Чтение онлайн

– Чем здесь воняет?
– неожиданно интересуется Тарас.

– Какашками!
– хохочет в голос Миша, показывая заляпанный чем-то коричневым кошкин хвост.

– Господи, - Поля подскакивает с места, бежит к дочери.
– Ты где вымазалась?
– рассматривает, нюхает детские ладошки.

– Меняла подгузник Арсению, - гордо заявляет дочь, встряхивая белокурой головкой.

Поля уводит дочь мыть руки.

– Мои дети!
– Алёнка подрывается с места, бежит к лестнице.

Ну, слава Богу! Осознала масштаб бедствия. Перестанет завидовать тройне. С двойней-то ей должно быть чуть легче, чем с тройней.

Хотя... вспоминаю характеры Арса и Варюши. Один из них точно унаследовал Машкин.

Не повезло!

Поля с Машей возвращаются в гостиную.

– Машенька, дочка!
– серьёзно смотрю в карие неморгающие глаза.

– Пойдешь в кадетки?

– Куда?
– хлопает ресничками. Переводит ищущий подсказки взгляд на маму.

– Майю отдадим в модельную школу и на танцы, Мишку - в хоккей, тебя - в кадетскую школу!

– Папочка, я хочу в кадеты!
– глаза сына бесят.

– Мишутка, думаю, тебе не стоит. Ты у меня станешь крутым снайпером, новым Малкиным или Овечкиным!

– Вася, прекрати!
– нервный громкий голос Полины приводит в чувства.
– Распоряжаешься детьми как своими! Ты о них подумал?

А обо мне!

Поля вся дрожит от негодования. Скидывает мою руку со своего колена.

– МОИ дети будут жить со мной! Понял?

– Блин! Милая, я никого не хотел обидеть. В Машуне столько энергии. Ее надо куда-то применить.

– Ты решил избавиться от нее, отправив жить в кадетский корпус?

– Избавиться? Чего несешь?

– Папочка, - Машенька заглядывает мне в глаза.
– Я тебе совсем не нравлюсь, потому что непослушная?
– дочка снимает с руки браслет, отдает мне.

Беру дорогой браслет, недоуменно кручу в руках.

Бросаю на мать своих детей злобный взгляд. Красивая стерва.

Что делать-то теперь?
– вцепляюсь озадаченным взглядом в Машеньку, спрятавшуюся за спиной брата.

– Маша, - подхожу, пытаюсь поговорить. Дочь прячет личико с заплаканными глазенками за спину брата. Мишка выгнул грудь колесом, напыжился весь, глядит на меня коршуном.

– Если Маша уедет, тогда я тоже!
– шантажирует меня.

– И я, - шепчет третья, ловит сестру за руку.

– Полина! Сделай что-нибудь. Объясним, что это была шутка.

– Твои же дети, ты и объясняй, - цедит сквозь зубы.

– Маша, ну прости! Я же начинающий папа. Болел, - давлю на жалость, вымаливая прощение у мелкой, - На Марсе всё было по-другому, - шепчу бессвязно.- Потерял навыки общения.

Любопытство побеждает. Карие глазенки с медовым отливом выглядывают из-за спины брата.

– Я тоже хочу на Марс, - шепчут маленькие губки.
– В следующий раз полетим вместе!

– А кадетам ты меня не отдашь?
– спрашивает дочка с недоверием, глядит испуганно.

– Нет! Честное папино! Ты только моя папина дочка.
– А я?
– Майя недоуменно пялит глазки.

– И ты!

– А я?

– Ты мой единственный сын!

– Папуля, - пищат дочки.

– Папа, - шепчет сын.

Обнимаю разом троих. Я уже научился.

– Чудеса, да и только!
– Алена с Тарасом возвращаются в комнату.
– Обед уже накрыли! К столу!

– Дети как?
– уточняю на всякий случай.

– Машагеддон отложен на неопределенное время, - Аленка трепет моих девчонок по светлым головкам. Дамы идут впереди нас. Мы с Тарасом семеним позади.

– Извини меня за то, что произошло в субботу в отеле!
– бормочу еле слышно.

– Да, нехорошо вышло...- нехотя отвечает Тарас, бросая на меня темный взгляд.

Настоящее. Мадрид

Виталина

Андрэ бросает меня на мягкую кровать, застеленную шелковым алым бельем. Сам падает рядом.

– Андрэ, пожалуйста, не надо, - шепчу дрожащими губами, когда теплая мужская рука проникает мне под платье, пытаясь снять его с меня рывком.

По телу проносится сумасшедший жар. Понимаю, что иступлено хочу парня, но из-за яркого света в комнате стесняюсь раздеться. Он слишком молод и красив. А такие не должны видеть в женщинах ни одной черты уродства, чтобы не разочароваться.

Смотрю внимательно в его темные горящие глаза.

Интересно он догадывается, что я его ни капли не люблю?

Похоже, нет… К лучшему. – Маняще улыбаюсь.

Вырываюсь из крепких мужских рук, стремительно бегу на цыпочках к окну. Пока Андрэ сдирает с себя джинсы и футболку, закрываю наглухо шторы. Быстро скидываю платье, прошмыгиваю в постель.

– Изабелла, в чём дело? Ты согласилась спать со мной. Даешь задний ход?

Инстинктивно прячу настоящие эмоции под толстой шкурой, которую удалось нарастить за годы ада, прожитого в одиночестве вдали от родины.

– Андрэ, прости. Это моя проблема, женские комплексы.

– Не верю! Как можно стесняться такого красивого тела! Бесподобного! – шепчет с придыханием парень с густой темной шевелюрой, черными, как ночь глазами, широкой грудной клеткой, обрамленной черными тестостероновыми волосами.

– Иди ко мне! – шепчу, онемевшими пальцами убираю одеяло с груди.

– Ты - бестия!

Мужчина ложится рядом со мной, и я тут же накрываю нас двоих тонким одеялом.

– Я хочу тебя видеть! – шепчет он, целуя мои ключицы.

– Ты видишь!

– У тебя не было мужчин все эти годы?

– Клянусь! За семь лет ни одного!

Температура нашей дружбы с Андрэ давно перевалила за нормальную отметку, поэтому, когда мужчина предложил секс, я согласилась.

Давать обратный ход сейчас не намерена. Несмотря на ненависть к себе и… своему телу.

Андрэ ласково гладит меня, и потихоньку успокаиваюсь. Прикрываю глаза, отдаюсь ласке.

Температура в комнате мгновенно повышается. От жара наших тел простынь нагревается до температуры на поверхности Солнца.

Мужская рука двигается к пупку, и я нервно дергаюсь.

– Малышка, в чём дело? Я не обижу, всё по согласию.

– Не надо трогать мой живот. Не люблю!

– Странная ты!

Ещё бы. Даже не знаешь, насколько я странная! – ухмыляюсь, вцепляясь пальцами в мужские плечи.