Тшай планета приключений.
Шрифт:
Затянувшийся приятный отдых был для Рейта желанной передышкой, но его грызла тревога: что происходило в Сивише? Найдет ли он звездолет целым и невредимым, или все его планы пойдут прахом? Жив ли коварный Айла Вудивер? Что замышляют дирдиры в своем кошмарном городе по другую сторону пролива? И какое задание выполняют две старухи, подосланные гжиндрами? Эти появлялись на палубе только глубокой ночью, совершали короткую прогулку в носовой части фелуки и возвращались к себе. Как-то раз Рейт притаился в тени на корме и наблюдал за ними, чувствуя, как волк в засаде, что у него шерсть поднимается на загривке. Он так и не понял, почему Сеитикс с уверенностью причисляла их к гжиндрам, но в отсутствие достаточной информации вынужден был предполагать худшее — мысли о будущем пробуждали самые мрачные опасения.
Однажды, в бледно-рыжеватой утренней мгле, из моря показались Зашанские острова, три вулканических столба среди круто спускающихся уступами берегов, усыпанных валунами и заросших псильями, кьянтусами, свечным орехом и перелетиполем. На каждом острове к центральному утесу карабкался город — кривосторонний треугольник похожих на ульи хижин, насевших одна на другую, как соты в осином гнезде. Хижины воззрились в море сотнями пустых черных глаз-бойниц, в воздух поднимались сотни струек дыма.
«Ньиахар» зашел в гавань крайнего южного острова и, маневрируя, чтобы не столкнуться с отходившим паромом, приблизился к пристани, где ждали колченогие зашанские портовые рабочие в черных набедренных повязках-дхоти и черных полусапожках с загнутыми вверх носками. Они подхватили швартовы, «Ньиахар» причалил. Как только спустили трап, на палубе началась толчея. Грузчики открыли люки, стали носить на берег кипы выделанной кожи, мешки с мукой из стручков травы пилигримов, ящики с хозяйственной утварью.
Рейт и Сеитикс тоже сошли на берег. Шкипер угрюмо прикрикнул им в спину: «Отправление точно в полдень, опоздавших не ждем!»
Вдоль берега была устроена прогулочная эспланада. Над ней громоздились крутые террасы, тяжеловесно инкрустированные гроздьями ульеподобных жилищ. Сеитикс обернулась через плечо: «Идут».
«Гжиндры?»
«Да».
Рейт с отвращением крякнул: «Ты права. Им приказано не спускать с нас глаз».
«Нам уготована участь хуже смерти, — бесцветно промолвила Сеитикс. — В Казаине они доложат пнуме, и ничто нам не поможет — мы кончим свои дни в непроглядной тьме».
Рейт не ответил — сказать было нечего. По соседству с основной гаванью двумя пирсами огородили док-бассейн для паромов. Рейт и Сеитикс задержались, наблюдая за прибытием парома с других островов — широкой баржи с одинаковыми рубками управления на носу и на корме. Едва уместившись между пирсами, баржа приткнулась к эспланаде. На берег высыпала целая толпа, не меньше двухсот зашанцев всех возрастов и размеров. Такая же толпа хлынула с берега на паром — длинная вереница пассажиров, плативших толстяку, сидевшему перед будкой у прохода, образованного распахнутыми панелями носового борта. Как только все взошли на палубу, паром отошел от берега. Нос превратился в корму, панели закрыли уже на ходу. Минуту-другую Рейт смотрел вслед удалявшейся барже, потом отвел Сеитикс в открытое кафе для ожидающих напротив дока, усадил на скамью за столом, поймал официанта, заказал сладкого вина с бисквитами и пересек эспланаду, чтобы побеседовать с толстым контролером, пересчитывавшим цехины в будке. Сеитикс нервно озиралась по сторонам. Поодаль, под уступом в тени каменной лестницы, спускавшейся к морю, притаились две неподвижные фигуры в сером. «Гадают, куда это мы собрались», — подумала Сеитикс.
Рейт вернулся: «Следующий паром отходит примерно через час — за пятнадцать минут до полудня. Я уже заплатил за проезд».
Сеитикс не понимала: «Но в полдень мы должны быть на борту фелуки?»
«Так точно. Гжиндры поблизости?»
«Только что сели за стол — в глубине, под навесом».
Рейт мрачно усмехнулся: «Они у меня поломают голову».
«О чем? Им ничего не стоит пройти за нами на паром».
«В том-то и дело».
«Значит, мы поедем на другой остров? Зачем? Бесполезно!»
«Не совсем. С другого острова может отплывать другой корабль — а куда, гжиндры не знают».
«Ты уже расспросил про корабль?»
«Нет».
«В любом случае, тогда гджиндры поедут с нами, а «Ньиахар» отправится без нас!»
«Надо полагать. Не думаю, что капитана будут терзать угрызения совести».
Проходили минуты. Сеитикс волновалась: «Скоро полдень». Она то и дело посматривала на Рейта с бесхитростным недоумением. Ни один человек на Тшае — по крайней мере из тех, кого она видела — не походил на него ни поведением, ни внешностью.
«А вот и паром, — Рейт встал из-за стола. — Пойдем-ка поближе к доку, нам нужно быть первыми в очереди».
Сеитикс тоже поднялась. Рейт выводил ее из себя: что он задумал? Они подошли к самой кромке воды. Вокруг собрались другие пассажиры — толкаясь, потея, сплетничая, ругаясь. Рейт спросил: «Где гжиндры?»
Сеитикс оглянулась: «Стоят в конце очереди».
Паром причалил — бортовые панели открылись, прибывшие повалили на берег.
В суматохе Рейт бормотал подруге на ухо: «Держись поближе к будке сборщика цехинов. Проходя мимо, быстро спрячься внутри. Он не возражает».
«Ага!»
Стали впускать отъезжающих. Рейт и Сеитикс поспешно протиснулись вперед. Оказавшись у будки контролера, Рейт нагнулся и одним шагом проскользнул внутрь. Через секунду Сеитикс была там же. Напирая друг на друга, островитяне передавали сборщику кристаллы, поднимаясь на палубу. В числе последних, вглядываясь в мельтешащую на пароме толпу, шли старухи-гжиндры. Понукаемые опаздывающими, они взошли на палубу. Толстяк-контролер сразу захлопнул бортовые панели. Паром дрогнул, медленно отчалил и набрал скорость, выходя из гавани. Рейт и Сеитикс выбрались из будки. «Почти полдень, — сказал Рейт. — Пора возвращаться на фелуку».
10
Порывистые ветры гнали «Ньиахар» на юго-восток, к берегу Кислована. Волны чернильно-черного моря вздымали и сбрасывали фелуку, шипя белой пеной.
Утром еще одного непогожего беспокойного дня Сеитикс присоединилась к Рейту, стоявшему на носу. Несколько минут они молча смотрели на жидкие соленые горбы, в упрямом волнении разбивавшие золотой свет Карины 4269 на тысячи осколков и призм.
Сеитикс спросила: «Что с нами будет?»
Рейт покачал головой: «Не знаю. Что будет, то будет».
«Но ты все время не в себе. Ты чего-то боишься?»
«Я боюсь человека по имени Айла Вудивер. Не знаю, жив он или нет».
«Кто такой Айла Вудивер? Чем он тебя пугает?»
«Вудивер — умный, опасный человек. Я его встретил в Сивише. Скорее всего, он мертв. Я надеюсь, что он мертв. Меня похитили во сне. Мне снилось, что ему раскроили голову».
«Тогда о чем ты беспокоишься?»