Чтение онлайн

– Но всё это не имеет никакого значения, - подавленно произнёс Бэккарт, - всё равно это ничего не изменит. Мы не проснёмся. Выхода нет.

– Выход может быть там же, где и вход...
– Сказала Ленайа, и Бэккарт посмотрел на неё с добродушной улыбкой.

– Мы здесь закрыты, - сказал он, - нет ничего кроме станции.

– Но как же палубы прибытия?
– Спросила Ленайа, - как же красный сектор?

– Я был на нижних палубах, - сказал Бэккарт так, что стало понятно, что он знает, о чём он говорит, и слова вырывались из него, не в силах оставаться не услышанными, - я был внизу... И ты не поверишь, что я там увидел!

Ленайа раскрыла рот, чтобы задать очередной вопрос, но её оборвал резкий лязг. Звук прокатился по рельсу, оповещая о чьём-то приближении. Что-то катилось в их сторону.

– Я тоже слышу!
– Отреагировала Ленайа в ответ на вопросительный взгляд Бэккарта, - нам нужно показаться на глаза, возможно Весельчак нас увидит!

– Весельчак?..
– С недоумением спросил Бэккарт.

Ленайа потянула его за руку, и они направились в сторону мерного шороха перекатывающегося металла. Бэккарт несколько удивился внезапной переменой в действиях Ленайи и потому решил просто следовать. Оглянувшись, Ленайа лишь со снисходительностью посмотрела на то, как он, раскрыв рот, рассматривал экраны вокруг.

– Смотри!
– Вдруг сказал Бэккарт, кивнув головой вверх.

Ленайа подняла голову и услышала, как шум переката прекратился. То, что она увидела, не вызвало у неё никакого удивления, а, скорее, любопытство. Судя по тому, что им встретилось, работа была здесь полностью автоматизирована и не привлекала людей.

Невысоко над ними, на рельсе к верху ногами висел аппарат. Конечно, у него не было никаких ног, это был робот, чья конечность — колесо — была пристыкована к рельсу, а голова, если это можно было так назвать, висела внизу, что и позволяло предположить, что он был вверх тормашками. Круглая голова робота была зеркальной и отражала всё то множество изображений, которое выдавали экраны вокруг. Несмотря на то, что эта зеркальная сфера, которую можно было назвать головой, моталась из стороны в сторону на шарнире, сейчас она неподвижно застыла в одном положении. Аппарат завис у группы экранов и странно оттянул голову на своей шее.

– Мы здесь!
– Тут же выкрикнула Ленайа, бросив руку Бэккарта и замахав ладонями над головой, - ау!!!

– Эй! Мы тут!
– Подхватил Бэккарт, видимо поняв, что это и есть единственный прямой путь для возвращения.

Это привлекло внимание робота. Зеркальная сфера отпрянула назад, а затем аппарат издал тонкий звук, напоминающий удивление. Не медля ни мгновения, робот пронёсся прямо над головой и, ловко перевернулся и скатился по спирали рельса, оказавшись на их уровне, где ему позволяла находиться его одинокая дорожка.

Ленайа посмотрела в своё отражение на отсутствующем лице робота. Робот отъехал немного в сторону, затем вновь вернулся на место, словно рассматривая встретившуюся пару с разных сторон.

– Мы заблудились, - сказал Бэккарт, хотя в его голосе слышалось некоторое сомнение насчёт того, что робот их понимает.

Писк аппарата монотонно завибрировал, затем прекратился, и робот медленно покатился вперёд. Заметив, что ни Ленайа, ни Бэккарт не сделали ни шагу, он остановился и возмущённо взвизгнул.

– Видимо, он зовёт нас куда-то, - догадалась Ленайа, переглянувшись с Бэккартом.

– Верно людей мы здесь не встретим, - предположил Бэккарт, - похоже, что сектор полностью автоматизирован.

Очередной упрямый писк послышался со стороны робота с зеркальной головой.

– Может, он отведёт нас к людям?
– Сказала Ленайа, и словно в ответ на это робот начал издавать беспорядочный набор звуков.

– Думаю, что это он и имеет в виду, - сказал Бэккарт.

