Чтение онлайн

Рассуждения отвлекли Мари от полёта, а когда она отправила симпоты вниз, то обнаружила, что перелетела. Если бы она поинтересовалась происходящим внизу, то узнала бы, что небольшой караван из ослов принадлежит правителю Райны, Нуку. Он, не очень надеясь на своих палочников, вслед за корсатами Хутина, которые арестовали Слэя, отправился в Тартию. Паут разочаровал Нука, так как сразу откланялся, ехидно сообщив: «Мне поручено забрать дрима Слэя, а ваши забастовщики меня не интересуют!»

Нук восседал на осле, придавленным не только тяжёлым правителем, но и двумя сумками, набитыми до отказа хутинками. Его, на таком же осле, сопровождал распорядитель, Коль, тощая фигура которого возвышалась на бедном животном, как башня дрима. Нук не доверял палочникам и боялся, что они украдут все его хутинки. Две сумки на его осле только сверху прикрывали хутинки, а внутри покоились слитками золота, которые, к огорчению Нука, топорщились по бокам, выдавая содержимое.

Ещё большую опасность представлял Хутин, который, стоит ему узнать о сокровищах Нука, разденет его догола, отнимет рубашку и последнюю корочку хлеба. Напоминание о корочке засело в мозгу Нука и он никак не мог вспомнить, отчего это так важно. Конечно, ему хватит не только на корочку, но и на буханку хлеба или батон, так что нечего бояться…

Нук застыл на месте, а его ишак с удовольствием остановился, почувствовав опустившиеся руки наездника. Ушастая голова осла заинтересованно повернулась, предвкушая привал и вкусный овёс в мешке.

— Батон! — воскликнул Нук, выпучив глаза в пространство.

— Что, батон? — не понял распорядитель.

— Коль, батон! — огорчённо воскликнул Нук, а распорядитель внимательно заглянул в глаза правителю, надеясь, что он сошёл с ума и все хутинки достанутся ему – Колю.

— Коль, я забыл золотой батон, — зеленея от досады, воскликнул Нук, а распорядитель, припоминая увесистый золотой слиток в виде батона, бодро сообщил: — Я вернусь, заберу батон и догоню!

— Я боюсь, что тебя больше не увижу, — сказал Нук, с зелёной любовью глядя на Коля.

— Мои руки ничего не крали, — произнёс Коль, но его слова Нука не убедили, так как распорядитель унесёт то, что плохо лежит, зажав его в зубах.

— Поедет мой сынок, Вик, — решил Нук, подзывая к себе юношу заросшей наружности и с глазами, разъезжающими по сторонам.

— Сынок, ты что курил? — спросил Нук, на что сынок вытащил кисет с какой-то травкой и предложил правителю.

— Не нужно, Вик! Съездишь домой и привезёшь батон, — попросил Нук, а Вик радостно оскалился и пришпорил низкорослого коня. Тот сорвался с места и понёсся быстрее ветра, выписывая зигзаги, но наездник упорно не хотел вылетать из седла. Нук тронул осла, разочаровав его своей меркантильностью, думая о том, стоит ли сделать привал и подождать сына или быстрее убираться с Райны, пока бунтовщики не отобрали последнее.

Правда, его рассуждения вскоре были прерваны топотом конских копыт, и Нук испугался, что за ним организовали погоню. Рассеивая тревогу правителя, из-за поворота показался Вик на коне, который, хоть и валился из стороны в сторону, но прекрасно держался в седле.

— Держи, папа, — радостно сказал он, протягивая Нуку пышный горячий батон, точно он только что из печи.

— Что это? — спросил Нук, опять зеленея.

— Батон, как ты просил, — ухмыляясь, довольно сообщил Вик, — только что у селянки купил, — он сунул батон в руки отца и, довольный, ускакал вперёд.

«Плакали мои денежки», — раздраженно подумал Нук, а осёл умудрился откусить кусок от батона и, как стоик, героически переносил пинки правителя, торопливо пережёвывая украденное.

Паут скрылся в темноте и братья Гай не стали гнаться за ним, а направились от башни дрима к баррикадам, когда разнеслась весть о том, что правитель Нук бежал. Ещё не доходя до ощетинившейся стены, они услышали, как выступает продавец сладостей, но что он говорил, толком не разобрали. Его бурно приветствовали восставшие, а потом на руках понесли во дворец правителя.

