Чтение онлайн

— Итак, — проговорил Витя, — раз уж теперь все присутствующие в курсе, самое время признаться вот в чем: как ни прискорбно об этом говорить, но, скорее всего, именно я виноват в том, что мой чокнутый брат узнал адрес Вероники. Видимо проследил за мной от самого дома, когда пронюхал, что я собираюсь у нее переночевать.

— Переночевать, значит? — нахмурился Тимур. — И давно вы так ночуете?

— А мне вот тоже интересно, — встряла Зинаида. — Это что ж получается… Сначала ты наплел ей о своих якобы нетрадиционных взглядах, а когда она поверила, сразу же напросился к ней на ночь? Небось, еще смотрел, как она переодевается, да?

— Успокойтесь, пожалуйста, — вмешалась Ира. — Он говорит правду. Они с Роэлем уже три года вместе и действительно любят друг друга. Просто поверьте мне на слово.

Впереди Витя крепко сжал ладонь Роэля. Тот улыбнулся в ответ.

— Вопрос снят, — сказал Тимур, увидев, как эти двое смотрят друг на друга.

— А вот у меня не снят!

— Тебя что-то смущает, Чумакова? — с легкой иронией в голосе поинтересовался Витя.

— Еще как смущает. Но не твоя ориентация. Она меня вообще не колышет. Твой Рома ничего такой — наверняка ты не первый и не последний, кто при виде него сменил ориентацию. Вон даже Ханин сейчас рискует перейти на другую сторону. — Тимур сдвинул брови, но все же промолчал. — Меня смущает другое: я почему-то все узнаю в самый последний момент. Да, Приходько?

— Зин, — тихо сказала Ира, — до недавнего времени я тоже была не в курсе. Ты же знаешь нашу Веронику, она просто не хотела нас беспокоить… А что касается Вити, то она ни за что бы не выдала его тайну, если бы я ее не вынудила. Я не оставила ей выбора, и мне за это до сих пор стыдно…

— Ладно, только не реви, — смилостивилась Зинаида, — с этим потом разберемся. Главное — чтобы с ней было все в порядке. Остальное не так важно. Сейчас у меня всего два вопроса: какого черта мы не позвонили в милицию, и зачем все эти сложности с машиной, если можно было сразу поехать на такси? Хреновый из тебя стратег, Егай. Из-за тебя мы потеряли кучу времени.

— У меня, кстати, те же вопросы, — отозвался Тимур.

Витя казался спокойным:

— Пока что мы потеряли всего полчаса. А сколько бы, по-вашему, понадобилось времени, чтобы убедить дежурного в серьезности ситуации, учитывая, что перед ним — группа подростков, а на улице — самая ужасная погода, какую только можно себе вообразить? Ваши предположения, господа! — Не дождавшись ответа, он удовлетворенно хмыкнул и продолжил: — Из этих же соображений я не стал обращаться к своим родителям. Они бы помогли, но перед этим мне бы пришлось как минимум час отвечать на их расспросы. Не забывайте, они взрослые. А чем человек старше, тем больше в нем излишней суеты.

— Окей, с этим я согласен, — кивнул Тимур. — У меня были похожие мысли, поэтому я не стал долго думать, брать мне тачку или нет. Но доехать до Мамаевки на трех такси точно было бы быстрее, в этом Чумакова права.

— Так мы едем в Мамаевку? — воскликнула Зинаида.

— Да. И ни один таксист не стал бы дожидаться нас там в такую погоду. Не забывайте, мы ведь всего лишь подростки, самый неплатежеспособный и неблагонадежный после бомжей слой населения. Вызвать новое такси мы бы вряд ли смогли. Связь там не особо ловила даже в самые солнечные деньки, про сейчас я вообще молчу. А нам с вами никак нельзя оставаться без машины.

— А тебе не приходило в голову, что пока ты тут экономишь время и просчитываешь варианты, твой больной на голову брат может успеть что-то с ней сделать? — озвучил Тимур общее мнение. — На такси туда можно бы было доехать минут за десять, а мы уже потратили тридцать и потратим еще столько же пока доберемся. Сколько всего с ней можно сделать за это время? Как считаешь, Егай? А я отвечу: за это время можно успеть все. Даже убить ее.