Ленайа и Бэккарт пошли за машиной. Робот, не торопясь, поехал вдоль экранов, всё дальше уводя их вглубь лабиринтов. Чем больше они продвигались, тем сильнее Ленайа убеждалась, что заплутать в этих переходах не составляло никакого труда, и без помощи они бы точно бродили здесь очень долго. И всё это время, пока они шли, мониторы рассказывали им о совершенно разных людях, о многообразии их занятий и времяпрепровождения. Ленайа видела, с каким восхищением на всё это смотрел Бэккарт, видимо, восторгаясь грандиозностью проекта, внутри которого жили все эти люди. Её саму же это ничуть не удивляло: ей были незнакомы размеры станции, и она всегда чувствовала присутствие людей так или иначе, пусть даже и не встречалась с ними. Это было просто логично, что человечество где-то находилось после всего случившегося. Ясное дело, что станция была населена людьми. Но так много...

Наконец робот вывел их на площадку с одной единственной дверью. Судя по тому, что на двери было написано «сортировочная лента», люди здесь изредка, но появлялись, хотя и не было видно ни малейшего следа их пребывания. Дверь среагировала на робота, открылась и из проёма вырвался тёплый ветер механической деятельности. Так потеет машина, когда работает на износ. И сложившийся рисунок из звуков говорил о том же — производство шло полным ходом.

Ленайа уже порядком заскучала о лёгкой ненавязчивой музыке, которая по привычке доносилась фоном в повседневной жизни. От здешних клацаний, дребезжаний, лязгов, пневмоударов и шипения ей становилось не по себе. Лишь одно её успокаивало, что всё это вот-вот должно было закончится.

Сразу за дверью пол заканчивался. Он резко обрывалась перед движущимся конвейером. Лишь нарисованная жёлтая пунктирная линия сообщала о том, что пересекать эту границу не следовало. И сразу за ней вереницы гигантского конвейера появлялись из высоких рукавов, проходили непонятный цикл процедур, и уходили в даль, то застывая на месте, то вновь двигаясь в чётком и слаженном ритме.

– Ого!
– Воскликнул Бэккарт, не в силах подобрать слова.

Конвейеры перемещали округлые контейнеры, похожие на капсулы. Их череда то застревала, создавая синхронную качку, то вновь возобновляла ход. Этот технологический процесс занимал всё пространство, которое можно было увидеть в промежутках между контейнерами, и просто не было видно, что происходит с ними в глубинах шума.

Робот продолжил своё движение прямо над пропастью, ведь его не ограничивал пол, и он мог двигаться по своему рельсу куда только заблагорассудиться, ведь коммуникации железного пути паутиной охватывали каждый кусочек сектора. Это позволило аппарату не задумываясь поехать и там, где пола уже не было.

Несмотря на то, что Ленайа не могла идти вперёд вслед за роботом, Бэккарт всё равно преградил ей путь рукой. Они остановились у края и опасливо посмотрели за границу пола. Высота совершенно не ощущалась, потому что её постоянно перекрывали проплывающие мимо капсулы. Лишь шумный механический запах приносило прерывистое в такт движениям конвейера ветер.

Заметив, что гости не могут идти дальше, робот вернулся к проёму двери и озадаченно заверещал на разных тонах. Его голос, если эти звуки можно было так назвать, несмотря на незнакомую методику сигналов, явственно выражал озадаченность и даже какую-то ворчливость. И, словно ответом на его ругательства, решение проблемы наконец пришло.

По одному из многочисленных рельсов к выходу подкатились две капсулы, точно такие же, как те, что качались на поточной линии. К выходу вплотную пристыковалась одна из них, и округлая стеклянная дверца открылась, приглашая в своё маленькое пространство, которого, впрочем, на вид хватало как раз-таки для одного человека.

Ленайа переглянулась с Бэккартом. Робот выжидающе попискивал.

– Что-то мне это не нравится, - сказал Бэккарт.

– Не думаю, что система может причинить вред человеку... – Прагматично рассудила Ленайа и посмотрела в зеркало головы робота, который оставался висеть на своём рельсе прямо за капсулой на высоте.

Он лишь нудно завибрировал на одной ноте, будто бы не понимая, чего ещё ждать.

– Я пойду первым, - сказал Бэккарт, по всей видимости борясь с чувством, которое Ленайе было незнакомо.