Чтение онлайн

– Ваше величество, если эти вопросы касаются государственной безопасности…

И я узнала по голосу советника Эмбреуса. Так вот ты каков, безжалостный убийца беззащитных слабых людей!

– То я доведу их до вашего сведения, – нетерпящим спора голосом сказал король.

Эмбреус поклонился, бросив в нашу сторону с Джеймсом выразительный взгляд, и удалился с другими советниками. Кроме нас с Джеймсом остались только мать и отец Джеймса и хозяева дворца – король и кронпринц.

– Слушаю, Джеймс, что ты хочешь сказать? – устало спросил король, вставая с трона. – Но сначала дай, я тебя обниму, мой мальчик.

Когда за советниками закрылась дверь, король резко изменился. Из властного, с несгибающейся спиной человека с проницательным жёстким взглядом, монарх превратился в усталого, сгорбленного под тяготой власти пожилого мужчину, в глазах которого плескались горечь прошлых разочарований и любовь при взглядах на близких. В том числе и Джеймса.

Король подошел к Джеймсу и крепко прижал его к себе. Джеймс не сопротивлялся, но проявил непонятную мне холодность. Виолетта же в это время с любопытством бросала на меня проницательные взгляды.

– Я так переживал за тебя, – король ещё раз сжал Джеймса в объятиях и наконец отпустил. – Мы слушаем тебя, Джеймс.

– Для начала, я хотел бы спросить, знаете ли вы истинную историю возникновения Туманного Антакаля?

Король переглянулся с Гарольдом, сжал губы.

– Она известна, Джеймс. Но для начала, может, ты представишь нам эту милую девушку?

Король вперил в меня тяжёлый пронизывающий взгляд. Ещё месяц назад я бы очень испугалась и испытала желание убежать, скрыться от этого взгляда, но всего за несколько последний дней, чуть больше недели, я пережила столько, что бояться стоило не взглядов королей.

– Моя суженая, моя любимая, моя невеста – Маина Силберц.

На меня удивлённо воззрились четыре пары глаз.

Глава 57

– Невеста? – недобрым тоном уточнил король.

– Да, невеста. Я снимаю с себя все обязательства по женитьбе на принцессе… Литании, кажется? Жизнь слишком коротка, чтобы уступать в чём-то важном.

– Помнится, перед вашим исчезновением, она была помолвлена с другим, – фыркнула Виолетта.

Я вздрогнула как от пощёчины. Боль отозвалась в сердце.

– Мама! – рыкнул Джеймс. – Донат Лерц погиб в неравном бою с порождениями проклятого тумана.

– И мы ещё не помолвлены с Джеймсом, – сказала я, за что получила укоризненное пожатие ладони от Джеймса.

– Это лишь вопрос времени, – поправил он меня.

– Ох, прости, деточка, – запричитала Виолетта. – В любом случае, я рада и благословляю вас.

– Что-о?! Виолетта? – вскинулся король.

– Что-то мне кажется, ваше величество, это не самое страшное. Всё ждёт нас впереди. Так что лучше уступить в малом, – проницательно заметила мама Джеймса.

Король поиграл желваками и перевёл тяжёлый взгляд на Джеймса.

– Это правда? Может, начнем тогда с самого плохого?

– Это вы прервали меня, ваше величество, –- парировал Джеймс. – Если сразу к делу, то я требую, чтобы вы связались с командующим авиженским войском и приказали отменить наступление. И провести переговоры с представителями Антакаля.

– На каком основании? – мрачно спросил король.

– Требую? Или вести переговоры?

– И то и другое.

– Отец… – Гарольд решил вступиться за Джеймса, но король властным движением руки его перебил:

– Не вмешивайся, сын.

Джеймс криво улыбнулся.

– Отвечу пока на второй вопрос, так как он требует безотлагательности. Сейчас идёт глупая, никому не нужная битва, в которой гибнут невинные. И лишь в нашей силе это предупредить и не допустить ненужных жертв. Я рассказал всё об Антакале. А с условием его возникновения, ваши родственники стали жертвами и заложниками амбиций двух людей, не поделивших власть. Люди в Антакале – невинные, слабые жертвы, которые ничего не могут нам противопоставить. Мы сильнее, а, значит, на нас и лежит ответственность за их судьбы. За судьбу целого народа. Так кто вы, мой король, палач или спаситель? Кем вы останетесь в истории и глазах потомков? И не пора ли исправить содеянное общим предком, нашим героем Римасом Корсаком?

Если бы я могла, я бы поаплодировала Джеймсу. Надо же так поставить вопрос, кто вы, палач или спаситель? Ну, и что ответит на такое его величество?

– Тебя не зря учили лучшие учителя. Риторику ты выучил на отлично, как и многое другое, – усмехнулся по-доброму король. – Но, Джеймс, скажи мне, что будет с Авиженом без Доноуопари? Мы не знаем всех его свойств, его в Адуак перенесли потому что он стал слабеть и гаснуть. Возможно, в нём осталось силы защиты на чуть-чуть. И что, если она потратится на очищение Антакаля? Возьмёшь ли ты на себя такую ответственность, утверждать, что такое невозможно? Если это случится, мы все останемся без защиты. Не выиграет никто – ни Антакаль, ни Авижен. И в таком случае, не став палачом для болезных антакальцев, за которых ты так сейчас переживаешь, не стану ли я палачом для своего народа? Ты долго отказывался взвалить на себя тяготы и бремя властителя, но вот они добрались до тебя сами. Ты думаешь, это так легко, Джеймс? Нет, мой мальчик, у любого решения есть последствия. И быть хорошим – не всегда правильное решение.

– Как в случае с Римасом, да, ваше величество? Защищая одного сына, он отправил на медленную мучительную смерть других. Как вы считаете, правильно ли он поступил?

Король и Джеймс в долгом молчании смотрели друг на друга. Никто не решался прервать их дуэль взглядами.

– Когда у тебя будут дети, ты поймешь, сын, – отвёл глаза первым король.

– Пойму что? Что бастарды – угроза другим моим детям, которым повезло родиться в браке? Ты бы тоже на месте Римаса отправил меня в Антакаль, отец?

Надеюсь, я не громко охнула, как мне самой показалось. Но на моём лице и так всё отразилось, потому что Виолетта послала мне понимающий взгляд. Так вот почему Джеймсу прочили престол и почему Зальцерус были так близки к короне. Всё дело в том, что Джеймс сын короля и Виолетты. И это известно всем присутствующим. Герцог отвернулся, пытаясь скрыть чувства. Гарольд чуть отошёл назад, давая возможность выяснить отношения отцу с сыном.

– О чём ты говоришь, Джеймс? Я растил тебя как наследника! Души не чаял в вас обоих, не делал между тобой и Гарольдом различий! Трон для тебя готовил! В чём ты можешь меня упрекнуть?

– Ты относился ко мне так, потому что ты любил Виолетту! А если бы я был бастардом не от любимой, а случайной женщины, кухарки, к примеру? Относился ли бы ты ко мне также? Представим, что он есть, ещё один бастард от кухарки. Делил бы он наравне со мной и Гарольдом твою любовь?

– Джеймс, я не могу говорить гипотетически. Я не знаю. Каким бы был этот мальчик? Таким же умным, любознательным и энергичным, как ты? Благородным, добрым и отзывчивым, как Гарольд? Непослушным озорником как младший Дэвид? Или глупым, заносчивым и злым? Как можно предсказать, будешь ли ты любить кого-то одинаково или нет?