Чтение онлайн

Я попрощался с Раулем, выразившись в том смысле, что его груз мы постараемся вернуть уже завтра вечером. В любом случае, видеть эту сальную рожу, означало испортить себе настроение как минимум часа на два. Зайдя в нашу общую с парнями, мазанку, я присел за стол, плетёный из лёгкого, но очень прочного сорта местного камыша, который был тем более ценен, что очень плохо загорался, а высыхая, становился очень прочным на излом. Трое спало под опущенной москитной сеткой после ночной вылазки, ещё двое чистили оружие, осматривая наши хитрые, по местным меркам, АКМН [13] Раскинув подробную карту района и затеплив фитиль в керосинке, я стал прикидывать действия «водил» каравана федералов. Пойдут они там, где и сказал подполковник Серебрянников, в просторечии просто «батя». Поскольку он был старше всех в нашем небольшом коллективе наставников. Груз они будут переправлять на руках, складывая тюки и ящики на северном берегу и лишь потом снова навьючат его на мулов. При таком сильном течении ручья, или вернее сказать, небольшой но очень бурной речушки, логичнее было поступить именно так, чтобы избежать риска потерять животных и груз. План виделся мне очень простым: дождаться, пока противник выдвинет передовое охранение на противоположный берег и разделиться на две группы: одна ударит во фланг охранению каравана, когда бОльшая часть груза уже окажется переправлена на северо-восточный берег речки, поскольку вряд ли противник решиться снаряжать мулов по одному. Вторая группа собьёт средства прикрытия на противоположном берегу и отсечёт поползновения основной группы охраны, задействовав управляемые мины, которые мы развесим по деревьям загодя. Тут важно будет подгадать момент, когда груз, или по крайней мере, его основанная часть, федералы перетащат на северо-восточный берег реки, чтобы содержимое не пострадало во время стычки…

От размышлений меня отвлёк далёкий гул двигателя. Американские F-14 морского базирования, судя по воющей нотке в тоне звука, это странно: местные закупались у французов, амеры поставляли сюда только старенькие «ирокезы» [14] помнящие ещё Вьетнам. В свете новых договорённостей о борьбе с наркомафией, колумбийцы получили около двух десятков этих подержанных жестянок, чем очень гордились. Но истребители… Это могло означать только одно: новые друзья затевали какую-то грандиозную пакость и подтянули к колумбийским берегам ударную авианосную группу, разрешив амеровским «птичкам» свободно парить в своём воздушном пространстве. Нужно уточнить оперативную сводку у нашего радиста Иванова. Или как его тут звали — камрад Чжан. Степан Иванов, был нашим специалистом по связи, бурят по национальности, старший лейтенант по званию и очень спокойный и приветливый человек по жизни. Наши особисты ничего лучше придумать не смогли, как окрестить Стёпу китайцем. Такой выверт мог бы обмануть гражданского или не сильно искушённого в вопросах распознавания рас человека, но самих китайцев или американских разведчиков вряд ли удастся провести. Более чем уверен, Стёпу уже тоже в досье с первичными установочными данными окрестили русским военным советником, не делая скидок на такие мелочи, как разрез глаз, форма носа или овал лица. Все всё понимали, но в нашей профессии, такая нелепая легенда делалась в расчете именно на обывателя, буде тому попадётся фотография, сделанная каким-нибудь шустрым иностранным журналюгой. Ведь именно налогоплательщиков будут пугать «жёлтой опасностью» в лице упёртых коммунистов с ядерными ракетами, мечтающих украсть покой и благополучие среднестатистического Джона Джонсона, мирно пьющего кофе и читающего этот бред со страниц вполне респектабельного издания.

Камрад Чжан разместился вместе со своими железками в пещере, на глубине двадцати метров от поверхности. Антенна была замаскирована в зарослях и располагалась на другом конце лагеря. Мы слушали частоты федералов и некоторые переговоры с базы в Санта Хос, где амеры тренировали местных рейнджеров. Но основная функция степанова хозяйства, была в поддержании связи с «учёными», с гидрографического судна «Академик Владимир Александрович Потапов». [15] По сути, это был корабль радиоэлектронной разведки, который обеспечивал нам связь с Москвой и снабжал всякого рода информацией, от расшифрованных радиопереговоров американских «коллег», до сводки погоды на месяц вперёд. Американцы тоже знали, что «Академик Потапов» не просто безобидное гидрографическое, научное судно. Много раз они пытались навредить мирному судну. Но на этот случай, рядом почти всегда оказывались то группа советских кораблей, то опять же наш подводный ракетоносец, а на случай пакостей помельче, на борту корабля всегда штатно числилось с десяток крепких парней, очень ловко обращающихся с аквалангами и огнестрельным оружием. Боевые пловцы, сопровождали судно всякий раз, когда намечалась хотя бы видимость неприятностей, со стороны противника в лице аналогичных структур американцев. До открытого противостояния доходило редко, но я пару раз слышал, что стычки приводившие к потерям с обеих сторон были и являлись чем-то вроде соревнования со смертельным исходом.

