Трудное счастье мое
Шрифт:
Вот это да… Не ожидала я такого от Паши, доброго семьянина и отличного отца.
— Это тебе Арина наплела? Лен, кому ты веришь?! Она же ревнивая скандальная баба с беременными гормонами! Но ты-то у меня умная, неужели поверила?
С каждым словом Паша смелел и все больше выпрямлял спину, а в конце уже требовательно заглядывал в глаза и даже повышал голос, пытаясь выставить меня виноватой во всей этой ситуации. Но и у меня было, что сказать ему.
— Я не Арине поверила, Паш. А своим глазам.
— А что ты такого увидела, интересно? Мы просто разговаривали, я помог Варе налить воды в лейку. Цветы мы поливали, Лен! Что там можно было увидеть?!
Не стала я объяснять Паше, что не сцену в кабинете имела в виду, а то, как он потел, бледнел и изворачивался, чувствуя за собой вину. Именно его поведение сказало мне больше, чем взволновано наорала в трубку Арина.
И, тем более, я не напомнила Паше о его физическом неприятии горшечных цветов и всего, что с ними связано. Ни разу в жизни он не полил ни одного цветочка у нас дома, и я даже отдавала наши немногочисленные растения соседке, когда ложилась в роддом или в больницу с детьми. Паша и цветы — понятия несовместимые, такие же, как я и бетономешалка или я и цепная пила. Уверена, — Паша тоже забьет тревогу, если увидит у меня в руках рычащий инструмент или ведро с цементом.
— Лен.. — Растерянный голос Паши толкнулся в спину, но я не обернулась.
Не хочу больше оправданий, заискивающих взглядов, сменяющихся обвинениями, и вот этого всего, что пытался свистящим шепотом навязать мне муж.
— Лен, все нормально?
Нормально, Паш, нормально. Все у меня хорошо. Только времени маловато, но в этом ты меня поймёшь. А время мне сейчас ой как нужно. Работы невпроворот. Почему? Да потому, что многому предстоит учиться, должность-то новая, обязанностей море. А я, возможно, скоро стану разведенной женщиной, и придется мне рассчитывать только на себя. Поэтому, все нормально, Паш, но я пошла.
Все это я передала мужу без слов, одним долгим безучастным взглядом и, кажется, успешно. А потом развернулась и пошла к себе в отдел, уже полностью спокойная и поразительно холодная. Все мои эмоции испарились, как по щелчку пальцев фокусника. Ушла обида, тревога, высохли непролитые слезы. Осталась ясная голова и даже какое-то удовлетворение от впервые в семейной жизни построенных личных границ.
****
— Леночка, поможете мне с бухгалтерией? — Просьба Ольги Анатольевны отвлекла от разглядывания ровных столбцов развернутой на мониторе таблицы, и я с облегчением отодвинула пухлую папку, набитую нужными для сверки приказами.
— Что нужно сделать?
Ольга Анатольевна встала из-за стола, поправила безупречно сидящую на узких бедрах юбку-карандаш, и поцокала к двери, жестом пригласив меня следовать за ней.
— Нужно порыться в их архиве, у нас не хватает данных по матпомощи за прошлый год.
Я подумала, что Ольга Анатольевна оставит меня одну в забитом стеллажами с папками помещении, но она поставила стремянку в соседнем ряду и смело взобралась на нее в узкой юбке, и уже там, на высоте, играючи принялась двигать тяжёлые коробки с бумагами.
— Давайте, может, я поищу наверху? — неуверенно предложила я, сама не горя желанием карабкаться под потолок, но я хотя бы в штанах и удобной обуви без каблуков.
— Нет-нет, Луна, я сама. Мне не трудно, не беспокойтесь. — В доказательство Ольга легко подняла одной рукой увесистую на вид коробку и переставила ее на соседнюю полку.
Некоторое время мы молча занимались поисками, откладывая нужные папки на стол, но вскоре мое состояние заметили.
— Луна, у вас все в порядке? Вы сегодня сама не своя.
Наверное, мне надоело постоянно "держать лицо", поэтому я спокойно и отстраненно, словно эта история не касалась меня лично, рассказала начальнице о событиях сегодняшнего утра.
Раскрыться перед практически чужим человеком мне помогло ее внимательное отношение — слушатель из нее был замечательный. Не перебивала, не делала круглые глаза и не ахала возмущённо, а просто сосредоточенно слушала мой рассказ и слегка кивала.
— Я так понимаю, вы с Павлом успели поговорить?
Я даже не удивилась ее вопросу, хоть и не заметила свидетелей нашей стычки в коридоре. Оборотни, что с них взять. Наверняка, уже и Артем в курсе всех подробностей.
— Обсудили в двух словах сложившееся положение, — криво усмехнулась я.
— И что же Павел? Отрицает? — отзеркалила мою гримасу Ольга, и мы дружно, хоть и не слишком весело, рассмеялась.
— Отрицает.
— А вы, Луна? Вы как? Сильно… расстроились?
Я вздохнула.
— Не знаю, как описать свое состояние, но простое "расстроилась" тут не подходит. Расстраиваюсь я, когда дрожжи в тесте не срабатывают или пирог подгорает. А сейчас.. — Я задумалась на секунду, подбирая слова, — сейчас у меня заледенело все внутри. Я не шучу. Вместо сердца кусок льда и эмоций никаких.
Я растерянно развела руками, не зная, как ещё объяснить то, что творилось у меня в душе. Ольга грустно улыбнулась и взяла меня за руку.
— Я чувствую, Луна. От вас веет холодом. И знаете что? — В глазах начальницы заблестели хитрые, но очень добрые искорки. — У меня есть отличный способ согреться и отвлечься! Я приглашаю вас сегодня к себе в гости!
— Но…
— Нет, Луна, отказа я не приму!
— У меня сын в садике… И Марине нужно позвонить..
— Заедем после работы, заберём сына и сразу ко мне. А дочке в любой момент позвоните. Ну же, Луна, решайтесь! Будет весело. У меня бассейн есть, Андрею понравится. Кстати, Саша опять гостит у Артема вместе с отцом, пока мама отдыхает на море с подругами, так что компания Андрею обеспечена.
Предложение Ольги прозвучало для меня неожиданно, но, поразмыслив над ним, я поняла, что очень хочу к ней в гости. Или, возможно, я так же сильно не хочу возвращаться в квартиру, куда придет и Паша. А вместе с ним и тягостная необходимость что-то обсуждать, решать, даже ссориться. А если и не ругаться, то сидеть каждый в своем углу и бесконечно гонять в голове многочисленные вопросы и обиды.
Нет, не хочу я сегодня ничего выяснять, и смотреть в недовольное лицо мужа тоже не хочу. Лучше уж посидеть с прохладным коктейлем в шезлонге у бассейна под смех счастливых детей.
— Вот и отлично! Договорились. — Ольга звонко хлопнула в ладоши и решительно поднялась. — Кажется, мы нашли все, что нужно, теперь бы донести это богатство до кабинета и не растерять по дороге.
— Нам бы тачку, — протянула я, оценив две стопки плотно набитых папок, но у моей пробивной начальницы был свой план.
Она вышла на несколько минут и вернулась уже в сопровождении двух крепких мужчин.
— Луна.
— Луна.
Незнакомцы дружно почтительно кивнули, подхватили каждый по стопке и вышли, оставив меня в некотором смущении. Интересное дело, — я вижу их в первый раз, а они меня знают, Луной называют.