Чтение онлайн

Во мне поднялось инстинктивное желание обнять её, обнять эту бедную, одинокую женщину. Я знала, каково это — потерять своих родителей, братьев и сестер. Я знала, каково это — бояться снова доверять, снова надеяться. Разве я не боролась с тем же внутренним зверем, что и Катринка, отчаянно желая снова полюбить её и в то же время страшась этого?

Но я сдержалась. Я всё еще не понимала необходимости сохранения тайны. Лжи.

— Почему мне никто не сказал? Или моей сестре? Почему ваши родственные узы держались в секрете? — я могла бы смириться с этой магией, с этим родом ведьм. Но как мне было примириться с этим молчанием?

— В королевских семьях существует негласное правило, что две сестры не могут быть королевами одновременно. Короли, конечно, происходят из земель, которыми они правят. Таким образом, в каждой королевской семье одновременно проживает по одному королю. Но королевы часто выходят замуж за выходцев из других стран. У Элизии уже есть Место Силы. Никто из Девяти не хочет отдавать столько власти какой-либо семье. Они бы с радостью приняли мою сестру в качестве невесты Элизии. Но если бы о нашем родстве стало известно, мне в лучшем случае был бы уготован второй сын. Скорее всего, герцог или отдаленный аристократ. Другие королевства с трудом выносят пребывание под каблуком Элизии. Совет никогда бы не позволил семье Финник посадить членов королевской семьи на несколько тронов. Это была слишком большая угроза. Они бы восприняли это как своего рода государственный переворот. Финники правят Элизией и Блэкторном. С таким же успехом мы могли бы передать Арамор Тирну, а остальное сжечь дотла. Многие из них настолько недовольны властью, которой обладают Аллисанды, что никогда не позволят другой семье стать такой могущественной. Завистливые свиньи, весь этот чертов совет.

Я вспомнила своё детство, то, как мой отец возил нас по державе в надежде найти хорошие семьи. Но я также помнила напряжение. И теперь я поняла, почему мой отец сначала предназначил меня для Каспиана, второго сына. Запасной наследник. Помолвка с Тейлоном много лет назад, наследным принцем Сораваля, должно быть, вызвала переполох. Это означало бы появление короля Аллисанд на троне Элизии. И королевы Аллисанд на троне Сораваля. Я не могла вспомнить, с кем были помолвлены мои братья. Но я знала, что ходили разговоры о том, что Катринка выйдет замуж за сына богатого торговца из Сарасонета.

— Но более того, — продолжала она, — ходили слухи, в частности, о моей семье. Что мы были язычниками. Что мы были ведьмами. Раньше нас звали Фенвик. До Столетней войны. Мы правили Блэкторном тысячелетиями, вплоть до Мраморной стены. Когда Корона выиграла языческую войну, они обвинили моих предков в колдовстве, которое украло магию у Короны Девяти. И за то, что прокляли здешнюю землю. Кровь дракона, начнем с того, что они обвинили мою семью в разжигании войны. И нарушающей мир на этой земле. Мир, который с самого начала был фарсом. Единственные люди, которые знают мир в этом царстве, — это богатые, элита. Ты видела, каково в деревнях, как страдают люди, как они голодают. Тогда всё было точно так же. Если Фенвики и стояли за войной, то только потому, что война была необходима для перемен, — она стала еще более страстной, когда рассказывала историю войны. Её фарфоровые щеки порозовели, а глаза засверкали от усердия. Она судорожно вздохнула и, казалось, пришла в себя. Её руки прошлись по передней части юбок, разглаживая их, и она расправила плечи, прежде чем продолжить более спокойным тоном.

— В наказание за войну и проклятие совет отнял трон у моих предков и передал его Пресидиям. Знатная семья с огромным богатством и обещаниями верности Месту Силы. Моя семья стала изгоями, врагами народа этой страны. Мы пытались сделать мир лучше, а вместо этого нас за это ненавидели. Тем временем Корона становилась всё могущественнее, даже несмотря на то, что магия ослабевала по всему королевству. Даже в то время, когда на мой народ, не только на Фенвиков, но и на языческих ведьм всех мастей, из всех королевств, охотились и убивали. Или запирали. Лишали силы. Достоинства. Их… воли к жизни, — слезы сочувствия заблестели в её черных глазах. — Изгнанные король и королева сменили нашу фамилию с Фенвик на Финник, чтобы избежать дальнейшего позора. Наши земли были захвачены. Наше богатство украдено. И нас обвинили в проклятии. Они были вынуждены скрываться. Они отправились на болота, в тайные уголки королевства, в места, находящиеся за пределами проклятия. И именно там они перестроились, восстановили свои силы. И их сила. Когда они вернулись в мир, незадолго до рождения твоей матери, они были могущественнее, чем когда-либо прежде. Возможно, у них и не было титулов или монет, но у них была магия. Магия в избытке. К тому времени, когда родилась Гвин, мы снова стали благородной семьей, но нам по-прежнему не доверяли. У нас была реальная власть, и у нас была некоторая социальная власть. Но жители Блэкторна купились на ложь, которую им продала Корона. По сей день они всё еще обвиняют нас в проклятиях. За то, что потеряли магию. Но потом было пророчество.

