Чтение онлайн

Пошли тут распри, зависть и раздор;

Мать Мелеагра, коли верить книгам,

Сгубила сына... впрочем, разговор

Отложим мы о нем до лучших пор.

Но Мелеагр, что нам всего важнее,

Одним из предков был царя Тидея".

И о царе Тидее повела

Кассандра свой рассказ неторопливый,

Живописуя все его дела:

Как с Полиником он явился в Фивы,

Где Этеокл, Эдипа сын строптивый,

Обманом власть у брата захватив,.

Царил, отцовской воли супротив;

Как пятьдесят кадмейцев, из засады

Напавших на него, сразил Тидей,

А также все подробности осады,

Что семеро затеяли вождей

Вкруг стен Фиванских; и про то, как змей

Дитя ужалил, и про все иные

Предвестья и пророчества дурные.

Про то, как был землею поглощен

Амфиарай, бежавший без оглядки,

Погиб Тидей, утоп Гиппомедон,

Парфенопей смертельно ранен в схватке

(Все в точности по книгам, в том порядке,

Как писано!) - и, наконец, как пал

Сраженный громом Капаней-бахвал.

Поведала, как меж собою братья

Сражались, Этеокл и Полиник:

Как давнее исполнилось проклятье

И смерть настигла их в единый миг;

Аргеи плач, Адраста гневный лик

И град сожженный описала следом -

Чтоб завершить рассказ свой Диомедом.

"В обличье вепря, братец мой Троил,

Во сне Тидеева ты видел сына,

Потомка Мелеагра, что сразил

Под Калидоном вепря-исполина.

В измене госпожа твоя повинна:

Где б ци была она - сомненья нет,

Ей мил не кто иной как Диомед!"

Так молвила Кассандра. Но во гневе

Вскричал Троил: "Ты лжешь, колдунья, лжешь!

Вольно же всякой сумасбродной деве

Пророчицею мнить себя! Вольно ж

На всех взводить напраслину! Ни в грош

Не ставлю я такие толкованья.

Прочь с глаз моих, зловещее созданье!

Я знаю, госпожа моя верна,

Она-то уж не из такого теста,

Как прочие: коль есть на ней вина,

Тогда хулы достойна и Альцеста,

Та самая, что согласилась вместо

Супруга своего спуститься в ад, -

Об этом также книги говорят!"

Кассандра вышла; и вскочив с постели,

Царевич разъяренный позабыл

О хвори, что в его гнездилась теле:

Злость придала ему, как видно, сил.

И с той поры без устали Троил

До истины старался доискаться -

С бедой никак он не желал свыкаться.

Меж тем Судьба, царица перемен,

Что нами правит, волей Провиденья,

И государства обращает в тлен,

И у владык отъемлет их владенья, -

Итак, Судьба, не зная снисхожденья,

Удачу у троянцев отняла

И ощипала бедных догола.

Настало время худших испытаний

С потерей Гектора. Был предрешен

Удел его Фортуною заране.

Увы! неумолим Судьбы закон:

Коль дух она из тела вырвать вон

Замыслила - то способ уж найдется!

В бою настигла смерть их полководца.

Как не скорбеть о рыцаре таком?

Его поднесь оплакивает всякий,

Кто был в сраженьях и владел клинком.

С вождя ахейцев шлем он сбил в атаке -

Как вдруг, внезапней молнии во мраке,

К ним подоспев, копье занес Ахилл

И сквозь доспехи грудь его пронзил!

Не описать, как горевала Троя

О Гекторе (так пишет автор мой).

Но пуще всех о гибели героя

Тужил царевич, брат его родной.

Муж доблестный, отныне всей душой

Он о двойной печалился утрате:

О госпоже своей и милом брате.

Хоть втайне и страшился, что о нем

Забыла госпожа, избрав другого,

Однако в мыслях ночью он и днем

К вдове прекрасной устремлялся снова,

И так как у влюбленного готово

Для милой оправданье всякий раз -

Принц верил, что всему виной Калхас.

То вздумал он, одевшись пилигримом,

Пробраться к ней тайком - да вот беда:

Любой ребенок в богомольце мнимом

Царевича признал бы без труда.

А попадись он грекам - что тогда?

Сколь ни заманчива была затея,

Ее отверг он, горько сожалея.

Он также не ленился вновь и вновь

К ней письма слать, в них уверяя слезно,

Что неизменна, мол, его любовь,

Что невозможно дольше быть им розно -

Пора вернуться ей, пока не поздно!

И сжалилась Крессида наконец:

С ответом прибыл от нее гонец.

Письмо Крессиды.

"Сын Купидона, кладезь благородства,

Меч доблести!
– так начала вдова, -

Немало в положенье нашем сходства;

И где для утешенья взять слова,

Коль я сама от горя чуть жива,

Всего страшусь и с милым поневоле

Разлучена неведомо доколе?

Мольбы и пени, коими полны

Твои посланья, как и та страница,

Где литеры слезой окроплены, -

Проникли в душу мне; но воротиться

Я не могу. Все это разъяснится,

Однако не в письме: неровен час,

Наткнется на него сторонний глаз.

Меня нетерпеливостью излишней

Печалишь ты, идя наперекор

Судьбе, что начертал для нас Всевышний.

Увы! печешься ты с недавних пор

О благе лишь своем. На сей укор

Не гневайся; причина же промешки -

Враждебные нам толки и насмешки.

231 О нас с тобой, к несчастью, довелось

Мне слышать сплетни даже и похуже,

Чем я страшилась. Но побывши врозь,

Мы пресечем их. Говорят, к тому же,

Что ты меня дурачишь; но досужей

Нисколько я не верю болтовне

И полагаюсь на тебя вполне.

Я в город ворочусь, в том нет сомненья,

Однако через день иль через год -

Бог весть; я нынче в трудном положенье.