Чтение онлайн

И… они хорошо смотрятся.

Вместе.

До гримасы отвращения, которую я с трудом подавляю, хорошо.

Нет, ну не нравится она мне и все!

— Так посидишь? — голос у меня не дрогнул, а взгляд пусть и с трудом, но от рук на груди моего соседа оторвался, и я безмятежно улыбнулась еще шире.

— Посижу.

— Спасибо.

Дожидаться, когда передо мной снова закроют дверь я не стала. Отвернулась первой и ушла за Ником на кухню.

Надеюсь, Сенечки понравятся умопомрачительные туфли этой рыжей мымры, и он их сполна оценит.

— Куда мы едем? — принимая из рук Ника шлем, снова спросила я.

— Сюрприз, — снова с хулиганской улыбкой ответил он мне.

Посверлив этого Мистера загадочность подозрительным взглядом, я все же застегнула шлем и позади него на байке устроилась.

— А держаться? — успела крикнуть прежде, чем взревел мотор.

— А я на что? — крикнул в ответ, опустил защитное стекло и сорвался с места.

А мне осталось только вжаться в его спину и обнять очень-очень крепко.

И зажмуриться, потому что правила дорожного движения писали явно не для всех, и пролетающая слишком быстро и рядом серая полоска асфальта меня напугала.

Пять минут полет — почти в прямом смысле слова — нормальный, десять тоже, а на двадцатой я открыла глаза, начала ловить кайф и получать удовольствие от происходящего.

Нет, сердце все также замирало при очередном обгоне и особо сильном наклоне байка, но… но это было круто до визга и бешено грохочущего сердца!

Особенно, когда мы вылетели из города и помчались по трассе.

Мир словно упростился, смазался, исказился до ломанных цветных линей, акварельных длинных мазков, как на мольберте. И можно лишь догадываться, что темно-зеленая полоса — это лес, белый с оттенками голубого и синего — это небо с облаками, а серое — это асфальт.

Кажется, мы несемся все быстрее, ускоряемся, и мир смазывается окончательно, исчезает вместе со всеми проблемами.

Остаемся только мы: я, Ник и байк.

А еще безграничное чувство свободы, которое невозможно объяснить.

Только испытать.

— Ты бывала когда-нибудь на тест-драйвах?

Спустя десять минут после того, как мы остановились и Ник смог отцепить меня от своей шее, на которой я повисла от избытка эмоций и благодарности, спросил он.

А я лишь отрицательно помотала головой и наконец огляделась.

Мы стояли на асфальтовой площадке. Перед нами высилось одноэтажное строение, по бокам с одной стороны был лес, а с другой высокий забор, за которым раздавался непонятный шум, похожий на машинный гул, что свойственен гоночным трассам.

— Мы где? — эйфория медленно начала отступать, а я думать.

И пятиться.

— На автодроме, — Ник рассмеялся. — Не смотри на меня, как на маньяка!

— И зачем мы тут?

Пятиться я прекратила и вид приняла невозмутимый.

Чего?

Мамины предупреждения про маньяков, лес и сомнительных знакомых все-таки не проходят бесследно!

— Хочу тебе предложить тест-драйв, — Ник протянул мне руку и повел в здание. — Фил, мой друг, владелец автосалона и всего этого. Предоставляет возможность покупателем оценить качество выбираемой тачки. Ну и так у нас тут тестируют по мелочи и вообще…

— У нас?

Ник цокнул языком, приобнял меня за плечи и весело поведал:

— Я, Варвара, его компаньон.

От подобных новостей я споткнулась.

— Подожди, а бармен?

— Ну…

— Ник?

— Бармен, это так, хобби, в своем… клубе, — нехотя признался он.

И прежде, чем я успела что-то ответить, Ник — подпольный владелец заводов, газет, пароходов — втащил меня в здание и познакомил с СанСанычем, который всем здесь заправлял в отсутствии двух лоботрясов, коими были Ник с Филом.

А после мне предложили любую тачку на выбор из имеющихся.

Методом тыка и «вот эта красивенькая» я выбрала красненькую. Chevrolet Corvette Z06, как сказал Ник и похвалил, что хороший выбор, а я, посмотрев на его предвкушающе загоревшиеся глаза, засомневалась.

Меня обрядили в комбинезон и снова выдали шлем, а после через здание вывели на сам автодром, по которому нарезали круги пара машин со скоростью света.

Мы что, тоже так будем?

А может я на трибуне подожду?

Посмотрю там, поболею, кричалки покричу.

Нет, скорей всего, на байке мы гнали примерно с такой же скоростью. Вот только оказывается, со стороны это выглядит страшно до трясущихся поджилок и тошноты, а не «вау, жесть, давай еще»

— Не бойся, все будет окей, — Ник мне подмигнул и в машину галантно усадил.

А я поверила.

И… единственное, что могу сказать: «Знала бы мама, как я провожу свое время, убила б сама», потому что это снова было стирание границ, правил, здравого смысла и страха.

И черт побери, но мне это очень понравилось.

День догорал алло-розовым закатом, солнце медленно скрывалось за трибунами, а запах бензина и масла смешивался с запахом леса и вечера.

Все тест-драйвы закончились, и на автодром опустилась тишина, которой я наслаждалась, сидя на капоте Chevrolet Corvette со стаканом кофе в руках.

Смотрела на закат.

И жизнь была прекрасна.

— Не усни, — насмешливый голос Ника раздался некстати.

Глаза открывать было лень, и я лишь дернула плечом.

— Как тебе свидание? — Ник садиться рядом не стал, лишь прислонился спиной к боку машины и посмотрел на меня.

— А у нас было свидание? — глаза пришлось открыть и к нему немного повернуться, по привычке чуть склонив голову.

— А разве нет? — в глазах Ника заплясали бесята, а губы расплылись в заразительной улыбке.

Я пожала плечами, задумалась на секунду, а после сама с улыбкой проговорила:

— Тогда это было самое необыкновенное свидание в моей жизни.

Насыщенный день — это день, который начинается в пять утра в приемном покое и заканчивается в одиннадцать вечера в обезьяннике.

Впрочем, по порядку.

Вениамин Вассерман, как оказалось позже, где-то вычитал, что автовышка, громадный плюшевый медведь и не менее громадная охапка цветов с утра пораньше по ту сторона окна седьмого этажа — это высотно романтично.