— Пророчество?

Болотная ведьма говорила многими загадками, но она также упомянула о пророчестве. Я надеялась, что Раванна прямо скажет об этом. Но я также перестала бояться спрашивать её о чем-либо. Она поделилась со мной большим, чем я когда-либо мечтала. Или могла бы. Теперь у меня был шанс получить как можно больше ответов.

— Когда рождается ведьма, собирается круг ведьм, чтобы наблюдать за её рождением. Это обычная практика, и так было всегда. Даже сейчас, по всему Блэкторну, те, кто практикует языческие искусства, всё еще практикуют этот ритуал. Сидя, они также накладывают чары, убеждаясь, что ребёнок и мать здоровы и в безопасности, убеждаясь, что все идет по плану, и иногда их останавливает рассказ, и они произносят слова во время родов. Когда родилась Гвин, на небе было две луны. Уже интересное предзнаменование, но она родилась с заклинанием на устах.

— Что это значит?

— Магия, Тессана. Она использовала магию, даже будучи ребёнком. Круг ведьм сказал, что они никогда не видели ничего подобного. Магия, такая же безобидная и слабая, как если бы она исходила от младенца, овладела ими всеми. А потом начались пророчества. Они сказали, что она будет несравненно красива. И так оно и было. Они сказали, что она будет обладать непревзойденной силой. И это сбылось. И они сказали, что она восстановит магию в державе, — она отвела взгляд, её глаза обшаривали кладбище с его горящими цветами. — Чего она не смогла сделать. Потому что они убили её.

— Кто? Кто её убил? — мой голос выдавал, насколько отчаянно я хотела узнать ответ.

Этот единственный вопрос преследовал меня до Хеприна и обратно почти десять лет. И всё же у меня по-прежнему не было ответа.

Её челюсть напряглась, возле уха задергался мускул.

— Ты бы хотела научиться ей пользоваться?

Я думала, что не смогу отвлечься от этого единственного вопроса, от этой единственной тайны, которая перевернула с ног на голову всю мою жизнь и направляла её. Но я была слишком застигнута врасплох, чтобы держать язык за зубами.

— Пользоваться чем?

Она снова повернулась ко мне, напряжение сменилось лучезарной улыбкой.

— Магией, Тессана. Хотела бы ты научиться колдовать?

Искушение магией было настолько сильным, что я почувствовала, как оно поглотило меня целиком. До сих пор я не знала, что хочу использовать магию, но как я могла отказаться от такого обещания? Моя мать, самая могущественная ведьма. Это казалось едва ли возможным.

Но всё же…

— Ты знаешь, кто убил мою семью, Раванна? Мою мать? Пожалуйста, скажи мне.

Её лицо вспыхнуло от невысказанных эмоций, а в глазах промелькнуло что-то жесткое и яростное.

— Я многое рассказала тебе, дитя. Я говорила о вещах, которые давным-давно похоронила. Моё сердце устало. И мой разум слишком переполнен беспокойством о твоём дяде, чтобы говорить о таких вещах. Короткий ответ заключается в том, что я тоже хотела бы знать. Длинный ответ можно было бы обсуждать, дискутировать и домысливать до тех пор, пока мы обе не состаримся и не поседеем.

Моё лицо вытянулось от её решительного ответа. Весь мой дух рухнул.

Она заметила это и потянулась, чтобы положить свою холодную руку поверх моей.

— Мы, конечно, поговорим об этом. Я отвечу на столько твоих вопросов, сколько смогу. И когда Тирн почувствует себя лучше, мы также привлечем его к нашему расследованию. Но сейчас позволь мне дать моим призракам отдохнуть. Позволь моему сердцу согреться твоим присутствием. И, правда в том, что теперь мы можем знать друг друга как семью. Я хочу научить тебя нашим обычаям, Тессана. Я хочу показать тебе силу, от которой ты исходишь. Так поступают женщины в твоей семье. Путь твоих предков. Пожалуйста, позволь мне сделать одну вещь.