еву била дрожь, а глаза расширились от ужаса. Еще несколько огоньков взвилось рядом с первым. Насколько хватало света, везде стояли тумбы черного мрамора, на которых покоились тела женщин. Старые, молодые, костлявые, иссохшие и совсем свежие – они спокойно лежали в этом склепе, в своем последнем пристанище. На их лицах не осталось никаких иных выражений кроме полного покоя, будто они и не жили никогда. А на руках, на тех руках, которые еще можно было распознать, черными узорами значились яблоневые цветы.
– Одна, две, три… – принялась считать Ева. – Десять… Двенадцать…
– Наверное, даже отец не знает точное число…
Ева вздрогнула от звука его безучастного голоса, от глаз, спрятанных в темноте и тенях. Это то, что ее ждет? Каменное ложе и пустые слова?
– Отец помог мне найти тебя. И я привел тебя к нему.
Откровение за откровением. У Евы перехватило дыхание, мелко застучало сердце. Маленькие кусочки одной большой мозаики начали складываться в неприглядную картину. Отец помог найти. Он привел. Холодные мурашки пробежались по плечам, и Ева отшатнулась. Поняла.
– Так это был ты?.. Мой проводник? Мой черный пес?
Артур молчал, но теперь смотрел прямо, глаза в глаза. В этих глазах Ева не увидела лжи. Все время это был он. Все время рядом был он…
– Зачем ты привел меня сюда?! – взъярилась Ева. Два огонька ринулись к Артуру и разбились снопом искр об его грудь. – Почему не увел в другое место, почему не оставил в лесу?!
– Потому что я – эгоист. Как еще я мог встретиться с тобой и заставить остаться? Потому что я – сын Темного. И отец пока еще имеет надо мной власть.
Он улыбнулся своей фантастической обворожительной улыбкой, и Ева снова поверила. Он не лгал, говорил, как есть, как думал и как чувствовал. Он искал ее все это время, но нашел, когда стало слишком поздно для спасения от Тьмы.
А ведь это она обрекла его на вечные безрезультатные поиски…
– И решил подвергнуть меня смертельной опасности? – тихо спросила Ева. К горлу снова подступили непрошенные рыдания, слезы обиды, слезы разбитого сердца.
Разве может любовь быть такой жестокой?