— По-твоему, я об этом не думал? Это были мои самые первые мысли в тот момент, когда я узнал о ее похищении. Но потом я понял, что ей ничего не угрожает. По крайней мере, до завтрашнего дня. Костик не знал, что вы, — Витя посмотрел через зеркало на девушек, сидящих сзади, — вернетесь обратно. Наверняка он начал ошиваться возле ее дома с самого утра и поэтому был в курсе всего. В том числе и Риткиного отъезда. Потом он увидел, что вы двое тоже уходите. Он был уверен, что вы идете по домам, а, значит, по его подсчетам, у него еще полно времени. Даже если Ритка будет безуспешно пытаться дозвониться до Вероники, она все равно не сорвется домой раньше завтрашнего утра, решив, что племянница просто уснула. Так что Костику сейчас ни к чему торопиться, он смакует момент. Зная его, я более чем уверен, что он предпочтет максимально растянуть удовольствие. Кроме того, у Вероники высокая температура. Это наверняка застало братца врасплох, ведь он не какой-то там извращенец и предпочитает девушек, находящихся в полном здравии. Не удивлюсь, если он сначала собьет ей температуру и только потом приступит к основной программе. Но к тому моменту мы уже будем в доме. Надеюсь, теперь все всем ясно. Кстати, мы почти на месте. Роэль на всякий случай не будет выключать двигатель и останется в машине.

— И она тоже. — Зинаида посмотрела на плачущую Иру. — Я не думаю, что ты горишь желанием встречаться с этим чокнутым.

Ира кивнула в знак согласия. Витя показал Роэлю, где повернуть и припарковаться, попросил его выключить фары, а затем обернулся на заднее сидение.

— А теперь, будьте добры, послушайте план действий, — сказал он. — Основное правило: не создавать шума. Скорее всего, Костик запер калитку и все двери, так что нам придется перелезать через забор. После того, как мы убедимся, что машина его родителей действительно на участке, мы тихонько разобьем окно, чтобы пробраться в дом. Нам повезло с погодой, так что, скорее всего, мой болезный братец ничего не услышит. Но внутри дома придется снять обувь и двигаться бесшумно. Нам нужно застать его врасплох. Уж поверьте: Костик полностью поехавший, и я без понятия, как он отреагирует, если поймет, что внутри кто-то есть. По этой же причине нельзя включать фонарики на телефонах…

— Да уж не тупые, — буркнула Зинаида. — Как-нибудь бы допетрили до этого.

— Отрадно слышать. В общем, просто будете молча идти за мной, я хорошо знаю планировку. Наша задача — бесшумно добраться до подвала.

— С чего ты взял, что они в подвале?

— А где, по-твоему, псих вроде моего братца мог разместить похищенную девушку? Уж всяко не в гостиной перед камином.

Веронике снился жуткий сон. Она лежала в своей кровати, как вдруг на пороге ее комнаты возник Селоустьев. Ей хотелось закричать, позвать на помощь, но крик застрял в горле.

— Тихо, тихо, — произнес он. — Здесь никого нет. Только ты и я. Твои подружки тебя бросили. Они тебе не помогут. Никто не поможет. Так что лучше не испытывай мое терпение своими визгами, милая, я уже и так на пределе.

Потом Вероника отключилась на какое-то время, а когда снова пришла в сознание, психопат уже тащил ее, завернутую в одеяло, вниз по лестнице. Она бы могла закричать, и соседи наверняка бы ее услышали, но какой смысл, если это всего лишь сон? Даже во сне девушка чувствовала себя очень плохо, и ей не хотелось тратить остатки сил на крики. Скоро с аптеки вернутся Ира и Зина и разбудят ее. А Селоустьев растворится в воздухе, как будто его и не было.

Затем была дикая тряска на каком-то неудобном диване. Шум дождя. Раскаты грома. Как ни странно, Веронику убаюкивал этот кошмар. Ей было так плохо и холодно, и одновременно так уютно и сонно под этим тонким одеялом, что она снова позволила себе провалиться в забвение.

Ее разбудило ощущение невыносимой жары. Приоткрыв глаза, она обнаружила себя закутанной в одеяло, на полу помещения, напоминающего подвал. Там было так душно и жарко, что все ее тело покрылось потом. Пижамные штаны и футболка насквозь промокли, вызывая острое желание принять душ и переодеться. Даже волосы, и те были мокрыми.

Она лежала лицом к стене, к которой прилегала большая труба, оббитая материалом серого цвета, мягкого на ощупь. Одна ее нога оказалась босой, а на второй по-прежнему был шерстяной носок, который связала Ритка. Значит, все это правда, и Селоустьев действительно куда-то ее увез. Осознание этого быстро привело девушку в чувство. Быстро оценив свое состояние, она пришла к выводу, что температура немного спала и теперь находится в районе тридцати восьми градусов. Что ж, уже не так плохо. По крайней мере, ее сознание не было спутанным.