— Что случилось? — спросил Гай Дизер у прибежавшего Гавроша.

— Продавца сладостями, Роше, выбрали правителем, — объяснил мальчишка и прильнул к Секлеции, взяв её за руку. Дизер повернулся к Гай Гретору:

— Что будем делать?

— То же, что и раньше, возить рыбу, — сказал Гай Гретор.

— А я? — воскликнула Эйсинора.

— Ты хочешь, чтобы мы вернули Слэя? — спросил Гай Гретор.

— Да, — сказала Эйсинора и заткнулась, уставившись на братьев. Только теперь она поняла, что не может определиться, так как и Слэй был ей люб, но и Уолл нравился не меньше.

— Хорошо, мы найдём Слэя, — сказал Гай Гретор и отправил Гай Дизера, Гавроша и Секлецию в порт, присмотреть за баркасом, а остальных братьев забрал с собой. Дизер от предложения не отказался, а другие братья с сожалением прощались с Секлецией, завидуя брату, который на некоторое время получал их жену в единоличное пользование.

Расспрашивая на ходу, братья узнали, что караван правителя Нука отправился вслед за корсатами Канцелярии властелина. Начинался рассвет, когда они вышли из столицы, Лыбы, и это способствовало тому, что следы Нука и корсатов во главе с Паутом не пропали. Деревенские жители, выгоняющие скот на выпас, с удовольствием рассказывали о двух караванах, которые проследовали ещё по темноте.

— Мы их догоним, — сказал Гай Гретор, ускоряя ходу. Эйсинора, такая же неутомимая, как братья, и привычная к ходьбе, не стала им обузой. Через некоторое время они увидели впереди какой-то караван и припустили быстрее, надеясь, что это корсаты Канцелярии Хутина. Палки, которые они держали в руках, стали выписывать нетерпеливые пируэты, тренируясь перед началом боя. То, что он неминуемо произойдёт, знали все братья и, даже, Эйсинора перебросила палку с одной руки на другую. Дорога поднималась в гору, огибая небольшой лесок и братья Гай потеряли на некоторое время идущий впереди караван. Когда лесок остался позади, то Гай Гретор, идущий впереди растерянно посмотрел по бокам, так как караван куда-то пропал. Дальше дорога шла под гору, упираясь в новый лесок в долине. Гай Гретор не стал останавливаться, а припустил быстрее, так как дальше шли перелески и потерять идущий впереди караван проще простого.

Когда братья скрылись за горой, из леса вышел Нук, тянущий за собой упирающегося осла, а за ним распорядитель Коль на осле.

— Кажется, пронесло, — пробормотал Нук, снимая фуражку и вытирая мокрый лоб. То, что за ними послали погоню, необычайно расстроило Нука и он спросил: — Что нам делать, Коль?

— Мне кажется, что они не за нами, — сказал Коль, — девчонка, которая шла с разбойниками, крутилась у дрима Слэя. Я думаю, что они хотят забрать Слэя у корсатов Канцелярии Хутина.

— Зачем Слэй разбойникам? — спросил Нук.

— Я думаю, девчонка беременная, а это её братья, — глубокомысленно изрёк Коль, — они хотят женить дрима на девчонке.

— Это меняет дело, — довольно сказал Нук, — значит, мы в безопасности?

— Не думаю, — произнёс Коль, — им может понравиться наше золото.

— Моё золото, — поправил Нук и напряжённо наморщил лоб, размышляя, куда ему, бедному, податься. «Вот, народ, последнее отберут, — сокрушался бывший правитель, — вор на воре сидит и вором погоняет!».

«Может ты и вор, но я тут причём?» — подумал осёл, так как кусок батона, который он сожрал, совсем не считал воровством, а милостыней. От возмущения осёл поднял голову и заржал, но, неожиданно для себя, увидел под облаками женщину, которая, точно проснувшись, сделала зигзаг в небе и умчалась вперёд. Осёл присел на задние лапы, уставившись в небеса, а сидевший на нём Нук свалился на землю.