Чтение онлайн

И вот так просто Раш снова становится героем, перед прощанием объясняя маме Билли, что именно нужно сделать, чтобы увидеться с ним перед игрой.

– Что? – спрашивает Раш, обнаружив, как пристально я на него смотрю.

– Ничего.

– Тогда почему ты так на меня смотришь? – не отступает он.

– Имеешь в виду с восхищением от того, как ты ладишь с любым фанатом, что к тебе подходит? Ты не обязан тратить личное время…

– Знаешь, сколько игроков убили бы, чтобы оказаться на моем месте? Надевать бутсы, форму и каждый день играть за любимую команду в игру, что подарила тебе жизнь? Так с чего бы мне не быть милым?

В этот момент я чувствую, как Раш навсегда овладевает кусочком моего сердца.

– Не позволяйте татуировкам и репутации обмануть вас, потому что внутри Раш Маккензи тот еще добряк.

– Тише, никому не рассказывай, – подмигивает мне Раш, прежде чем оставить на моих губах поцелуй.

Когда он снова присаживается на песок и, опершись на локти, подставляет лицо солнцу, я задаю вопрос, на который он уже ответил Билли:

– Так ты все решил? Собираешься вернуться домой?

Раш бросает на меня взгляд, прежде чем снова посмотреть на океан, на детей, что учатся серфингу. Они на двадцать лет моложе нас, так что координация у них куда лучше.

– Что касается меня, то никакого решения и не требовалось. Уверен, у Финна свои соображения, но это моя жизнь, моя карьера… так что последнее слово за мной.

– Так и должно быть, – несколько раз киваю я, обдумывая его слова. Он ответил правильно, черт возьми, но услышать это – значит признать, что это правда.

Признать, что он действительно уедет.

– Почему же в твоем голосе столько разочарования?

Я не могу сдержать улыбки.

– Потому что это означает, что я не выполнила свою работу, не сделала того, для чего меня наняли.

– И только поэтому? – спрашивает Раш, пытаясь заставить меня признать, что я буду по нему скучать.

А я буду. Вообще-то, какое-то время я точно буду испытывать боль, но не собираюсь говорить об этом.

– Нет, не только поэтому. Понятное дело. Что-то же должно положить конец этому ужасному сексу.

Мы громко смеемся, и Раш укладывает меня на спину. На этот раз поцелуй получается более продолжительным, гораздо менее игривым. Ощущается по-другому.

Я не могу понять, как именно, но, когда Раш отстраняется и смотрит на меня, в его взгляде читается напряженность, притяжение, вызванное эмоциями, которым нет названия. От этого у меня в горле образуется комок.

– Мне жаль, – говорит он. – Не хочу оставлять тебя на произвол судьбы.

– Кэннон, скорее всего, понимал, что удержать тебя здесь будет нелегко. Я же, узнав, что его целью стал именно ты, тут же осознала, что нанимать меня не было смысла. – Я стряхиваю песчинки с его лба, потому что с каждым мгновением необходимость прикоснуться к нему становится только сильнее. – Но я согласна с тобой, Раш. Тебе лучше вернуться. Любой, кто скажет обратное, заботится о собственных интересах, не о твоих. Ты точно не должен уходить из Премьер-лиги. Твое место там.

– Мое место в «Ливерпуле». – В глубине души я знаю, что он верит в то, что говорит. Его будущее – футбольный клуб «Ливерпуль». У меня сжимается сердце, когда я вижу его встревоженный взгляд. – Остается только надеяться, что они решат оставить меня, – оттолкнувшись, чтобы сесть рядом, Раш одаривает меня мимолетной улыбкой, которая тем не менее не касается его глаз.

– Эй, – кладу я руку ему на спину. – Переговоры проходят плохо?

Какое-то время Раш молчит.

– Не знаю, спрашиваешь ли ты как друг, который сочувствует мне и хочет оказать поддержку, или же как невероятно хороший агент.

– Может, и то и другое, – с улыбкой пожимаю я плечами.

– По крайней мере, ты честна, – усмехается Раш. – Однако возникает вопрос: почему ты не предложила мне перейти в «КСМ»? Ты сказала, что контракт с Кэнноном это позволяет, но так ни разу и не подняла эту тему.

Я смотрю на океан, пока задаюсь тем же вопросом. Размышляю над этим. Раш Маккензи – откровенный человек, так что он заслуживает того же в ответ. Несколько недель назад я избегала разговора об этом, поскольку не хотела раскрывать карты. Но теперь? Теперь я доверяю ему даже больше, чем раньше.

– Я поддалась импульсу, когда приняла предложение Кэннона. Злилась на семью, которая меня контролировала, а также была расстроена разговором, который подслушала на одной из конференций.

– Чем же тебя так разозлила твоя семья?

– Они заставили меня чувствовать себя так, словно я потеряла их доверие. Будто были не уверены, что я способна справиться со своей работой.

– Так ты приняла предложение Кэннона, чтобы показать, что они ошибались? Но каким именно образом? Удовлетворив его требования?

– Что-то вроде того, – бормочу я, не желая признавать, что обещала отцу сделать Раша своим клиентом.

– Кэннон поручил тебе невыполнимое задание, учитывая, что я никогда и не хотел оставаться в США, – замечает Раш. – А что именно сказали агенты, чей разговор ты подслушала?

Я делаю глубокий вдох и решаю выложить всю правду, но потом понимаю, что тогда Рашу станет ясно, почему я не хотела начинать то, что теперь есть между нами.

– Они обвинили меня в том, что я сплю с потенциальными клиентами, чтобы переманить их на свою сторону.

– Это правда? – невозмутимо спрашивает Раш.

– Не так, как они это представили. Какое-то время я действительно встречалась со спортсменом, который в итоге выбрал меня как представителя своих интересов. Отсюда и слухи. – Я вывожу собственные инициалы пальцем на песке. – Я не хочу извиняться за то, что ношу высокие каблуки, или за то, как одеваюсь.

– То есть за то, что одеваешься как профессионал? – смеется он. – Ни одна женщина не обязана извиняться за то, как она одета. Мужчина может найти ее сексуальной, но это не позволяет ему обвинять ее в том, что она спит с клиентами.

– Спасибо.

– Никто не должен… Ох, – протягивает Раш, которого явно осенила неожиданная мысль. – А теперь ты спишь со мной, со спортсменом, которого должна сделать своим клиентом. Неудивительно, что ты была так непреклонна…

– Да-да, именно поэтому, – смеюсь я, пока размышляю, стоит ли рассказывать ему, что Финн был тем негодяем, который распустил слухи.

Но я все же решаю умолчать об этом.

Я хочу, чтобы Раш перешел в «КСМ» благодаря моим усилиям, а не потому, что разозлился на своего агента, плохо поступившего с женщиной, с которой он теперь спит.