Миновав вход в пост радиосвязи замаскированный под трещину в поросшей буйной растительностью, скале, я спустился по выдолбленным прямо в камне ступеням вниз. Потом пройдя ещё два поста охраны и поздоровавшись с одним из бойцов, кажется он тоже был из Пскова, [16] оказался в просторном, прохладном помещении прямоугольной формы, освещаемом рассеянным светом двух ламп дневного света. По сути, всё электричество в отряде работало на это помещение, являющееся нервным центром местного партизанского движения. Отсюда передавались сведения нашей разведки местным «команданте» и «генералам», сюда же стекалась и вся собранная в регионе информация, пусть не широким, но бурным потоком утекавшая в советский разведцентр, за много тысяч километров отсюда. Весь отряд Рауля, просто являлся прикрытием и защитой для хозяйства, где командовал камрад Чжан. Стёпа сидел ко мне вполоборота, уставившись в светящийся зелёным светом экран монитора ЭВМ. Пальцы связиста бодро стучал по клавишам довольно миниатюрной клавиатуры и он обратил на меня внимание, только когда я Чжана за плечо.

— Здрав буди, червь подземный, чем порадуешь?

— А, здоров, Егорша. — связист рассеянно улыбнулся. От чего лицо его приобрело несколько зловещий вид. В зелёных отсветах монитора и некоем полумраке, круглое, с едва пробивающейся порослью бороды и усов, оно напоминало морду демона с буддийских фресок. — Совсем зашиваюсь: данные последние полчаса поступают непрерывным потоком. Обрабатывать еле успеваю.

— К нам опять гости пожаловали?

— Уже рассказали. — связист только прищёлкнул карандашом, который он всегда вертел в пальцах по столу. — Ну…

— Не кипятись, Степан. Амеры снова в местное небо пролезли, я ж их движки из тысячи узнаю. Пара истребителей, минут двадцать назад прошла над лагерем.

— А-а-а… — Стёпа чуть успокоившись, снова метнулся к зарослям проводов и железа, выудив рулон распечатки, лихо заткнув карандаш за ухо. — Верно догадался: в нейтральных водах сейчас болтается ударная группировка второго флота США.

— Кто на сей раз пришёл? — Я подвинул криво сколоченный табурет вплотную к столу связиста — Уже точно можешь рассказать?

— Многоцелевой авианосец «Энтерпрайз». [17] С ним два крейсера: «Норфолк» и «Геверин», а также три эсминца. Это странно, но группа усилена подводной лодкой класса «ЛосАнжелес». Что они тут делают такой толпой, просто ума не приложу. Московский Центр тоже помалкивает, хотя запрос я послал десять часов назад. Пока есть только приказ наблюдать и слушать.

— Сам-то чего думаешь? — Стёпа у нас был чем-то вроде пророка. Когда дело касалось ближайшей перспективы, его прогнозы сбывались с точностью до третьего знака после запятой. — Не просто так же они тут трутся.

— Есть одна странность, вот смотри… — связист щёлкнул какой-то кнопкой и на зелёном фоне монитора, появилась топографическая карта побережья, с какими-то странными отметками. — Десять часов назад, три грузовых вертушки, в сопровождении вертолётов и звена истребителей пошли на юг, в сторону джунглей.

Интересно девки пляшут. В указанном направлении были только непроходимые джунгли и груды поросших лианами и всякой растительной мелочью камней. Раньше там копошились археологи, но после трёх похищений и перманентного грабежа членов направляемых к развалинам экспедиций, мирные люди туда больше не совались.

— Там ни черта нет. Только болота да заброшенные руины индейского города. Мы всё там излазили, примерно месяц назад, это пустышка. Ни тебе подземных коммуникаций, ни пещер, просто груды поросших лианами каменных глыб и всё. — Стёпа задумчиво сунул в рот кончик обгрызенного карандаша и уставился в зелёный экран ЭВМ. — Чего амеры там ищут — сам пока не пойму.

Стёпа усмехнулся и кивнул на карту. Выделив группу точек ровно на том месте, где располагались руины.

— Думаю, что им нужна база. Тут всего одна нормальная дорога и куча всяких мелких тропинок, если я всё правильно рассчитал, отсюда американцы будут вам сильно пакостить, а попытки их выкурить, обойдутся нам примерно как три к десяти.

— Контора?

— Вот тебе и ещё одна загадка, Егорша: группа использует штатные частоты NSA, более того, я услышал знакомое имя одного их крутого спеца — Майкла Стокса. Это означает, что кто бы к нам в гости не прилетел, это очень серьёзные игроки. Тебе и бате стоит быть на стороже, заваруха будет та ещё, нутром чую. Стокс работает только над проектами высшего приоритета, последнее время, курировал закрытую тему по созданию средств связи для новой, глобальной системы «Эшелон-4». Это сверхбыстрая связь, планируется интегрировать в неё систему управления всеми вооружёнными силами США. Спец такого уровня, не полетит за тридевять земель просто развеять скуку. Всё очень, серьёзно, Егор.

— Ветер судьбы… — Невольно вырвалось у меня услышанное от медички словосочетание, которое задело тревожные струны в душе, волнуя помимо воли и нагоняя озноб.

— Чего?

Иванов непонимающе поднял на меня глаза и не дождавшись пояснений быстро застучал по клавишам. Потом что-то пискнуло в недрах его аппарата и связист с уверенностью ответил.

— Просто муссон. Придёт сюда через пять-семь дней. Это тут обычное дело, бывает раз в три года. Сильный, но не катастрофа же.

— Я не о погоде сейчас… — Усилием воли удалось прогнать сосущее чувство беды. — Ладно, Стёпа, дай мне данные по радиоперехвату за сутки и я пойду. Дел много, ещё на склад надо, да ребят инструктировать.